Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 116)
Благодаря короткому разговору тети с руководством Арсенального павильона, Энце уже позвонили и отругали за то, что она пропускает тренировочные часы. Стин умела быть убедительной, этого не отнимешь.
В субботу были факультативы у студентов, поэтому Энца послонялась по кампусу вокруг поля и задумалась над тем, чем заняться вечером. Можно было сходить в кино, а еще лучше – съездить к Анне. Джек сегодня собирался к Елизавете в больницу – хоть девушка и не приходила в сознание, Джек регулярно ездил к ней, участвуя в терапии. Брал с собой ограничительный амулет и под надзором врача делился энергией. Девушка не была магом, но была предельно измотана чарами ведьмы, поэтому Джек считал, что таким образом искупает свою вину. Ведьма могла выбрать другую жертву для своего воплощения в человеческом виде, но именно близость к Джеку определила Елизавету на эту роль. Джек кратко изложил свои доводы Энце, и та не нашла, чем возразить.
Еще обязательно нужно было позвонить Донно – тот тактично присылал ей сообщения с пожеланиями доброго утра и ни на чем не настаивал, но ситуация была какой-то подвешенной. Энца понимала, что Донно сейчас совсем не весело.
Она не могла перешагнуть через себя – после того, как Донно рассказал в больнице обо всем, что было с Джеком, в Энце что-то надломилось.
Донно был все тот же. Умом девушка понимала, что он выполнял свою работу – спасал тех, кого можно было спасти. Да, они подставили Джека, но считали, что следят за ним и что он в безопасности. Это она, Энца, была тем человеком, который должен был понять, что дело давно уже вышло из-под контроля. Что с Джеком беда.
Все эти рваные дыры в его памяти, внезапные уходы, резкая смена настроения – как можно было быть такой слепой? Да еще и обижаться невесть на что…
Донно ни в чем не виноват был, и все же…
Может быть, позвать его в кино?
Наверно, неплохое решение. И нет, лучше не звонить, а написать. Если Донно не может и не хочет, проще дать ему подумать и подождать ответа.
Энца так и сделала.
Правда, перезвонил ей после сообщения вовсе не Донно, а Финнбар. Долго извинялся за то, что обращается в законный выходной и отвлекает, потом сказал, что с ним связались из патрульной службы и потребовали выслать сотрудников, которые у него работают по вызовам категории «Z». Финнбар, который, оказывается был не в курсе подработки своих сотрудников, сначала поскандалил, потом в процессе разговора зашел на портал Института и поднял подробные профили Джека и Энцы, где были указаны дисциплинарные взыскания и обязанности. Впечатлился. В качестве компенсации пообещал диспетчеру патрульной службы найти обоих срочно.
Энца в недоумении слушала начальника: – тот как обычно был многословен и весел, но, узнав, куда надо ехать, расстроилась. Джек с машиной был в другом конце города, а ехать на общественном транспорте было далеко. Финнбар тут же вызвался подбросить – он сам жил в Зеленой башне, на три этажа выше Энцы. Поколебавшись, Энца согласилась и написала Донно, что если он согласен на поход в кино, то только поздно ночью.
Машина у Финнбара была самая обычная, старенькая классическая «аванта» темно-зеленого цвета. Энца села сзади несмотря на уговоры Финнбара и всю дорогу мучилась тошнотой – укачивало сильно.
Заметив в зеркальце, что Энца переписывается с кем-то в телефоне, Финнбар добродушно спросил:
– Джек пытается отлынить?
– Н… нет, – с запинкой отозвалась Энца. – Я с Донно разговариваю. Это… мой молодой человек, мы договаривались в кино пойти сегодня.
– Донно?.. Ого, – шутливо воскликнул Финнбар, – как бы у меня проблем не было, если он узнает, что это я тебя увез.
– Нет, – ответила Энца. – Я не уточняла, через кого вызов передали, просто написала, что мы с Джеком едем.
Она вздохнула, потом все же решилась:
– Финнбар, а правда, что вы написали жалобу на Роберта и Донно, которые начали расследование? Они говорят, им влетело от начальства. Но просто это я попросила их помочь, поэтому…
– О чем ты? – удивился Финнбар. – О тех ребятах, которые приходили позавчера? Я, наоборот, был рад помочь. Надеюсь, вся эта чушь про переписку окажется неправдой, и девушку найдут живой-здоровой. Вполне может быть, у нее на сердечном фронте что-то случилось. Очень уж она грустной была в тот вечер.
Энца неловко пожала плечами. Она не верила, что Шиповник могла настолько увлечься – кем? – чтобы бросить все на свете и сбежать, отключив телефон. Но и спорить не хотелось – не то настроение.
Пока ехали, стемнело. На указанном месте их ждал Джек, уставший и молчаливый. Он курил, сидя на швартовочном кнехте и меланхолично поглядывал на темные воды реки.
Монстр-объект появился в одном из складов речного порта. Пароходство, которое его держало, разорилось, и склады сейчас пустовали: ни грузов, ни людей.
