Ярослава Кузнецова – Черный Петер (страница 55)

— Если бы я не знал вас столько лет как ответственного и дисциплинированного сотрудника, я бы решил, что вы, простите, обезумели. Какие-то путаные отчеты, полная безалаберность и наплевательское отношение к собственной безопасности. А также к безопасности гражданских.

Говорил куратор негромко, повернувшись с переднего сидения к салону, но в голосе его явственно слышался укор. Укор такого рода, который заставляет потом месяц поститься на хлебе и воде.

Нахохлившийся в чужой шинели де Лерида позволил себе слегка пошевелиться и еле слышно хмыкнуть. От Мануэлевой всклокоченной гривы по салону распространялся едкий запах гари. От волос Лео, а тем более, от одежды пахло не намного лучше. Шофер даже приоткрыл окошко по просьбе куратора, но холодный сквозняк мало помогал. Лео видел в узком зеркальце, как раздуваются шоферские ноздри. С зеркальца свисали, раскачиваясь, четки с янтарным крестом. На приборной доске была приклеена крохотная фигурка Святой Девы.

— А вы не хмыкайте! — продолжал куратор. — Ведете себя как школьник на каникулах! Не припомню, чтобы у вас были запланированы каникулы.

Внезапно Лео почувствовал слабое злорадство и отвернулся к окну, чтобы скрыть ухмылку.

И на вас, господин де Лерида, есть управа. Даже смешно, что такой невысокий кругленький чиновник инквизиции, похожий на вежливую лису, обладает для вас авторитетом. Иначе вы бы не сидели сейчас с кислым видом, не вздыхали бы и не ерзали, как провинившийся школьник.

— Возможно я позволил себе некоторую небрежность в планировании, — выдавил наконец Мануэль.

— Да, совсем небольшую! Где ваша охрана, хотел бы я знать? Сожрали вы их, что ли?

— Я предполагал, что за мной следят, поэтому не стал брать своих людей, чтобы не подвергать их опасности.

— Вместо этого взяли с собой частное лицо!

— Я сам вызвался, — вырвалось у Лео.

— Сам? — куратор нагнулся еще ниже и приподнял очки. — Погодите, вы знаете латынь?

— Я окончил магистратуру Королевского университета, падре…

— Жасан. Жасан Леблан, младший секретарь консистории.

Ого.

Скромное звание подразумевало огромные полномочия и право командования несколькими сотнями бойцов «Санкта Веритас».

— Очень приятно, меня зовут Лео Грис, я учитель истории в школе второй ступени имени Иньиго Лопеса. Уверяю вас, падре Жасан, мы и не подозревали, что дело так повернется. Я помогаю вашему сотруднику в школе с секретарской работой, надо было вести записи, ну и… я живу в этом доме… который сгорел. Кто же знал, что малефики нападут так нагло.

— Конечно! У де Лериды все равно что мишень на спине нарисована, а если он без охраны, то, считай, она еще и светится. Чистой воды провокация. Теперь придется устраивать всех этих пострадавших людей, просто божье чудо, что никто не погиб. Мануэль, вы хотя бы смогли проследить портал?

— Да, но не узнал ничего нового. Точка выхода на краю прорехи Хесед, за периметром. То, что Ллувеллин залег у самой воронки, мы и так знали.

Судя по выражению лица младшего секретаря, он ужасно хотел сказать что-нибудь вроде «проклятье» или «тысяча чертей», но многолетняя выучка взяла свое — он только покачал головой и отвернулся к дороге.

Лео замер на заднем сиденье, кутаясь в отсыревшее пальто, упрекая себя за то, что неосмотрительно открыл рот и обнаружил свое знание латыни. Работа под прикрытием, похоже, последнее, чем ему стоит в жизни заниматься. Вот общение с потусторонними тварями — другое дело. Возможно, стоило не помогать дяде восстанавливать Магистерий, а открыть, скажем, магический зоопарк. Заодно и денег бы заработал.

Куратор больше не обращал на Лео внимания и был занят тем, что костерил де Лериду на бодром французском. Понятными были отдельные, довольно обидные эпитеты.

Куда же Дис подсунула ему жучка? Они виделись два раза, ее шарф он отдал старику садовнику, не в перчатки же?

Нет, это вообще не теплые вещи, когда она их принесла, она ничего не знала об инквизиторе в школе. Жучка она подсунула во вторую встречу, поговорив с Артуром… проклятье, сам же просил Дис поискать информацию о маленьком народце, вот она и поговорила с Артуром… странно было бы, если б она не рассказала ему об инквизиторе. Тот и воспользовался оказией. Своими руками, получается, подставу организовал.

Придурок.

Лео скрипнул зубами, сунул руку в карман, потом во второй — там нашлись только сырые перчатки. Куда же?

Прощаясь, Дис ухватила его за воротник и поцеловала — Лео провел пальцами по краю воротника, потом по швам — и нащупал твердую крупинку. Подцепил ногтями, вытащил, выдрав несколько ниток — вот он, жучок, размером с рисовое зернышко, на тонкой зазубренной иголочке. Если посмотреть на него через увеличительное стекло — то это наверняка будет крохотный скарабей, вырезанный прямо на кристаллике абсолюта. Воткнула в воротник, пока целовала.

