Ярослава Осокина – Бумажные доспехи (страница 9)

Роберт ведь не поверит. Точно не поверит, не дурак же. Но при ней не полезет разбираться, а там всего-то четверть часа нужна. Морген сказала, что ей для предварительной диагностики хватит. «Если прямой контакт, то, конечно, быстрее, — задумчиво добавила тогда она. — Но вряд ли это удастся. А потом уже положим в больницу и надо будет взять полный спектр анализов. Мне кажется, что все еще не так запущено».

За идею с поисками скрытых мест Артемиус долго хлопал его по плечу и громогласно ставил «всем остальным дармоедам» в пример. Сова потом подсыпал соли в кофе Донно, Роберт ржал, а плечо болело до вечера, будто кувалдой приложило.

Он долго думал, потом рассказал-таки ребятам, что видел во сне Джека.

— Как думаете, вдруг не сон? Я с Анной разговаривал, она сказала, что если раньше подобного не бывало, то это просто игра подсознания.

Роберт пожал плечами.

— У тебя слишком мало сил, чтобы держать такую связь. Скорее всего, Анна права, и это действительно разговор с самим собой, с подсознанием.

— Да почему именно Джек? Я и забыл, как он меня раздражал, — вздохнул Донно.

— Так именно поэтому, — рассеянно ответил Роберт. — Чтобы подсказать тебе то, что обычный ты никогда бы не подумал.

— Ну загнул! — хохотнул Сова.

Потом за работой не было времени болтать, но к вечеру Донно поймал минуту, пока никого в кабинете не было и сказал Роберту:

— Слушай. Помнишь ту женщину, Морген?

— Ну.

— Я с ней вчера на свидание ходил, — почти не соврал Донно. — Завтра к себе в гости пригласил. Ты как, сможешь прийти? Просто чтоб ее не пугать сразу, я обещал, что ты тоже будешь.

— Да ладно? — вскинулся Роберт. — Это ты специально, что ли?

— Что — «специально»? — нахмурился Донно, пытаясь понять, где он прокололся.

— Ты заметил, что она мне понравилась, да? Решил поиздеваться? Вот старый пердун, а еще друг, называется…

Роберт продолжил ворчать, но Донно сплюнул, поняв, что напарник не серьезен.

— Придешь или нет? — спросил он.

— Приду, конечно, — тут же сказал Роберт. — Неужели вас вдвоем оставлять? Попробую отбить, так и знай.

Донно вздохнул и проворчал: «Придурок». Роберт только оскалился в ответ, но когда Донно отвернулся, ухмылка исчезла с лица. Он постучал пальцами по телефону, но звонить не стал.

— Принести что-нибудь? — спросил он. — Небось, с дамочкой придется вино пить?

— По-моему, она не особо по выпивке, — неуверенно сказал Донно. — Я спрошу.

Про себя поставил галку в списке «Что нужно сказать Морген». Сразу после указания больше не пользоваться наведенным очарованием.

Это он еще просто не успел понять, что Морген такие вещи лучше не говорить.

Утро началось с войны

С утра Морген ездила в Чайный домик, передала объемный сверток для Эвано. Записалась на свидание — оказалось, что день-в-день нельзя, вот дурацкие порядки. Потом тряслась через полгорода в госпиталь, смотрела в окно автобуса на серые улицы и мокрые черные деревья, думала о том, что весна в этом году никак не придет.

Словно время застыло на месте.

Дурацкая эта мысль приходила уже не в первый раз, но Морген привычно отогнала ее, задумавшись над тем, что надеть в гости. При мысли о следующем вечере ее пробирал нервный смех: ну ввязалась, старая корова.

Спросить совета у Галки? Ох, нет. Подруга захочет узнать подробности, а она обещала Донно не рассказывать никому. Врать Галке не хотелось.

Донно оказался на редкость придирчив. Прислал пару сообщений, спросил, что она будет пить. Потом указание, чтоб макияж был обычным — у Морген тут же засвербело между лопаток и захотелось сделать наоборот. Останавливало только то, что все маги, и ее очарование будет только рябью в их глазах.

Донно сказал, что как-нибудь познакомит ее со следователем по делу Эвано — тот работал в их отделе.

Морген рассеянно слушала Галку, описывающую роскошный ресторан у Княжеской заставы, где они обедали с Женькой, просматривала новые истории болезней перед обходом и размышляла о том, надеть синее платье или серое.