Энца держала в руках прихваченные с собой дежурные артефакты обнаружения, но ни один из кристаллов на диске не реагировал. У Финнбара, который по-мальчишески загорелся идеей поохотиться в ночи на монстров, в телефоне были высланные патрулем координаты точки появления. Джек снял ограничительный амулет и на расстоянии поддерживал баланс энергии с Энцей.
С каждым разом ему это удавалось все лучше и лучше. На всякий случай он остался ждать их на причале, чтобы не подставляться под удар, а Энца и Финнбар, тихо переговариваясь, углубились в сгущающуюся тьму в закоулках между складами.
Фонари там были, но совсем слабые, электрические, подвешенные с большими промежутками. Они едва освещали пространство.
– Вот здесь, – сказал Финнбар, сверяясь с картой на телефоне.
Энца заглянула в тупик за одним из зданий, наполовину погруженный в чернильную тень. Опять эти деятели из патруля забыли натянуть предупреждающие ленты, привычно вздохнула она.
Шагнула назад, чтобы достать на свету из сумки амулеты для работы, и вдруг споткнулась.
Не успев даже удивиться, Энца всем телом грянулась наземь. Возле шеи ожгло болью.
Энца в ужасе смотрела на темный асфальт перед глазами – тело не слушалось. Она не могла ни двинуться, ни крикнуть. «Где же Финнбар? – метнулась мысль. – Неужели с ним то же самое? Это… ведьма?»
Сухие четкие шаги за спиной. Ее тело перевернули на спину, и Финнбар тщательно обшарил карманы. Голова Энцы повернулась набок при движении, поэтому она могла видеть только краем глаза, но несомненно, это был именно Финнбар – сосредоточенный и совершенно спокойный. Он нашел ее телефон, вынул батарею, а сам корпус методично раздавил ботинком.
Так же молча зашвырнул батарею куда-то в темноту и ушел.
Энца слушала замирающий шум его шагов. Он идет к Джеку, подумала она. Идет к Джеку, а тот точно так же не ожидает никакого нападения.
Подозрительный Джек что-то придумывал про Якова и совершенно не брал в расчет Финнбара. Хотя, может, и брал, но вслух не говорил?
В общем-то, какая разница.
Сейчас Финнбар идет к нему, а Энца лежит черт знает где. Грудь жжет пластина амулета, который подарил Донно, но, видимо, его мощности не хватает на мгновенную нейтрализацию чар.
Она могла дышать – уже хорошо.
Плохо было то, что она сейчас видела. Глаза медленно привыкали к темноте, и та проявлялась как неудачная фотография, медленно и невнятно. Залитый густой тенью угол тупика не просматривался до конца, но то, что было ближе к свету, становилось четче: тонкая светлая кисть откинутой в сторону руки, смутно белеющий овал лица. Рядом – змеей на асфальте коса. Дальше все сливалось.
Шиповник никуда не сбегала и не пряталась. Не обманывала и не замышляла глупостей. Девушка все это время лежала тут.
Злые жгучие слезы застлали глаза, и Энца судорожно вздохнула, обещая себе, что Финнбар и все остальные, если они там есть, хоть ведьма, хоть десять ведьм, поплатятся за это.
MyBook — библиотека современной и классической литературы, новинки и бестселлеры, отзывы, рекомендации, популярные авторы.
История двадцать девятая. Излишняя сентиментальность
Было скучно. Чернильная вода тихо плескалась о бетонные стены речного ложа. Где-то далеко гудел город: машины, голоса. На складах было обманчиво тихо.
По-хорошему, конечно, этот порт должны были законсервировать или продать под другие цели. Шутка ли – почти в центре города пустующие здания… да мало ли какая бесовщина завестись может.
В небе черно: было новолуние. Дурное время. Любит всякая дрянь такие ночи – чем гуще тьма, тем веселее. Луна магам дает силу, серебро ее для победы. А в новолуние – раздолье нежити.
Джек сидел, поеживаясь, и прислушивался к звукам вокруг. Он не боялся, но резкий холодный ветер пробрал уже до самых костей, и зажженная сигарета плясала в окоченевших пальцах.
Расслышав смутный шорох позади, Джек встал и выбросил сигарету в воду. Подходящий к нему Финнбар задумчиво проследил за дугой, прочерченной тлеющим огоньком.
– Ты чего один? – удивился Джек. – Где Энца?
– Слушай… – замялся Финнбар. – Так получилось… она уже ушла, через служебный выход, напрямик к автобусной остановке. Мы ничего и не нашли, ни следа паранормального. Собирались обратно – и тут ее мужик позвонил… Кажется, решил, что она его обманывает. Энца аж с лица спала, пока его слушала.
– И что? – Джек зло нахмурился.
– Ну и сказал, вроде как, или я, или он. В смысле, видимо, ты. Я-то рядом стоял, слышно было, что говорит. Хотел было взять у нее телефон, сказать, что она со мной, на работе, но не стал лезть.