Ярослава Лазарева – Сердце ночи (страница 10)

– Ты можешь не бояться, – с улыбкой заметил Ганс. – Я не голоден, к тому же во мне, как это ни странно, остались теплые чувства. Да-да, – добавил он, заметив недоверчивый взгляд Грега, – к Ладе у меня нет ненависти, как ко многим людишкам, жалким и ничтожным. Я всегда ценил ее отношение, и помню, как она упорно пыталась отговорить меня от обращения. Но как видите, все закончилось хорошо.

– Если бы Рената не выпросила твою жизнь, – сухо заметил Грег, – ты так бы и болтался в ее картине. Кстати, как ты оттуда вышел? Меня чрезвычайно занимает сам процесс.

– Почему? – насторожилась Рената и пристально посмотрела на Грега.

Ее глаза расширились, их темнота казалась непроницаемой, словно это были два колодца в черную пропасть. Мне стало неприятно, и я отвела взгляд.

– Сам не знаю, просто любопытно…, – ответил Грег и при этом выглядел абсолютно искренним.

– Я находился в картине, – ответил Ганс, – но, как бы это объяснить,… там внутри такой же мир, как и здесь…. Рената нарисовала меня, это я понимаю. Но она будто создала оболочку, в которую заселилась моя болтающаяся между мирами душа…

– У вампиров нет души, – заметила я.

И ощутила, как сжался Грег. Но я обняла его крепче и прошептала, что к нему это не относится. Рената усмехнулась, наблюдая за нами.

– Сложно все понять до конца, – задумчиво проговорил Ганс. – Рената укусила меня, и я начал проходить превращение. Но процесс не завершился, ведь я тут же умер. И успел ли я стать вампиром? Вот вопрос.

– Конечно, ты им стал! – резко ответила Рената.

– Мое тело умерло. А вампиром меня нарисовала уже ты, и сразу таким, каким я стал бы лишь через какое-то время. Я имею в виду внешний вид.

– Неужели ты не понимаешь? Я всегда рисую по наитию. И раз изобразила тебя именно в таком качестве, то ты все же превратился в вампира. Иначе моя кисть выписала бы обычного паренька, – раздраженно заметила Рената.

– Давайте оставим эти философские споры, – перебил их Грег. – Мы имеем, что имеем. Но я задал вопрос.

– Ах да, – спохватился Ганс. – Я начал сильно уставать в том нарисованном мире, уж и не знаю почему. Возможно, дело в отсутствии подходящей энергии. К тому же постоянно наблюдал, как Рената кочует по разным реальностям, легко переходя из картины во внешний мир и обратно. «Раз мы оба вампиры, – подумал я, – а значит, сущность у нас одна, то почему я не могу также выйти за ней из нарисованного мира?» Вы знаете, что было дальше, Рената вам все открыла. И вот, когда было разрешено высочайшим повелением, я вдруг ощутил, как кровь быстрее бежит по венам, а мое тело приобретает несколько другое качество.… Не могу описать вам всего. Но это такое странное ощущение, словно меня наполнили нарзаном и пузырьки жизни взбудоражили всю мою сущность. И я, не медля, просто вышел следом за Ренатой из картины.

– А ты пытался это сделать раньше? – с любопытством спросил Грег.

– А как же! – улыбнулся Ганс. – Как только Рената уходила, я тут же бросался за ней, но всегда налетал на невидимую стену.

– А в этот раз? – не унимался Грег.

– Пузырьки, заполнившие меня, бурлили не только внутри. Мне показалось, они окружили меня невидимой оболочкой, этаким энергетическим полем. И когда я приблизился к этой стене, через которую ни разу не смог пройти, именно эти пузырьки словно растворили слой краски, отделяющий мир картины от настоящего. Я даже видел, будто они стреляют по поверхности и краска размывается. Так я и вышел в образовавшийся просвет.

– Пузырьки жизни… интересное сравнение, – прошептал Грег и о чем-то глубоко задумался.

– Какой неподдельный интерес! – заметила Рената странным тоном, не сводя глаз с брата.

Но он промолчал.

Я начала чувствовать напряжение, мне отчего-то становилось все неуютнее рядом с тремя вампирами, двое из которых к тому же охотились на людей.

– Посмотрю картины, – сказала я. – Можно мне в студию?

– Естественно, – вяло ответила Рената, по-прежнему не сводя глаз с Грега.

Я встала и вышла из гостиной, вздохнув с облегчением. Рената и раньше существовала как бы вне этого мира, но она была сильно привязана к брату. Однако я видела, насколько она изменилась. Центром ее мира стал Ганс, и создавалось ощущение, что все остальные, и даже Грег, перестали иметь для нее хоть какое-то значение.

Я зашла в мастерскую. Меня удивил идеальный порядок. Все холсты были аккуратно составлены у стены, мольберт задвинут в угол, коробки с красками сложены на полки. Никакого художественного беспорядка. Создавалось ощущение, что Рената больше не рисует.

– Да и когда ей! – пробормотала я. – У нее сейчас несколько другие интересы.