Серое — более открытое, шелковое, но цвет совсем неброский, придется что-то с украшениями мудрить. А синее — к глазам хорошо, но строгое слишком. Нет, синее — нет, забыла, что именно в нем ее забрали в Чайный домик. Вот ведь выверт логики: нервничая, оделась как на торжественное мероприятие…

— Да ты что!.. — восхищенно ахнула Морген, уловив, что Галка рассказывает о намеке на предложение руки и сердца.

Так, а вот этот анализ надо будет переделать… слишком много белка, может, как часто бывает, сэкономили на стерильном контейнере. И на инфекции заодно мазок пусть сдадут…

— Док!

— Как дела, док?

Галка, улыбаясь, подняла голову — и взвизгнула. Морген стремительно обернулась.

«Утро началось с войны», — сердито подумала она.

— Посмотрите нас, ладно? — жизнерадостно сказал один из двоих юношей, стоявших в дверях.

Капли крови непрерывной дорожкой на коричневых клетках линолеума. На одном — разорванная куртка, в дырах торчит испачканный красным пух. У второго — все лицо в мелких порезах, короткие красные волосы потемнели еще больше от спекшейся крови. Рок и Тень, два боевых мага, работники архива при Институте. Головная боль начальства и почти всех окружающих.

Высокие, тощие ребята одинаково улыбнулись. Тени было двадцать два — недавний студент, Року — двадцать пять, и оба отбывали наказание в архиве за какие-то проступки. В чем суть дела, юноши тщательно скрывали.

— Мы тут рядом были, поэтому сами заехали, — бодро сказал Рок, поправляя сползающий рукав куртки. — Анника сегодня работает?

— Что ж вы сразу в травму не пошли? — рассердилась Морген. — Быстро в процедурную! У Анники сегодня выходной.

— У-у-у, — разочарованно протянули оба.

Морген сузила глаза и, не спрашивая, просканировала обоих (привет, Роберт, мысленно передала она). Молодые люди одновременно поморщились, но стерпели.

— Это ж надо, — сердито ворчала Морген. — Что с вами случилось?

— Думали, что полтергейст, а там оказалось гнездо каракушек, такие знаете, как птички, только с железными когтями.

— Я скажу девочкам, чтоб к вам на работу позвонили, — крикнула вслед Галка, и молодые люди сокрушенно вздохнули.

— Знаю этих «птичек», — сказала Морген, вталкивая их в процедурную. — Раздевайтесь. Сейчас медсестра придет, обработает. Дурни, что ж вы чистильщиков не вызвали?

— Так мы сами справились, — оскорбленно ответил Тень и быстро подтер снова закровившие царапины на щеке.

Рок согласно кивнул, сдувая с лица длинную черную челку. Несмотря на раны, он хитро улыбался, щуря темные глаза, и Морген поняла, что оба довольны.

Покачав головой, она оставила их на попечение медсестры и вернулась в ординаторскую.

Видимо, начальник архива находился где-то неподалеку, потому что минут через десять в дверях появился невысокий молодой человек.

— Добрый день, — вежливо кивнул Унро.

Морген улыбнулась через плечо, хотя Галка тут же подхватилась и протиснулась мимо. Светловолосый и хрупкий Унро вызывал у нее инстинктивную неприязнь и страх.

— Мои у вас? — спросил он, вздохнув.

Глядя в спину торопливо удаляющейся Галине, Унро только печально поджал губы.

— У нас, — кивнула Морген. — Ничего серьезного, я их в процедурный отправила, у Рока глубокий порез на плече, у Тени много мелких царапин.

— Ясно, — улыбнулся Унро. — Ложная тревога. Мне-то позвонили, сказали, кровь разливается реками.

— Крови-то много было, — подтвердила Морген, — да ничего страшного. Но вы их заставьте выучить пару заклятий для таких случаев. Я в прошлый раз давала им брошюрку, как у нас студентам выдают, с простыми заклятьями для первой помощи, но эти балбесы, по-моему, выкинули ее сразу же.

Морген прошла к шкафу и вытащила из стопки методичек еще одну брошюрку.

— Благодарю, — серьезно сказал Унро. — Я прослежу. Если что-то понадобится, обращайтесь, ладно?

Морген подумала, что скорее всего, к следующему разу оба бедокура будут знать брошюрку наизусть — начальства своего они побаивались.

— Хорошо, — сказала она, хотя вряд ли что ей могло понадобиться в архиве.