Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 128)

Сейчас в это с трудом верилось: Георг был довольно-таки энергичным типом, они с Джеком успели подраться на ложках, чтобы решить, кому достанется последний бутерброд, долго огрызались, вспоминая Сашу, которую кто-то из них увел у другого и еще пару подобных случаев.

Энца ловко стянула бутерброд – чтобы избавить их от повода к драке, и толкнула Джека под столом ногой.

– На самом деле, – сказала она Георгу, – Джек не пошутил, полиция действительно за нами… ну, то есть за мной охотится.

– А, точно, – спохватился Джек. – Мне нужен твой байк. Ты еще не продал его? И да, посмотри, что у нас за амулеты вот тут.

Георг несколько минут сверлил его взглядом.

– Ну, собственно, а чего я ожидал? Что ты наконец пришел извиниться? – кисло сказал он. – Давай сюда амулет, посмотрю.

– Нельзя снимать, – покачал головой Джек. – Это вроде как искажение поиска. Сниму – сразу засекут.

Георг чертыхнулся, но не стал спорить, подержал ладонь над приколотым к футболке диском.

– А он нормальный маг? – почти беззвучно спросила Энца.

Георг сердито засопел. Джек пожал плечами:

– Да в общем-то, неплохой.

– Амулет без подвоха, стандартное плетение, – хмуро буркнул Георг, отодвигаясь.

Так же проверил у Энцы, и подтвердил, что все в порядке.

Когда Джек, натянув шапку, отправился курить на балкон, Георг и Энца, не сговариваясь, развернулись друг другу:

– А.. – одновременно начали они.

Энца замолчала, а Георг нетерпеливо продолжил:

– Так ты на самом деле напарник? Не то чтобы я следил за ним, нафиг мне это сдалось, но я слышал, что у него появился напарник.

– На самом деле. А вы… поругались с ним?

– С ним разве поругаешься, – сердито ответил Георг. – Он просто перестал со мной разговаривать. А до этого все нервы извел: то прогуляет, то забудет, то опоздает на полдня.

– Да, – покивала Энца. – Очень сложно уговорить его прийти вовремя.

Георг подозрительно покосился на нее:

– Я бы сказал, невозможно. Я старался изо всех сил, а он придуривался, отбивал у меня девушек и не ходил на работу… Он достал меня своими шутками, я на потолок был готов лезть. Порой просто руки чесались, так хотелось ему морду разбить. Тебе тоже прилетает от начальства за него?

– Ну, – замялась Энца. – Обычно нам обоим прилетает. Ну, то есть когда был начальник…

Она нахмурилась, опуская голову. Смерть Финнбара так и не укладывалась в голове. Совсем недавно он сидел напротив них в допросной. Взял сигареты… не собирался он умирать.

– А что у вас случилось? – спросила она, чтобы отвлечься. – Почему Джек перестал разговаривать?

– Я сам виноват, – неохотно признался Георг. – Мы участвовали в Турнире, и я решил взять чуть больше чем обычно – ну так, про запас. И… ничего не помню. В коме был два дня. Ну, вот после этого он и перестал разговаривать. Внес мой номер в черный список и написал заявление о расторжении партнерского договора.

– И вы… ждали, что он извинится? – вдруг удивилась Энца, вспомнив брошенную недавно фразу.

– А разве он не должен был это сделать? – вскинулся Георг.

– Не вздумай нудеть о своей жалкой жизни, – предупредил Джек из дверей, возвращаясь.

– Это у тебя жалкая жизнь одиночки-неудачника, – отпарировал Георг. – А я – успешный и прекрасный.

– Ну да, ну да, – кивнул Джек. – Успешный и прекрасный. Так что насчет байка?

– Не отдам, пока не расскажешь, в чем дело, – насупился Георг.

Через четверть часа он притащил несколько листов бумаги и ручку, и Энца принялась вычерчивать предположительные связи между известными фактами. Георг вошел во вкус и со скоростью заводского конвейера предлагал сумасбродные идеи, одна другой чуднее.

Получалась каша. Никакой системы или закономерности: беспорядочный ком паутины из нитей, ведущих в никуда.

– У этого дела не двойное дно, – сказал Джек, – а тройное, а то и больше. И на каждом уровне куча странных личностей, которые, может быть и не подозревают о существовании остальных.

– А может, они вообще не связаны? – предположил Георг.

– Не связаны с чем?

– Друг с другом. Просто совпадение по времени, что все это сейчас происходит.

– Парочка событий, может быть, и не связаны, – согласилась Энца. – Но все равно, для совпадений тут слишком много намешано.

