Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 110)

Это непонятное, пьянящее и одновременно пугающее чувство поразило ее тогда. Энца и прежде не сомневалась в своей реакции и умениях, но по привычке всегда считала себя слабой – более слабой, чем, например, тетя. Во время учебных тренировок, с големами или на полосах препятствий, и когда тетя неожиданно нападала, проверяя, Энце удавалось уворачиваться из последних сил – если вообще удавалось.

На перроне она сделала это машинально – и вдруг поняла, насколько она превосходит свою наставницу. Та по-прежнему видит в ней ученицу, но на самом деле, ничему уже научить не сможет. Как големы, как монстр-объекты, тетя ей не соперник. Один удар – от которого нет физической защиты, – и всё.

– Не зарывайся, – сухо сказал Джек.

Он наблюдал за ней, враз посерьезнев.

– Не забывай, Энца, – сказал он. – На тебя хватит всего одного амулета подавления стихийной компоненты, и ты уже не тот боец, что обычно. Магу и амулета не нужно, чары-печать воздуха сложны, но все же известны. На меня не действует – но все равно и меня можно запросто вырубить фигней вроде детской «замиралки», ну или пресловутого «мертвого храна». На любую силу найдется противодействие.

Джек потер переносицу.

– Глупая Энца, – продолжил он. – Говоришь такие вещи, но ведь на самом деле на человека ты никогда в жизни не сможешь руку поднять. Ты же помнишь… ты помнишь, что не смогла.

Энца потрогала спрятанный под одеждой диск-амулет, который ей подарил Донно, и подумала, что Джеку бы тоже такой не помешал.

Хотя, при чем тут это… Джек ведь прав – она зарвалась, вообразив свое всемогущество. Опасно. Недооценивать противников – опасно. Нет, опять не то. Тетя не противник… и сегодня она преподала еще один хороший урок – хотя и сама не поняла этого.

– Забей, – сказал Джек, внимательно глядя на нее. – Ты помнишь? Мы уговорились, что с людьми буду разбираться я сам.

Энца подняла голову, встречая твердый и все еще непривычно серьезный взгляд напарника.

– Ладно, – сказала она. – Я завтра попрошу, чтобы комнату проверили и очистили, если что. Но сегодня я туда все равно не пойду.

– Ко мне?.. – спросил Джек.

Энца покачала головой.

– Ладно, – покладисто согласился Джек. – Тогда я тоже где-нибудь тут останусь.

– Где это? – удивилась Энца. Диванчик в комнате отдыха, больше декоративный чем функциональный, едва вмещал ее саму в скрюченном состоянии, а других мест не было.

– К Финнбару пойду, – ответил напарник, – у него там кожаный диванище есть, только коробки сбросить – и все отлично будет.

Энца испугалась, представив, что будет утром, когда Финнбар обнаружит такое дело у себя в кабинете, и отговорила Джека оставаться на ночь во флигеле.

Позже они оба пожалели об этом – все могло бы обернуться совсем по-другому.

Ну, а так Энца вытолкала Джека восвояси, пообещав позвонить утром и разбудить вовремя.

На следующее утро они ждали новостей от поисковиков, но до обеда была тишина. Унро послали в помощь Леди Гарброу, чтобы те заняли его работой по самые уши, иначе на него было больно смотреть. Словно на его замену пришел Саган, не менее печальный и неприкаянный.

Сев на место Унро, он качался на стуле и пил кофе, раздражая Джека мельтешением.

– Никаких пока прогнозов, – жаловался он. – Но этот докторишка сказал мне приходить каждый день и проводить рядом с ней как минимум час – читать вслух или разговаривать. Я просил разрешение на два раза – ну, утром и вечером хотя бы… не согласился. Говорит, что это не фига не сон… давит на Роберта, чтобы тот посодействовал переводу двух других пациентов к нему в отделение, чтобы все вместе были.

– Не сон? А что? – спросила Энца.

Саган пожал плечами:

– Онейро что-то там, я не запомнил. Суть в том, что она вроде как видит сон, который не является сном, и не может проснуться. Чем дольше спит, тем тоньше связь с этим миром. Поэтому нужно, чтобы я приходил.

– Хочешь, я тебя подменять буду, если что? – предложила Энца.

– Не, – покачал головой Саган. – Нужно, чтобы это я был – у нас связь крепче.

Энца вздохнула.

– Если бы доктор знал, что это за проклятье, можно было бы посмотреть в архивах подробности… да и мозгами раскинуть, где она могла его подхватить, – с сожалением сказал Джек.

– А что… если ведьма? – запнувшись, предположила Энца.

Джек с жалостью посмотрел на нее.

– У тебя за каждым кустом ведьма сидит, – сказал он. – Для проклятья ее умений не хватит, это все ж высшая магия, а не ее «тарам-барам» интуитивный.

