Ярослава Осокина – Бумажные доспехи (страница 77)
Но у них нет острой стали.
Донно закрыл глаза — чтобы не отвлекаться больше на досаду от слепоты. Человеческие чувства, магические… бесы с ними. Пока есть разум, пока двигается тело, не все ли равно?
Он сосредоточился на себе, на внутреннем восприятии окружающего — создал в уме картинку, где были стены, проход и мальчишки за спиной, угроза впереди. Ни на миг не отвлекаясь от этой картины, вплетая в нее свои движения, повороты и шум чудовищ, он рубил наотмашь, не позволяя никому проскользнуть мимо.
Запахи и звуки… от чудовищ их было много.
Донно знал — ему под силу, и не с таким справлялся, пусть и вводные были другие.
— Сколько их всего? — бросил он через плечо.
— Двое лежат, еще есть пятеро — те, кого я вижу, — быстро отозвался Лейтэ, и Донно слышал, как его голос замирает, когда от страха перехватывает горло. — Еще какое-то движение далеко в углу… может… они оттуда идут…
Большой прорыв, подумал Донно. Как странно, что они сразу наполнены яростью и силой, обычно сразу после перехода они медленные и не агрессивные.
Наплевать.
В бедро ужалило — укус, или кто-то конечностью достал. Донно отмахнулся, переступил, ногой отбивая свистящий удар. Наотмашь ударил — кажется, задел, но краем.
«Тут я — тот, кого надо бояться, — со злостью думал он и шагал вперед, перехватывая свободной рукой то, что пыталось мимо него проскочить, отпинывая ногами их тела под удары клинка. — Продержаться, нам только продержаться немного. Пусть даже там лезут еще, не страшно. Лишь бы не сбили с ног».
— Что там? — шепотом спросил Игорь. — Белая пришла?
В его голосе было столько ужаса, что Лейтэ покрепче сжал его плечо, успокаивая.
Хотя чем успокаивать?
— Нет, — сказал он, — там только монстр-объекты.
Внутри тугим узлом скрутилось напряжение, и Лейтэ сам не заметил, как отпустил Игоря и встал, сжав кулаки. Донно немного удалялся и смещался в сторону.
Вот он был страшен сейчас — свистящий вихрь металла, скупые, выверенные движения… и все равно Лейтэ прикусил губу, пытаясь сдержаться и не затрястись всем телом. Донно зачем-то двигался немного в сторону и вперед, наверно, сбившись с направления. Он уже подходил к тем двум стульям, и Лейтэ не знал, понимает ли сам Донно, куда двигается.
Что-то небольшое, но длинное, стелилось по полу, текуче обходя Донно сзади.
Лейтэ крикнул, предупреждая, но существо ловко увернулось от слепого удара, потом прижалось к полу, пережидая. Донно ударил еще несколько раз, наугад пнул ногой, но тут в его руку с мечом вцепилось птицеподобное создание. Донно стремительно развернулся, левой оторвал создание от предплечья и швырнул оземь.
Тут же по звуку падения разрубил его почти напополам.
Длинное уже было за его спиной, и Лейтэ рванул вперед.
Донно предупредил, конечно, что нельзя подходить.
По звуку он может не догадаться, что свои — и ударить.
Но длинное уже поднималось, покачиваясь как кобра перед ударом, а Донно не мог повернуться, отбивая резкие наскоки другой твари.
Перед глазами как фотоснимок встал последний урок по практике. Плакат с жестами. Тощие узловатые пальцы препода, который складывал фигуры и пояснял направления движений.
Жест «меч короля»: сосредоточиться на указательном правом и не забывать о мизинце…
Переживания и мучительные мысли отошли. Холодный огонь ровно горел под ребрами, и Лейтэ абсолютно четко повторил режущее плетение, которое безуспешно пытался сотворить последние пару недель.
Но длинное создание только чуть дернулось, и наоборот рвануло в сторону, метя в ноги Донно.
— Магия-шмагия! — в отчаянии закричал Лейтэ, схватил стул, который стоял рядом, и со всех сил приложил тварь.
Приложил, а когда она завизжала, размахнулся и врезал прямо по верещащей пасти, отбивая тощее голое тело ближе к Донно, который как раз разобрался со своим противником.
— Донно, снизу! — выпалил Лейтэ.
— В сторону, — глухо скомандовал Донно, и Лейтэ нырнул назад, не раздумывая.
