Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 146)

Потом, не размахиваясь, резко хлопнул юношу по лицу. Унро, закатив глаза, упал навзничь.

Саган кашлянул, а Энца, оглядевшись, аккуратно закрыла дверь.

– Тройной аркан Грипссона, – с уважением сказал Каролус. – Я о нем только читал. Это где вы такое отыскали?

– Там таких же еще целая куча, – мрачно отозвался Джек. – Этот парень знает кое-что важное и хочет рассказать. Можно обойти блок, чтобы он и не помер при этом?

Каролус тем временем скинул пальто и шляпу и начал водить руками над телом Унро.

– Он уже умирает, – после паузы произнес врач. – Обратный отсчет пошел. Но я остановил – и действие аркана, и самого мальчишку. Насколько важно вытянуть из него информацию?

Его черные блестящие глаза поочередно обежали всех троих. Энца подумала, что Саган верно угадал – Каролус было достаточно бессердечным и любопытным, чтобы заинтересоваться проблемой, но не ее причиной. Моральная сторона вопроса, кажется, и вовсе для него существовала только в виде казуса, свойственного остальным людям. Не ему. Интересно, считал ли он сам себя человеком? Многие сильные маги прошлого любили порассуждать о том, что они являются сверх-людьми, иной расой.

Глупые мысли. Только чтобы отвлечься, не думать о том, что сердце бедняги Унро сейчас стоит… и «обратный отсчет пошел»…

Стоит ли жизнь Унро тех сведений, что он хотел выдать?

И – последнее время извечный вопрос – можно ли доверять доктору?

… А выхода, кажется, и нет.

– Что, если мы выудим только то, где это находится и пойдем сами разбираться? – предложил Джек.

– Что же ты везде сам лезешь? – рассердился Саган. – У нас куча специально обученных магов, которым только наводку дать нужно… Может, посмотрим у него в телефоне контакты и от этого будем плясать? К чему рисковать его жизнью? У нас и так… целая палата бессознательных.

– Нет, – сказала Энца.

Ей и самой было странно слушать свой голос: миг назад она еще не могла решиться на то, надо ли вообще лезть в разговор.

– Унро уже решил, что это стоит его жизни – ведь он собирался идти за помощью и все рассказать, зная, что за это будет. Если есть возможность дать ему рассказать, так и надо сделать. Может быть, записать… иначе все бессмысленно. Он рискнул, а мы отказываемся от него…

– Решено, – тут же подвел итог Каролус.

Сбросил пиджак и закатал рукава багровой рубашки.

– Ты, парень, – ткнул он в Сагана, – записывай видео. А ты, длинный, задавай вопросы. Я сейчас сплету печать, которая удержит его… ну и, может быть, сохранит жизнь. Выводить буду из стазиса на короткие промежутки времени, потом давать восстановиться. Всем понятно?

– А мне что делать? – спросила Энца.

– Стой у двери и следи, чтоб никто не зашел, – сосредоточенно отозвался Каролус. – А то у меня опять лицензию отберут.

Дисциплинарный комитет размещался в одном здании с адвокатской коллегией, прямо за Северной заставой, стоявшей на Михайловской железной дороге. Район был тихий, старинный – но тихий только пока неподалеку не построили стадион. Без сомнения, неординарное творение современной архитектуры… от которой, например, у Офелии сводило зубы.

Поэтому она давно поставила свой стол так, чтобы окно было за спиной – лишний раз не смотреть на вздымающиеся над черепичными крышами и купами деревьев изогнутые металлические ребра. Вблизи стадион напоминал распускающийся цветок – или клубок, в центре которого взорвался мощный заряд.

Старший специалист головного отдела имел счастье занимать старое место Офелии, и потому круглый день наблюдал эти самые металлические конструкции, но в отличие от начальницы ничего против современной архитектуры не имел. А по вечерам и вовсе любовался: включали подсветку, желтую по обычным дням и мерцающую сине-фиолетовую – в праздники или во время соревнований.

Сегодня было что-то необычное, наверно, из-за отключения электричества. Металлические ребра освещались то слепяще-белым светом, то алым, – и снова тонули во мраке. Алые сполохи бежали, пульсируя, по всей длине ребер, белый светил ровно и мягко.

Старший специалист Алегаро завистливо вздохнул: билеты на концерт сейчас были совсем не по карману: ипотека съедала почти все заработанные деньги. Но было бы, наверно, здорово, не потолкаться по дороге домой в праздничной толпе и потом просидеть вечер у телевизора за столом с родней подруги, а повеселиться на концерте.

Когда в кабинет, где под гроздью «светляков» на потолке собрались почти все работники комитета, ворвались пятеро вооруженных мужчин, первое, о чем подумал Алегаро, было тоскливое: «А ведь до конца рабочего дня оставалось всего пятнадцать минут…»

Мужчины тем временем рассредоточились по северной стене комнаты, от двери до окна, и один из них сухо произнес:

– «Свободная ассамблея». Никому не двигаться. Руки перед собой, ладонь в кулак, большой палец внутри. С данного момента Дисциплинарный комитет распущен, действия его признаются незаконными. Руководство будет арестовано и осуждено. Сейчас у вас есть возможность искупить свои грехи, встав в наши ряды.