После обеда позвонил Роберт. Вздохнув, сообщил две новости. По своему почину он прошерстил данные о пациентах городских больниц и послал запросы паре коллег в пригородах. Жертв странного проклятья оказалось в два раза больше – по крайней мере, тех, что подходили под составленное описание. И одну общую деталь Роберт тоже нашел, практически сразу. Помимо того, что все шестеро были маги, несмотря на разный возраст, пол и специализацию, у них всех был зафиксирован дар предвидения в той или иной степени. Всю эту информацию Роберт рассказал по телефону Каролусу – и к отвращению мага, доктор просто брызгал слюной от удовольствия.

– Главное, чтобы он смог вылечить их, – неуверенно успокоила Энца раздраженного Роберта. – Ну, то, что он с энтузиазмом ко всему, это же хорошо…

Джек хмыкнул скептически – слушали они Роберта по громкой связи.

Немного успокоившись, тот сообщил еще более неприятную новость: поиски Шиповник прекращены и переданы другим следователям. В ноутбуке, изъятом из комнаты студентки, нашли переписку, которую она вела с одним из бывших членов «Свободной ассамблеи», и письма недвусмысленно говорили о том, что девушка собиралась примкнуть к незаконно собираемой группировке. Об этой группировке – еще не собранной и ничего не предпринявшей, – уже две недели говорили в новостях и дискуссионных клубах в Сети, прогнозируя страшные вещи, вроде терактов на Алом турнире.

Маги привычно пропускали словопрения мимо ушей – подобные домыслы были не редкостью, каждый раз находилось что-нибудь эдакое, что можно было бесконечно обсуждать. В прошлом году, например, пугались возможности прорыва тонких мембран и заполнения всего мира монстр-объектами, предсказывали войну с империей и падение огромного метеорита на столицу. Запущенный пресловутым Шенке турбийон всколыхнул Старый свет, еще несколько месяцев спустя любая пространственная аномалия воспринималсь предвестником конца света.

Но как бы там ни было, службы безопасности не дремали, и дело Шиповник было передано в управление маг-бригад для дополнительного расследования.

Информация об «Амадине», по словам Роберта, тоже была принята к сведению, но как-то без энтузиазма – все же одни домыслы, без фактов.

– Но это же бред, – пораженная до глубины души сказала Энца. – Да такого просто не может быть. Шиповник ни в жизни бы не полезла в такие дела! У нее планов на дальнейшую жизнь было… есть… целая куча. Да у нее время расписано по часам! Джек, ну скажи, не может быть такого!

– Тише, тише, – сказал Джек. – Роберт, можно что-то еще сделать?

– Не фига, – мрачно отозвался тот. – Нам с Донно уже вкатали по выговору за то, что раньше времени влезли в ее комнату и давили на должностное лицо.

– Это на какое лицо вы давили? – удивился Джек.

– На Финнбара вашего. Он какого-то хрена настучал начальству, что мы без официального разрешения его допрашивали. С-су… сволочь. А ведь с нами нормально разговаривал.

– Да он хороший дядька. Он бы так не сделал, – потерянно сказала Энца. – Может, это не он настучал?

– А кто? Ты протри свои розовые очки, а еще лучше сними их, – сердито буркнул Роберт. – Ладно, извини. Если что еще узнаю, позвоню.

Как сказать об этом Унро, которого не было при разговоре, Энца не знала. Саган, тяжело вздыхая, отправился «немного поработать» – без Анны у него были серьезные ограничения на действия.

– У нас же есть знакомый поисковик, – вдруг сказал Джек. – Мирового класса, между прочим. Давай-ка вечерком заглянем к Якову. Прихватим этого бледного юношу и какую-нибудь вещь Шиповник.

Этим они и подсластили горькую пилюлю для Унро. Найти вещь девушки оказалось сложно: Шиповник была очень аккуратна и не разбрасывала нигде свои принадлежности. Сошлись на том, что один из полотняных мешочков с травами, хранившийся на кухне комнаты отдыха вполне сгодится.

Яков поворчал, но покосившись на Унро, который вполне сгодился бы на иллюстрацию к поэме «Королевство печали», взялся за дело.

Но несмотря на все его таланты и славу поисковика мирового класса, ничего у Якова не вышло. Разозленный неудачей маг пробовал несколько раз, пока не обессилел. Вывод был еще более обескураживающий и неутешительный – Шиповник была укрыта искажающими чарами. Только в этом случае Яков не увидел бы ее, присутствуй она в городе и ближайших окрестностях.

Совершенно непоследовательно и неожиданно для Энцы, Джек задумчиво сказал, когда они вышли из подвала Якова:

– Нужно проверить, кто его понизил. Да и вообще покопать вокруг, с кем общается старый перечник. Не нравится мне эта фигня его, с историей заговора и прочим.

– Ты что, Джек, думаешь… – остановилась Энца.

Потом вдруг присела на корточки, обхватив руками голову.

– Ну сколько можно, – простонала она. – Что же это такое? Куда ни плюнь, везде какие-то подозрения, недомолвки и непонятное… Джек, ну что это такое? Что мы вообще можем сделать?