– И поверь, то чем я сейчас занята, намного интереснее, чем эта бессмысленная живопись, – услышала я и вздрогнула, резко обернувшись.

Сзади стояла Рената и улыбалась весьма ехидно. Я машинально отошла на пару шагов. Мне не понравилось выражение ее лица. К тому же я заметила, как подрагивают ее ноздри и верхняя губа. По опыту я знала, насколько это тревожный признак.

– Где остальные? – стараясь ничем не выдать своего волнения, спросила я, но машинально сжала кулон, про себя порадовавшись предусмотрительности Грега.

– Ты очень аппетитна, – глухо ответила она и сделала шаг ко мне, – твоя кровь будоражит. Но…, – она замолчала и опустила глаза.

– Вот именно, – сухо сказала я. – Я для тебя не жертва. И для твоего Ганса тоже. Помни об этом и держи себя в руках.

– Знала бы ты, как сейчас это трудно. Мне приходится прилагать поистине титанические усилия, чтобы не укусить тебя. Атанас был бы рад такому повороту событий. Я глотну твоей восхитительной крови, и при этом окажу нашему клану немалую услугу, превратив тебя в вампира.

– Кстати, где сейчас Атанас? – поинтересовалась я, с трудом сдерживая дрожь в голосе и думая лишь о том, как бы мне скорее уйти.

– В Лондоне, в нашем поместье, – ответила она и начала медленно двигаться по кругу, в центре которого находилась я.

Вот тут я испугалась по-настоящему, уже не раз наблюдала этот «танец» вампиров вокруг своей жертвы. Мне захотелось закричать, позвать Грега.

– Он сейчас разговаривает с Гансом о каких-то важных для него вещах, – сообщила Рената и тихо засмеялась, убыстряя шаги.

Я вынула кулон и открутила пробку. И выставила его перед лицом Ренаты. Она замерла, втянула носом воздух, ее застывшие глаза приняли более осмысленное выражение, верхняя губа опустилась. Запах крови Грега словно отрезвил ее. Я знала, что вампиры не пьют кровь друг друга. И тем более представители одного клана. Этим занимались только низшие существа, такие как упыри – пожиратели падали.

Я попятилась к стене. Глядя в глаза Ренаты, спросила, рисует ли она сейчас.

– А зачем? – усмехнулась она и словно ожила.

Ее лицо приняло спокойное выражение, черты разгладились, и я вновь видела уточненную прекрасную девушку, а не опасного хищника. Я закрыла кулон и спрятала его в вырез кофточки. Прижавшись к стене, я ждала только одного, чтобы появился Грег и вывел меня отсюда. Сейчас я понимала, отчего он так не хотел, чтобы я отправилась в гости вместе с ним. Рената стала для меня опасной. Правда, она смогла взять себя в руки. Но кто знал, надолго ли.

– Ты очень талантливая художница, – ответила я.

– Мне это сейчас неинтересно, – после паузы сказала Рената и остановилась возле стены, увешенной от пола до потолка ее картинами. – Это раньше я выписывала все эти миры, мечтала о них, погружалась в свои фантазии. А сейчас я с Гансом, мы любим друг друга. И это ли не самая лучшая осуществленная фантазия? Ты ведь сама любишь! – добавила она и повернулась ко мне. – И разве ты хочешь заменить свое счастливое настоящее каким-то выдуманным виртуальным миром?

– Может, и хочу, – тихо ответила я. – Ты ведь в курсе нашей ситуации. Если Грег все-таки пройдет обратное превращение, то он мгновенно окажется в далеком прошлом и мы разлучимся навечно. Ты нарисовала нас на цветущем лугу. Может, я хочу оказаться там с любимым и уже никогда и ни о чем не думать…

– На твоем месте я бы сама прошла превращение, стала вампиром, – с вызовом проговорила Рената. – Такое решение напрашивается само собой. Тогда вы навечно останетесь вместе. И всем будет хорошо. Не глупи, Лада.

– Нет! – закричала я, не в силах больше сдерживаться. – Не хочу, не могу стать такой как ты! Не-е-е-т!!!

– Это неизбежно, – вкрадчиво произнесла Рената и сделала шаг ко мне.

Увидев, как ее верхняя губа приподнялась и показались острые клыки, я бросилась к двери и налетела на Грега. Он схватил меня в объятия и крепко прижал к себе.

– Уведи меня отсюда, – попросила я, – уведи скорее!

– Рената, а ведь ты обещала мне, – укоризненно проговорил он.

– Ничего такого я не сделала, – торопливо ответила она. – У твоей Лады просто нервы не в порядке.

Когда мы оказались дома, я сразу отправилась к себе в спальню. Настроение было отвратительным. Грег чувствовал это и оставил меня в одиночестве. Я полежала в ванне с лавандовым маслом, которое успокаивало и расслабляло, посмотрела какую-то старую американскую комедию. Захотев выпить чего-нибудь горячего, спустилась на кухню. Заварив ромашковый чай, села за стол и открыла коробку шоколадных конфет. Я чувствовала себя опустошенной. Жуткая реальность вторглась в наш наполненный любовью мир. Я понимала, нам не убежать от нее. И это вызывало уныние.