Его аура тлела изнутри багровым: сильный маг. Рубленые, почти равнодушные фразы пугали едва ли не сильнее, если бы мужчина орал на них и тряс этим своим ружьем, которое висело у него на шее. Алегаро не разбирался в оружии, но штука выглядела… массивно.

– Что вы себе позволяете? – высокомерно осведомилась Офелия, уверенно подойдя к говорившему магу.

Тот нахмурился, а потом быстрым, змеиным движением схватил даму за горло.

Раздалось дружное аханье, вскрики. Кто-то вскочил на ноги, но мужчины синхронно подняли оружие. Офелия хрипела.

– Мы за новый мир! За свободу! За возможности! Идите с нами, чтобы навсегда изменить прогнившее общество! – почти шипел маг, перекрывая судорожные всхлипы дамы.

– Слышишь меня, Унро? – спросил Джек. – Если да, говори сразу самое главное. Мы будем тебя понемногу держать, потом давать отдохнуть.

– Стадион, – медленно, через силу произнес Унро. Заклятье, наложенное Каролусом, пока не позволяло чувствовать боль, но вместе с тем юноша практически не ощущал тело. Казался сам себе сдутым шариком, и хотелось только одного: спать. – Стадион памяти защитников Агелина, сегодня вечером… ритуал…

Бледное, почти серое лицо юноши покрылось бисеринками пота, и он прикрыл глаза.

– Не спи, Унро, – строго сказал Джек и положил руку ему на плечо. – Какой ритуал? Опасно?

– Опасно?.. Нет. Спасут мир…

Память вдруг вернулась, четкая до тошноты. Строгое и спокойное лицо координатора, раздающего последние указания. Сашенька, с доброй улыбкой кивающая в такт его словам.

Унро попытался вдохнуть – не хватало воздуха, словно кто-то сел сверху и давит, давит на ребра… в груди кольнуло – боль возвращалась.

– Очень опасно, – ясным голосом произнес он. – Все погибнут.

Две девушки пробирались в праздничной толпе, двигавшейся в сторону центральной площади. Высокая брюнетка шла как ледокол сквозь толпу, таща за собой миниатюрную рыжую. Та хихикала, подмигивала симпатичным молодым людям и огрызалась в ответ на возмущение тех, кого они случайно толкали.

– Я же говорила тебе, Кло, – спокойно заметила первая, – надо было заранее позвонить.

– Я не виновата, что всю неделю у нее телефон недоступен! – воскликнула девушка. – Я звонила и звонила.

– Надо было позвонить ее парню.

– А я не хочу с ним разговаривать!

– Ты как ребенок, меня это даже удивляет, – укорила ее Камелия. – Где мы их теперь найдем?

Они вынырнули из людского потока и постояли немного, отойдя в пустынный переулок.

– Ну и толпища тут, – восторженно заметила Кло. – Я уже отвыкла в нашей дыре, что столько народу бывает! Слушай, я в программе развлечений видела фейерверки, только надо добраться до реки, чтобы с моста смотреть. Пойдем, да? Пойдем?

– Подожди, – вдруг остановила ее Камелия и подобралась, – прислушайся.

– К чему прислушаться? – насупилась Кло, но все-таки немного повела носом по сторонам – как принюхивающаяся лиса.

– Ничего я не слышу, – с досадой отозвалась она. – Давай уже пойдем, а то… А-а-а!

Взвизгнув, девушка отшатнулась за спину коллеге. Из-за мусорного бака в конце переулка, медленно перебирая многосуставчатыми бледными лапами, ползло белесое, слегка опалесцирующее существо размером с крупную собаку.

– Монстр-объект, – константировала Камелия, побледнев.

Ее рука машинально потянулась к телефону – и опустилась. Связи нет. Где ближайший опорный пункт патрульной службы? А отделение маг-бригады?

Ну как чувствовала, что не надо было ехать в этот Гражин, прекрасно бы отметили и у себя дома. Пусть и в «дыре», как выражается Кло.

– Так, – закусив губу, сказала Камелия. – Вали-ка ты обратно, поймай кого-нибудь и спроси, как добраться до маг-бригады. А я его приторможу.

– Нет! – тут же воскликнула Кло. – Оно тебя сожрет, никуда не пойду!

– Кло, не выделывайся. Это, конечно, не полтергейст, но на практике и не такое видали… давай, беги за…

Камелия осеклась. Она всегда гордилась своими способностями к сканированию, но сейчас… сейчас они, кажется, ее подвели. Девушка замерла, фиксируя начатое плетение, и осторожно усилила свою сеть, увеличив радиус. Один объект, два… еще шесть плотной стайкой… или семь?

– Там еще целая куча, – сказала она, и голос, к ее досаде, дрогнул.

– Унро, давай еще раз. Соберись, парень, – сказал Джек.

Он присел на корточки рядом с кушеткой и держал Унро за руку.