Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 133)

Энца жалела, что не взяла с собой сегодня даже шоколадки, только ноутбук. После того, как Унро побил все компьютеры – ох, Унро, как же он там один теперь, – на работу они ходили со своими личными. Джек и вовсе был налегке. Он даже волосы не успел убрать в хвост, и сейчас в перерывах между сетованиями о машине, чертыхался, выпутывая их из ветвей.

Искать машину Ворона долго не пришлось – стояла возле остановки и радушно пискнула в ответ, когда Джек нажал кнопку на брелке. Машина была небольшая, черная. Ворон, видимо, вообще питал пристрастие к этому цвету.

– Мы с тобой слишком заметные, – сказала Энца, забираясь внутрь. – Особенно ты.

– Купим парики? – оживился Джек. – Тебе с длинными светлыми волосами. А мне рыжий. Нет, не рыжий, лучше черный. Или просто постричься?

– Купим шапки, Джек, – остудила его пыл Энца. – Какие-нибудь поярче, чтобы внимание отвлекали.

Покружив немного по городу, Джек проехал Северной заставой и остановил машину в одном из жилых дворов. Он отформатировал данные на своем телефоне, удалив все сведения о своем профиле, вытащил и выбросил под сидение сим-карту. Проделав то же самое с телефоном Энцы, они выбрались из машины и отправились на поиски магазина.

– Думаешь, и Ворону доверять нельзя? – несколько раз обернувшись на брошенную машину, спросила Энца.

– А кому вообще можно? Тут столько всего намешано, что каждый может оказаться нечаянным участником какой-нибудь дурной шутки, из которой вырастает еще более дурное дело. Кстати, где Донно? Я ему обзвонился с утра.

– А! Они с Робертом участвуют в штурме «Амадины». Только это секрет, он мне вчера писал, сказал, чтобы я не волновалась, ну и…

– В штурме? – поразился Джек. – Вот прямо в штурме?

– Ну, не совсем в настоящем. Просто набрали, наконец, разных улик на это издательство… и один из серверов, с которого шла рассылка писем с экстремистскими призывами, располагается именно там. Будут сегодня всех брать. Или уже берут.

Энца вздохнула.

– Жаль, мы не узнаем, чем там дело кончилось. Джек, а мы что, на поезде поедем?

– На каком поезде? – удивился Джек. – А, ты про советы Ворона. Сейчас купим шапки – хотя я бы и парик прикупил, чего уж, и отправимся к одному человеку.

– К какому человеку?

– Увидишь, – загадочно ответил Джек. – Там уж нас в последнюю очередь будут искать.

Спустя минут сорок – они кружными путями с кучей пересадок доехали на южную окраину города, – Энца поняла, почему.

Тот, кого они искали, жил в одном из старых девятиэтажных домов в тихом спальном квартале. Джек плохо помнил, куда идти, поэтому они пару раз попали не в ту квартиру.

На третий раз они постучались в нужную дверь.

Высокий темноволосый парень, открывший им, изменился в лице, увидев Джека, и молча попытался закрыть перед ним дверь. Джек вцепился в нее со своей стороны и чересчур радостно пропыхтел:

– Сколько лет, сколько зим! Я так волновался, что ты спился и теперь живешь в какой-нибудь подворотне! Правда, здорово, что я пришел? Давай скорее вспоминать старое.

– Пошел к бесам, Джек, – доносилось изнутри. – Пошел ты к королю бесов, какой только есть на свете! Век тебя не видал и столько же не хочу.

– Джек, – нервно оглядываясь, позвала Энца. – Давай пойдем, а? Что-то он не рад, по-моему.

– Это мой бывший напарник, – пояснил Джек. – Георг. На самом деле, он общительный парень, но сегодня у него, наверно, плохой день, вот и ломается.

– У меня сегодня отвратительный день! У меня теперь вся неделя и весь месяц будут отвратительными, пока я не смогу забыть, что ты приходил! Ты в курсе, что я полгода лечился у психотерапевта?

– Что-то он тебе мало помог, – отозвался Джек и дернул сильнее, подхватывая вывалившегося вслед за дверью парня в крепкие объятия. – Вот, давно бы так. Тоже очень рад тебя видеть.

Оглядевшись, он резко втолкнул хозяина квартиры внутрь, втянул следом Энцу и запер дверь.

– Ну ладно, – довольно сказал он. – Подурачились и хватит. Тебе, наверно, будет интересно узнать, что за нами сейчас охотится полиция.

Даже у Энцы поневоле сжалось сердце – настолько отчаянно застонал Георг. Сидя на полу, он обхватил голову руками и закачался:

– Ненавижу тебя, ненавижу тебя! Ты зачем ко мне пришел?

