Ярослава Кузнецова – Черный Петер (страница 54)
Наверное, стоило подслушать, о чем они разговаривают, но Лео не нашел в себе сил сосредоточиться. И встать с мешков тоже сил не нашел. Так и сидел, прикрыв глаза, привалившись спиной к стене дома напротив подворотни и отстраненно ощущая, как замерзают промокшие ноги — штиблеты не пережили сегодняшних приключений.
— Слышь, учитель, — кто-то присел перед Лео на корточки, — эй, слышишь меня? Учитель! Ты ж не учитель, да? Вот я чуял, что с тобой что-то не так. Вот прям на лбу у тебя написано было.
Лео открыл глаза.
— Я рад, что вы выбрались, — он кривовато улыбнулся соседу. У того была рассечена бровь, видимо, приложился об пол, когда падал. — Боялся, что вы там остались, в бойлерной.
— А ты, оказывается, мажик. Мажик, иттить. Впервые так близко мажика вижу.
— Не малефик? — Лео хмыкнул.
— Малефика ты на меня завалил, учитель.
Что ж, не удивительно, что сосед слышал разговор Лео и Рамона. Виникулюм парализует тело, но не слух.
В отдалении от пожарной машины и толпы, куда едва доставал отсвет пожара, Мануэль забирался в принесенные ему чьи-то сапоги. На плечах у него уже болталась шинель, слишком большая для его худощавой фигуры. Куратор, блестя очками, стоял рядом и экспрессивно жестикулировал.
— На Святой отдел работаешь, — сосед тоже кинул взгляд на инквизиторов. — Ушел от своих? Из-за девки? Или перевербовали тебя? А раньше тоже бомбы бросал?
Он цепко посмотрел на Лео. Когда-то этот взгляд, втыкающийся, как два гвоздя, ввергал Лео в оторопь. Теперь он только сощурился и потер под носом — там засохла кровяная короста.
— Какие бомбы, помилуйте. Никогда такими делами не промышлял. Маги, знаете ли, не все смертоубийствами занимаются.
— А бомбистов все ж ты навел, дружок, — покачал головой сосед. — Вот зачем мои коробки взял, коль вы собирались малефиков на живца ловить? Все добро мое погорело, по миру меня пустил. Я ж к тебе с добром, по-соседски, а ты…
— Издержки, — сказал Лео, не чувствуя ни малейших угрызений совести, — с претензиями можете к начальству моему обратиться.
Он кивнул на инквизиторов. Оказалось, к ним присоединился какой-то эмэновец — на околыше его фуражки и на воротнике блестели треугольники «лучезарной дельты». Эмэновец и падре Жасан разговаривали явно на повышенных тонах, Мануэль, скрестив на груди руки, молча стоял за спиной у инквизитора. Лео мог бы поклясться, что, если бы на черном, как у трубочиста, лице де Лериды можно было бы что-нибудь различить, то это была бы самая постная из возможных гримас.
— Твоему начальству на простых людей плюнуть и растереть, — покачал головой сосед.
— Неправда, — возмутился Лео, — Де Лерида, вон тот, закопченый, всех из пожара вывел. Даже вас велел найти и подобрать. Вы живы-то благодаря ему.
— А что бы ему не расставлять свои ловушки в другом месте? Не в доме, набитом детьми и бабами? Куда им теперь? Зима на дворе, а они без крыши над головой, последнее тряпье — и то сгорело…
Достал он все-таки Лео до живого. Тот насупился:
— Начальство не делилось со мной своими планами, не надо меня стыдить. И что вы вообще так переживаете, у вас семья бездомной осталась?
— Во-от они все — моя семья! — сосед, сидя на корточках, повел рукой. — Сейчас-то их соседи по домам разберут, пару-тройку дней перекантуются, а дальше как? В ночлежки идти, с голоду помирать?
— От меня-то вы что хотите, — не выдержал Лео. — Компенсации? Серьезно?
— Было бы неплохо, — сосед переместил вес на другую ногу, — суть улавливаешь, учитель. Вы ж, мажики, богатенькие, абсолюта у вас куры не клюют. Небось, не обеднеешь без парочки кристаллов. А люди знать будут, что вы не только жечь и уродовать горазды, но и душа человеческая в вас тоже имеется. Что напортачили, то сами и поправили.
Тем временем разговор между отцом Жасаном и эмэновцем накалялся, и Лео узнал последнего, когда тот повернулся в профиль — майор Хартман. И этот тут как тут. Интересно, что они не поделили? Впрочем, ясно как белый день — зоны влияния. Это соперничество наверное на всех уровнях продолжается.
— Вы абсолютно не компетентны! — к майору даже прислушиваться не надо было, он и без громкоговорителя заставил бы всех себя услышать. — Кто одобряет операции в черте города, с вовлечением мирных жителей? Если обнаружатся жертвы, вы так просто не отделаетесь. Конкретно вы, падре Жасан!
А вот чтобы расслышать ответ инквизитора, Лео пришлось подпитать слух канденцием.
— С вашего позволения, — отец Жасан смешно приподнимался на цыпочках, блестя очками, — с вашего позволения, уж покомпетентнее вас! Если бы вы не совали нам палки в колеса…
— Палки в колеса — это когда мы обнаружили гору запрещенных артефактов, которые ваш агент прошляпил?
