Ярослава Кузнецова – Черный Петер (страница 10)

— А в раздевалке оставаться нельзя, раздевалку запирают и из нее выход прямо в зал, — Лу не поднимала глаз, — и в коридоре нельзя, сразу к директору потащат, если кто увидит. Вот я и пошла в подсобку. Перед концом урока вышла бы, никто бы не заметил. Из подсобки слышно, что в зале происходит.

— Понятно. Так вы вошли, и что?

— Там стол такой большой, старый. С такими тумбами. Я же уже показывала господину инспектору! Он на столе смотрел и ящики велел вскрыть — только там пусто.

Инквизитор задумчиво покрутил в пальцах самописку.

— Странно, — сказал он, — почему это господин Далтон оставил столь дорогой предмет в незапертом помещении лежащим прямо на столе.

— Так он был бумажкой прикрыт.

— Ах да, бумажкой. А как вы разглядели его под бумажкой?

— Так он светился.

— Странно, что господин Далтон прикрыл светящийся предмет бумажкой и оставил незапертую дверь. Вам не кажется, что здесь что-то не так? Предмет дорогой, драгоценный, вы сами сказали. И вдруг лежит посередине стола, прикрытый бумажкой.

Лу дернула плечом, упорно рассматривая пол.

— Кто угодно может войти и забрать браслет, — гнул свое инквизитор. — Тем более, что не видно из зала. Просто взять его со стола, из-под бумажки, и положить в карман. Украсть. И никто бы не заметил. И господин Далтон бы ни за что не догадался, кто это сделал.

Ага. И умирать ему тогда совершенно не нужно было бы.

— Я не крала браслет, святой отец! — Лу вскочила со стула и кинулась к директорскому столу. — Господь свидетель, не крала! На Библии поклянусь, даже… даже в мыслях не было… святой отец, прими-ите и-и-испове-е-едь!

Из глаз снова брызнули слезы, Лу повалилась бы на колени, но массивный стол мешал добраться до инквизитора.

— Не могу, Бьянка Луиза, — терпению каталунца можно было позавидовать. Он набулькал из графина воды и протянул девушке стакан. — Я не рукоположен. Но я верю, что вы не крали браслет. Выпейте, пожалуйста, успокойтесь. Я вас ни в чем не обвиняю. Однако о чем-то вы умалчиваете, Бьянка. Пожалуйста, соберитесь и расскажите, как все происходило на самом деле. Дверь в подсобку была заперта?

Лу глотнула воды, стуча зубами о стакан, отдышалась. Утерлась рукавом.

— Сядьте, Бьянка. Не бойтесь ничего. Рассказывайте.

— Заперта, — она села, не поднимая глаз. — Вообще Мордач… господин Далтон ее не закрывает, а тут запер… но мне куда податься? Я это… открыла.

— У вас был ключ?

Она мотнула головой.

— Шпильки… одолжила у Цыпы. То есть, у Анны Леоноры. Только она не знает, что я у нее одолжила… Фоули велел карманы выворачивать и отмычку отобрал, когда в карцер сунули. У меня проволочка такая была, подвал отпирать. Мы там на трубе грелись и истории рассказывали. А потом, ну…

— Какие удивительные у вас навыки, Бьянка.

— В нашем районе у всех такие навыки, свя… господин инквизитор, — девушка пожала плечами.

— Итак, вы открыли подсобку и что?

— И вошла. Там темно, но я помню где что стоит. Там один стул только, у стола. Я на него села. Ну и сидела-сидела… а потом…

— Что потом?

— Так темно… и я вижу — что-то синенькое светится. Не поняла сперва, откуда. А это… сквозь замочную скважину в ящике стола. Ну я…

— Воспользовались шпильками?

— Да-а… а там он лежит, браслет этот. И светится. Такой красивый!

— Вы брали его в руки? Надевали?

— Да… у него нет замочка, он так чуть раздвигается, можно руку засунуть. И на руке уже обратно сжимается, крепко сидит.

— Ничего не почувствовали? Когда надевали?

— Почувствовала, святой… господин инквизитор! Он… он знаете какой? Вот смотришь на него — а в голове словно кто-то нежным голосом шепчет… слов не разобрать, но словно уговаривает себе оставить. И весь мерцает красиво, переливается. Но я его обратно положила. То есть… хотела положить…

— И что вам помешало?

Личико Лу сморщилось, Лео подумал, что она опять заплачет, но нет. Она раз вдохнула-выдохнула и сказала:

— Мордач… в смысле, господин Далтон. Пришел.

— И обнаружил вас с браслетом?

Она кивнула.

— Прям посреди урока пришел. Он сразу понял, что… Я думала, он меня убьет. А он так спокойно дверь запер, достал лампу и включил. И смотрит. — Лу помолчала, облизнула губы, — А потом говорит: «Закричишь — заявлю, что ты воровка».