– Да-да, – ответил Джек. – У тебя пожрать чего не найдется? Не сиди на полу, простудишься.

Обогнув Георга, Джек ушел вглубь квартиры. Энца, чтобы немного смягчить ситуацию, присела на корточки перед совершенно раздавленным и расстроенным молодым человеком.

Честно говоря, его реакция показалась Энце преувеличенной. Джек, конечно, не подарок, но и настолько терять голову от встречи с ним было странно. Этот Георг мог оказаться тем еще клоуном. Или, как вариант, слабонервным психопатом.

– Здравствуйте, – тихо сказала она.

Георг резко вскинулся.

– А ты кто? – удивился он.

Глаза у него были продолговатые, с хитринкой, необычного янтарного цвета. «Точно, еще один клоун», – решила Энца. Очень уж его слова и позы не вязались с внешностью: крупные резкие черты лица, подбородок с ямочкой – в этом они с Джеком были похожи, оба словно с рекламного постера кинофильма.

– Меня зовут Энца, – вежливо сказала девушка.– Простите, пожалуйста, что мы так вломились, но у нас на самом деле… обстоятельства.

Она встала и предложила ему руку. Безмолвный Георг машинально протянул ладонь и крякнул, когда девушка не пожала ее, а резко потянула на себя, помогая встать.

По инерции чуть не впечатавшись в стену, он охнул и развернулся.

– Ты смотри, – недовольно сказал Джек, появляясь в коридоре. В руках у него была небольшая кастрюлька, к которой он внимательно принюхивался. – Руки-то не распускай, а то сразу полез, ишь ты.

– Так это твоя девушка? – поразился Георг. – Это поэтому за тобой полиция охотится? Чертов педофил, отдай немедленно мой суп. Это мама варила.

Джек быстро уперся ему в плечо рукой, не подпуская к себе, и отвел кастрюльку подальше.

– Это мой напарник, – сказал он. – А давно варила? Мы с утра не ели. Ты, кстати, почему не на работе?

– Врешь, – не поверил Георг. – Придумал бы что поубедительнее. У меня выходной сегодня.

Через полчаса Энца убедилась, что Джек и Георг друг друга стоят. Насколько Энца понимала, они не общались почти четыре года – но встретились так, будто попрощались вчера. Георг обладал склонностью к излишнему драматизированию, но под шутовскими эскападами скрывалась настоящая обида – которая порой прорывалась в колких и сердитых замечаниях. И он не верил ни одному слову Джека, заранее воспринимая все как шутку – видимо, опыт имелся.

Энца никогда не расспрашивала Джека о его предыдущем напарнике, но тот однажды раз обмолвился, что история была неприятной и напарник едва не умер.

Сейчас в это с трудом верилось: Георг был довольно-таки энергичным типом, они с Джеком успели подраться на ложках, чтобы решить, кому достанется последний бутерброд, долго огрызались, вспоминая Сашу, которую кто-то из них увел у другого и еще пару подобных случаев.

Энца ловко стянула бутерброд – чтобы избавить их от повода к драке, и толкнула Джека под столом ногой.

– На самом деле, – сказала она Георгу, – Джек не пошутил, полиция действительно за нами… ну, то есть за мной охотится.

– А, точно, – спохватился Джек. – Мне нужен твой байк. Ты еще не продал его? И да, посмотри, что у нас за амулеты вот тут.

Георг несколько минут сверлил его взглядом.

– Ну, собственно, а чего я ожидал? Что ты наконец пришел извиниться? – кисло сказал он. – Давай сюда амулет, посмотрю.

– Нельзя снимать, – покачал головой Джек. – Это вроде как искажение поиска. Сниму – сразу засекут.

Георг чертыхнулся, но не стал спорить, подержал ладонь над приколотым к футболке диском.

– А он нормальный маг? – почти беззвучно спросила Энца.

Георг сердито засопел. Джек пожал плечами:

– Да в общем-то, неплохой.

– Амулет без подвоха, стандартное плетение, – хмуро буркнул Георг, отодвигаясь.

Так же проверил у Энцы, и подтвердил, что все в порядке.

Когда Джек, натянув шапку, отправился курить на балкон, Георг и Энца, не сговариваясь, развернулись друг другу:

– А.. – одновременно начали они.

Энца замолчала, а Георг нетерпеливо продолжил:

– Так ты на самом деле напарник? Не то чтобы я следил за ним, нафиг мне это сдалось, но я слышал, что у него появился напарник.

– На самом деле. А вы… поругались с ним?