Лео провел языком по губам и ощутил горько-соленый вкус пепла. Что ж, дело мести, конечно, важнее. Подумаешь, нарушенное доверие. Все равно они никуда друг от друга не денутся — бабушку в противном случае удар хватит.

Лео посмотрел на обоих инквизиторов, занятых ожесточенным спором, потом приоткрыл окно и украдкой выкинул туда жучка. Конечно, жалко ювелирной работы, но не сама же Дис его резала. И не Визант — он такие поделки не любит. При должном желании жучка даже отыскать можно — колеса машин вряд ли раздавят настолько крохотный кристаллик.

Как же мерзко на душе, и самочувствие просто отвратительное, все тело ноет, во рту гадкий привкус жженой тряпки. Добраться бы до школы поскорее, помыться и лечь на тощий матрац где-нибудь в комнате падре Кресенте, например. Не факт, конечно, что падре снова пустит Лео к себе переночевать, да и будить его как-то неловко, но может, хоть где-то найдется местечко? Может, к Мануэлю попроситься, один черт… Хоть на стульях. Хоть на матах в спортзале.

Лео некстати вспомнил, что в школе ночью не бывает горячей воды, и чуть было не застонал от разочарования. Всего неделя прошла с тех пор, как начались эти события, нараставшие, как снежный ком — и вот он уже совершенно вымотан. И, наверное, близок к помешательству, как никогда в жизни.

Ничего. Завтра все должно закончится. Уволюсь, заберу Кассия — и все-о-о…

Когда машина куратора подъехала к школе, было совсем поздно, заполночь. И хорошо, меньше вопросов возникнет. Мануэль и падре Жасан наконец перестали спорить и мрачно молчали.

— Спасибо большое, падре, — сказал Лео повернувшемуся к ним куратору, — доброй ночи!

Он поспешил выбраться на свежий воздух и дождаться Мануэля снаружи — куратор опять начал что-то тому говорить. Лео посмотрел на темное здание школы — сквозь плотные шторы на втором этаже пробивался свет. Это же кабинет директора, который должен быть заперт и темен, ключи у Мануэля. Кто это вломился в инквизиторское логово?

— Бруно! — Лео помахал выглянувшему сторожу. — Почему у директора свет горит, не знаешь?

— А? — тот, зевая и растирая плечи, вышел на свежевыпавший снег и тоже взглянул на окна. — Так небось, дежурные ходят, господин учитель. Бррр, совсем зима наступила, холодища какая! Что же вы так поздно? — он подозрительно принюхался. — И чем это пахнет от вас? Паленым? Боже-господи, что у вас с лицом?

— На пожаре были, — Лео шмыгнул носом. — А дежурные вообще-то с фонариками ходят, и что им в кабинете директора делать?..

Он на мгновение сосредоточился, дотянулся до поводка Камбалы. Голема он оставил сидеть на крыше мастерской, за водосточным желобом, где никто его не мог обнаружить даже случайно. Камбала поднял голову и осмотрелся — сквозь черные ветви деревьев светились несколько окон интерната на четвертом этаже, где находились комнаты персонала. И почему-то на первом, в интернатском холле, тоже окна светились. Вообще-то свет гасят сразу после отбоя, в десять вечера. Чтобы включить свет на этаже, надо в распределительном щите тумблер повернуть, а это уже в ведомстве коменданта.

— Мануэль, — тихо сказал Лео вылезающему из машины инквизитору, — смотрите, там какая-то иллюминация подозрительная.

В этот момент двери школы открылись, и на крыльцо, прихрамывая, выскочил Фоули — вернее, черный силуэт, опиравшийся на трость, — и шустро пересек девственный снег перед запертыми воротами.

— Та-ак, — протянул Мануэль.

— Бруно, открывай! — гаркнул Фоули. — Господин инквизитор, слава небесам, вы приехали. А то же опять придется этот чертов Надзор вызывать, а вас нет, и людей ваших нет, когда вернетесь — никто не знает.

— Опять убийство? — ахнул Лео.

Сторож, присвистнул, отпирая калитку.

— Почти, — Фоули сбавил громкость и с силой потер лицо ладонью. — Покушение, мать его. Какая сволочь это делает, вот какая? Никого же чужих в школе.

— На кого покушение? — оказалось, куратор тоже выбрался из машины и подошел к воротам.

— На падре нашего… господин инквизитор? — Фоули, наконец, разглядел, что один из инквизиторов чернолиц, а другой и вовсе незнаком, да и машина у ворот хоть и инквизиторская, но гораздо скромнее катафалка де Лериды. — Э-э-э…

— Пойдемте-ка взглянем, что у вас стряслось, — сказал падре Жасан, решительно проходя в калитку, — господин…

— Вотан Фоули, к вашим услугам, директор этого злосчастного заведения.

— Господин Фоули, проводите, пожалуйста, к потерпевшему. Он в сознании?