— Хм, — инквизитор нахмурился и потрогал гривну у себя на шее, — Бьянка Луиза, если вам трудно рассказывать, я попрошу господина Гриса выйти.

— Нет, — она мельком взглянула на Лео, — не трудно. Мне стыдиться нечего. Я браслета не крала, а господин Далтон… ну он думал, что я в углу, деваться мне некуда, а я не барышня кисейная. У меня это… навыки. Коленом — куда надо, на стол запрыгнула, и бежать. Щеколду сорвала просто, — Лу покрутила в пальцах пустой стакан. — Думала, он настучит директору… что воровка и прогульщица… А он вон как…

— Понятно, — покивал инквизитор. — Спасибо. Кое-что прояснилось. Небольшое уточнение — и я вас отпущу, Бьянка. Вы сказали — артефакт будто бы уговаривал оставить себя у вас, так? Вы чувствовали желание оставить браслет себе?

— Чувствовала. Только не собиралась оставлять. Я его уже сняла, когда Мордач вошел.

— Насколько сильное желание было?

— Да уж сильное!

— Но вы его побороли. Сможете объяснить как?

— Ну как же… нехорошо же это. Я ведь… — она отвела глаза, но продолжила решительно: — Я ведь уже скрыла у падре Кресенте на исповеди. Про карточку и про то, что Галку в церковь подсылала, чтоб он вещи падре трогал. Если бы я браслет взяла — это бы воровство получилось, грех. Что, опять врать на исповеди? Я и так измучилась из-за карточки. Как потом мне падре в глаза смотреть? Нет уж, помилуйте, — ресницы у Лу вновь намокли, она закинула голову и уставилась в потолок. Сглотнула и закончила хрипло: — Если вы не хочете меня исповедовать, господин инквизитор, так я к падре схожу, — и совсем упавшим шепотом, — хоть и стыдно-о-о…

— Я уже сказал, что не рукоположен, — машинально ответил инквизитор, но в его взгляде появилась даже некоторая теплота. — Бьянка, вы очень хорошо сделали, что сейчас все рассказали, и что отказались взять чужую вещь, избежав страшного искушения. Уверен, падре внимательно выслушает вас и не наложит слишком тяжелую епитимью.

— Спа… сибо. Можно я уже пойду?

— Да, идите, конечно. Скажите только, вы кому-нибудь рассказывали о драгоценности? До того, как вы рассказали о ней инспектору?

— Нет, — слезы все-таки пролились, и Лу сердито вытерла их рукавом, — я б никому не сказала, если б Мордач… ну, если б его не убили. Из-за браслета убили, господин инквизитор, истинное слово. Он сам бы меня убил, если б дотянулся…

Лу вышла, высоко подняв голову, полная внутреннего достоинства. Лео задумчиво смотрел ей вслед.

— Какая необычная девочка, — инквизитор тоже смотрел на закрывшуюся дверь. Затем перевел взгляд на ликтора, застывшего у двери. — Люсьен, на сегодня вы свободны. Завтра утром, пожалуйста, съездите в Библиотеку, запросите там книги по этому списку и еще монографию Анри де Руйтера «Ars artefactorica», со всеми дополнениями. И общий каталог артефактов.

— Господин де Лерида, весь?!

— Конечно весь. Доброй ночи. Завтра жду.

Некоторое время инквизитор сидел молча, глядя перед собой и постукивая по столу тупым концом карандаша.

— А что скажете, господин Грис, — перевел он взгляд на Лео, — дети тут не из слишком благополучных семей? Как у вас в школе с воровством?

— Я не слишком давно тут работаю. Вторую неделю. Про воровство не слышал ничего. Артефакт, получается, непростой? Уговаривал себя украсть!

— Такой артефакт, — инквизитор кивнул на рисунок Лу, — простым быть не может. Но вот то, о чем барышня Венарди рассказывала — не встроенное его свойство. Боюсь, он еще и зачарован.

— Магическое воздействие?

— Оно самое. А ведь это вы, господин Грис, обнаружили трупы, так? И первый и второй. Совершенно случайно.

— Абсолютно, — Лео посмотрел на поднявшего бровь инквизитора самым честным взглядом, каким только мог. — Понимаю, что звучит дико, но так оно и было. Мало того, я был свидетелем ссоры Конрада Бакера и Рональда Далтона. Ссору еще наблюдал наш падре, а… тела я нашел один.

Спасибо еще, не я обнаружил браслет в столе у физрука! То-то было бы здорово.

— Повезло вам. Мне, впрочем, тоже — почти все важные свидетели в одном лице, да еще и под рукой. Ну и барышня Венарди вам в компанию.

— Надеюсь, свидетели кроме нас еще найдутся, — Лео нахохлился.