— … если бы вы не лезли на наш объект, майор Хартман!..
— …то ваш агент запорол бы расследование окончательно и бесповоротно.
— С вашими дохлыми… дохлыми животными, нашпигованными порождениями демонических миров!
— А теперь он еще жилые дома поджигает, как я вижу. Это тоже ваш объект? Как он, позвольте узнать, связан…
— Вот не надо подменять понятия, майор Хартман! Дома поджигают магтеррористы, которых вы прошляпили многажды…
Лео потрясли за плечо, и он сфокусировал взгляд на соседе.
— Так что, учитель, насчет компенсации? Это ж из-за тебя все творится. Не поселись ты у нас, никакие малефики до нас бы не добрались.
Лео вздохнул.
— Хорошо, я подумаю, что можно сделать. Где вас искать?
— О, слышу толковые слова. Смотри, пойдешь дальше по Горохову переулку, — сосед потыкал пальцем в темноту, — на первом перекрестке направо будет заведение «Горизонт», спросишь там папу Шандора, это я. Шандор Орош, — сосед протянул широченную короткопалую ладонь.
Пришлось пожать.
— Лео Грис.
— Вот и отличненько. Бывай, к тебе твое копченое начальство движется.
К Лео и правда подходил Мануэль, оставив падре Жасана спорить с майором.
— Отдышались, Лео?
Он, подобрав полы чужой шинели, присел на корточки, точно так же, как это делал сосед.
— Я в порядке. Кто этот инквизитор в очках?
— Мой куратор, падре Жасан. Надеюсь, он подбросит нас до школы.
Мануэль, чуть повернув голову, покосился на спорящих, белки глаз у него блеснули, как у негра. Шнурок, перевязывавший хвост, сгорел, и теперь волосы косматой, полной пепла гривой падали на воротник и на плечи. Выглядел господин квестор-дознаватель дико и жутковато — и куда только делся лощеный аккуратист-инквизитор? Все это фикция, подумал Лео. Вся эта его строгость, холодность и педантичность — фикция.
— У нас пара минут, — он повернул к Лео черное лицо, — слушайте. Я говорил, что у меня есть предложение.
— Да, — Лео кивнул.
— Вы спокойно забираете своего Кассия и уезжаете, и я не буду вам препятствовать. Мало того, я помогу вывезти ребенка за пределы школы. А вам советую официально уволиться, завтра же, чтобы вас и пропажу мальчика не связали.
— А что вы хотите взамен? — Лео облизнул пересохшие губы.
— Хочу, чтобы вы были посредником на встрече меня и вашего… кто вам Беласко Гавилан? Брат?
— Дядя.
— На встрече меня и вашего дяди, Белого Льва. Будете гарантом моего слова.
— Зачем вам дядя? — поразился Лео.
— Затем, что я ищу союзников. К сожалению, с той информацией, которой я владею, искать союзников в Инквизиции и даже в Артефактории гораздо сложнее, чем среди прогрессивной части магов. Договорились, Лео?
— М-м… да. Договорились. Но я не могу гарантировать, что Беласко согласится на встречу.
— А это уж ваша забота, — Мануэль улыбнулся — хищно блеснули зубы — и наставил на Лео черный палец, — постарайтесь, чтобы согласился. В конечном счете, магам это не менее важно, чем людям. И вставайте уже, куратор с майором, кажется, закончили обвинять друг друга во всех грехах. Надеюсь, падре Жасан отвезет нас в школу. Я замерз как собака, и вы, небось, тоже.
А Беласко был все-таки прав, подумал Лео, хватаясь за протянутую ладонь. Де Лерида искал рыбу покрупнее. Прогрессивная часть магов, однако! Магистерий!
А ведь он вычислил не только, что я маг, но и фамилию. Как, интересно?
По внешнему виду? Я похож на маму, на Беласко, на тетю Регину. А Мануэль видел их — на фотографиях или даже живьем. Кровь Мелиор ни с кем не спутаешь.
Этого мы с Беласко не учли. Надо было волосы покрасить, прежде чем затевать маскарад. Хорошо, что я теперь тоже весь в саже — настоящий Цинис, а вовсе не Гавилан! — ведь кто его знает, этого куратора, может, он возьмет, да и сложит два и два. И майор еще… Ястреб, где были мои мозги?
— Мануэль, вы меня простите, но это уж ни в какие ворота не лезет, — куратор бегло говорил на латыни, явно не желая, чтобы Лео слушал, как распекают дознавателя Инквизиции. — Почему вы без охраны, вы так и не объяснились. И почему вы вовлекли в ваши дела постороннего человека? Как вы могли так безответственно подвергнуть опасности мирных жителей?
Вода камень точит. Де Лерида видимо понял, что отмалчиваться с постной рожей бесполезно — и тяжело вздохнул.
Они ехали в сторону школы — спасибо куратору, сжалился, так как шикарная машина Мануэля в данный момент представляла собой груду обгорелого металла. Не очень ей помогли защитные сигилы и глифы, особенно когда в ее нутро забрался крохотный голем-самоубийца и там рванул.