– Артур и Айниэль – случайности. Они были сами по себе, и вряд ли о них вообще кто-то знал. Их знакомый Нау, который появился вскоре на том же месте под чужим именем – уже не может быть случайностью. Кстати, ты вчера не смотрела, был ли на самом деле какой-нибудь Финнбар?

– Смотрела вечером. Но ничего не нашла. Кстати, зато мне Яков прислал данные по диспетчерам.

– И? – поторопил Джек.

– Да там ничего. Хвосты подчистили. Девушка, которая с нами разговаривала, ничего не знает, никаких инструкций не получала.

– То есть она сама по себе дура? – уточнил Джек, и Энца укоризненно покосилась на него.

– Или врет, или ты прав, – уклончиво ответила она. – Я вот думаю, Джек. Может быть, они поймали Финнбара… Нау… именно на крючок, связанный с Артуром? Что можно будет разобраться в этом вопросе – с нами, с его историей? То есть узнать, что случилось на самом деле – и еще подчистить архив, убрав все сведения о ведьме?

– Ой, да ну, – отмахнулся Георг. – Вариант с местью куда как веселее. Странно только что он вас просто не пошинковал под шумок. И вообще, ему так сложно было все объяснить? Полагается стоять над телами поверженных противников и рассказывать о том, что к чему было.

– Если бы он нас пошинковал, кому бы он рассказывал, умник? – рассердился Джек. – Хватит уже фонтанировать, давай ключи… и, наверно, деньги. Энца, у тебя сколько с собой? Ты кошелек брала? А то я все, что было, уже на шапки потратил.

– Вымогатель, – печально сказал Георг. – Можно, я в полицию позвоню?

Джек отмахнулся от него, вдруг задумавшись.

– Энца, а что, если тогда я был прав? Про Финнбара. Смотри, какая крутая идея – сидеть в медкомиссии и накладывать проклятье на тех, в чьей карте указаны способности к предвидению.

– О! – оживился Георг. – А что, если медкомиссию и объявили специально для этого?

– Ты сбрендил? Это ж кем надо быть, чтобы по всей стране объявлять внеурочную медпроверку? Нет, может быть… может быть, там, где-то в верхах есть человек, который смог обосновать необходимость этой проверки и поставить на все необходимые посты своих людей.

– Старых врачей перевели в другое место, – кивнула Энца. – Поставили того, кто будет или сознательно отрицать наличие проблем, или в силу некомпетентности. Зачем?

– Убрали предсказателей, потому что они могли что-то увидеть в будущем, – сказал Георг. – Вот и все. Значит, впереди нас ждет какой-то грандиозный п… эм, прости, Энца. Грандиозное событие. Правда, я молодец? Я первый догадался.

Энца начертила линию. «Один или несколько человек близко к правительству или руководству Института – организация медкомиссии, расстановка ключевых фигур».

Линию ниже – «Исполнители, дело ведьмы и подчистка следов. Финнбар? Врач медблока? «Амадина»?».

Еще одну линию: «Свободная ассамблея. «Амадину» сюда же?».

– Скорее всего, теракт нужен был для пускания пыли в глаза, отвлечения. Как и ведьма, – сказала она. – Может быть, «Свободную ассамблею» действительно подставили, заменив начинку хлопушек. Тогда тут не хватает еще одного уровня – который дурит все остальные. Как бы там ни было, они все нам не по зубам. Если Якову действительно удастся собрать вокруг себя тех, кто против этого неизвестно чего, то им еще удастся что-то сделать. Мы с тобой тут вообще и на расходный материал не тянем.

– Она всегда такая самокритичная? – спросил Георг.

– Не то слово, – сказал Джек. – Кстати, в ноутбуке Финнбара есть несколько писем – из тех, что он не успел удалить. Он переписывался с неким Координатором. По его словам, ведьма скрывалась и от них тоже – а снова участвовать в деле согласилась только под двумя условиями. Тебя, Энца, нужно было убить, а меня отдать ведьме в вечное пользование. Правда, здорово?..

Они некоторое время помолчали.

– Не пора ли нам идти? – невпопад спросила Энца. – Я понимаю, что тут удобно, и мы не договорили, но все же… чувствую себя как в клетке. Такое ощущение, что в любой момент в дверь могут постучать.

Георг вздохнул и поскреб затылок.

– Тебя мы не возьмем, – на всякий случай сказал Джек. – У тебя фотка какой-то девицы у компьютера, мама суп варит и работа еще.

– Шарил на моем столе? – вздохнул Георг. – Ну и ладно. Не очень-то и хотелось. И… и вообще, почему ты решил, что мне можно доверять?