Ударом фалькаты Донно раскроил монстра до пола.
Потом шагнул назад, немного склонив голову и прислушиваясь.
— Тут есть еще, — сказал Лейтэ. — Они пока к стене отошли, не разберу, сколько их.
— Лейтэ, — не поворачиваясь, позвал Донно.
— Я тут, — торопливо сказал мальчик, изо всех сил сжимая деревянные ножки стула.
— Уводи. Я прикрою. Под твою защиту, и сразу как выберешься, звони в дежурную часть, если никто еще не приехал.
Лейтэ растерялся. И заколебался: как его одного оставить? Ведь он же не видит. Донно почуял эту его нерешительность, со свистом рассек перед собой воздух лезвием.
— Нас тут тоже двое, — сказал Донно. — Ты и я. Логичнее будет, если ты, как зрячий, поведешь, а я, как боец, отвлеку. Не тяни время.
Как «двое»? Лейтэ моргнул, оглянулся на мальчиков, — и понял. Суетливо кивнул, потом спохватился и сказал:
— Хорошо. Будьте, пожалуйста, осторожны, ладно?
Голос подвел, сорвался как у малыша жалобным писком. Донно не ответил, только дернул плечом, и Лейтэ, словно бросаясь в ледяную воду, отшвырнул стул и рванул к мальчишкам.
Игоря он поднял быстро — тот еще кое-как соображал. Вот второго пришлось тянуть изо всех сил. Закинул его худую грязную руку себе на плечо и потянул вверх. Мальчишка вонял как сортир у бабушки в деревне, едва переставлял ноги и все пытался завалиться обратно. И бормотал постоянно.
Лейтэ закинул с другой стороны руку Игоря для равновесия и потащил их вперед, стараясь не вслушиваться в звуки позади. Самое трудное было пропихнуть их обоих через дверной проем, а там уже по широкому коридору было немного проще.
Интуиция Лейтэ<
Лейтэ боялся, что эта лже-тьма, к которой он так и не смог привыкнуть, теперь не оставит его, но когда они добрели до лестницы и стали подниматься, болезненно-яркий свет ударил по глазам.
Но ни Игорь, ни Касьян этого не почувствовали.
— Ты что-нибудь видишь? — спрашивал Лейтэ, но Игорь мотал головой и все больше обмякал, едва переставляя ноги.
Теперь уже совсем не заботясь о тишине и скрытности — главное, не свалиться! — Лейтэ спотыкался на бетонных обломках и мусоре, но упрямо тащил их вперед.
Отчего-то казалось, что стоит им выбраться из этого здания, как все дурное закончится.
Когда глаза привыкли, Лейтэ понял, что вокруг совсем даже не светло — едва-едва желтоватый свет фонарей с улицы проникал внутрь. Небо в пустых проемах окон было густо-синее.
Лейтэ с ужасом представлял, как они сейчас пойдут через ухабистый, заросший бурьяном пустырь — и решил идти немного другим путем, не напрямую к стоянке, а по более ровной дорожке к забору и вдоль него — когда шли сюда, он видел ее.
Нет, хотелось побыстрее муку закончить и сразу дойти до машины, но Лейтэ для себя рассудил, что если они упадут где-то в темноте, то там может и арматура валяться, и яма быть — Донно же рассказывал о какой-то, — и тогда конец. Кто их там искать будет.
И еще.
Не хотелось думать, но не получалось — пустырь был плохим местом, тут даже пахло сейчас мерзко.
И что он будет делать, если на них кто-то набросится, Лейтэ не знал.
Прокручивая в голове возможные действия и постанывая от боли в руках — суставы будто вытягивались под тяжестью мальчишек, Лейтэ дошел до забора и едва не свалился в бурьян. Едва-едва удержал равновесие, оцарапавшись о сухие коричневые стебли.
И услышал голоса.
«Это помощь!» — радостно мелькнуло в голове.
В сумраке он узнал длинную сухощавую фигуру того старика, который приходил в больницу, когда Сову ранили. Со стариком — Ингистани, так его звали, — шел один из его помощников.
И наверно как раз воспоминание о тогдашней стычке Ингистани на мгновение затормозило Лейтэ от того, чтобы заорать: сюда! Сюда!
А потом он услышал их разговор.
— А ведьма-то где? — спрашивал помощник Ингистани.
— Внутри.