Ярослава А. – Ты только моя (страница 8)

Быков шагает следом, и как только мы оказываемся в моем кабинете шутливо выдает:

— Строгий у вас начальник, Дарья Васильевна! Не надоело работать под его гнётом? А то вы только намекните. Такие специалисты, как вы, мне очень нужны.

Сажусь в свое удобное кресло и с искренним недоумением смотрю на молодого мужчину, не зная, как реагировать на подобное.

— За столь высокую оценку моих скромных качеств, конечно, благодарю, но с чего вы решили, будто меня что-то не устраивает? Константин Александрович – прекрасный руководитель.

— Ну, надо же, — хмыкает Быков. — А инженера и сметчики от него воют. Видимо у него к вам особая симпатия.

Сказал и лыбится, нагло стреляя глазами мне в декольте. Оно не такое уж и глубокое, но с учетом моих форм все равно довольно аппетитное.

Черт меня дернул сегодня вырядиться…

С трудом подавив детское желание прикрыться, быстро кликая мышью по экрану, отправляю на печать несколько файлов с таблицами.

— К сожалению, готовой презентации у меня нет. Поэтому придется поломать голову над таблицами, — предупреждаю я, складывая все это добро в отдельные файлики.

— Не переживайте, разберусь. У меня экономическое образование.

Хотелось сказать, что его наличие еще не даст секретный ключ к полной расшифровке таблиц, но сдержалась. Не мое это, как бы, дело.

Босс приказал – я выполнила.

Быстро объясняю мужчине, что к чему, где посмотреть основные показатели, на что обратить внимание. Он внимательно слушает, делает какие-то свои пометки на полях и, к его чести, не перебивает.

— Все понятно? — спрашиваю я у Быкова после того, как все подробно ему разжевала.

— Более чем, — с довольной улыбкой кивает он. — Можно еще вопросик?

— Конечно.

— А что вы делаете сегодня вечером?

Глава 4 Самый вредный босс

Дарья

Сказать, что я ошарашена, ничего не сказать.

— Простите? — хрипло выдыхаю, думая, что ослышалась.

— Хотел бы пригласить вас, Дарья, на свидание, — совершенно серьезно произносит мужчина и смотрит на меня с легкой, чуть хитрой улыбкой.

Находясь в совершенной растерянности и не зная, как относиться к такому повороту событий, стою ни жива, ни мертва, а щеки мои, между тем, покрываются жгучим румянцем.

Свидание?

Не помню, что это такое.

Последний раз я была на свидании больше девятнадцати лет назад.

Господи, что говорить-то в таких ситуациях?

— Павел… м-м-м, — из головы вылетает, как Быкова по батюшке.

— Можно просто Павел, — подсказывает он, и глаза его начинают искриться от самого настоящего веселья.

С трудом беру себя в руки и, выпрямив спину, с достоинством говорю:

— Видите ли, Павел, все это так… неожиданно, и я, право, даже не знаю, что вам ответить.

— Вы мне очень понравились, Дарья, — мурлычет, точно кот, он и незаметненько так пододвигается ко мне. — Я восхищен и покорен вашей красотой. Хотелось бы узнать вас поближе.

И смотрит… смотрит гад именно на ту часть тела, которая, видимо, покорила его больше всего. А она, как назло, от частого дыхания еще и колышется весьма соблазнительно.

— Я пока не готова вам дать ответ. Сегодня работаю допоздна, а завтра у меня кое-какие… личные дела.

— Личные, — с нажимом повторяет за мной Быков. — Какая вы, однако, занятая девушка.

Это Павел знатно польстил. Девушкой меня даже в магазине не называют. Тетенька уже я, а он — девушка.

Неожиданно это обращение мне импонирует, и вообще вся ситуация будоражит, рождая в груди трепет, какого уже там тысячу лет не наблюдалось. На лице сама собой расцветает ответная улыбка. Ведь приятно, когда такой шикарный мужчина считает тебя привлекательной.

— Быть может, тогда я стащу у вас это, — Быков в одно ловкое движение берет со стола визитку с моими контактами. — Опа! А вот и телефончик Дарьи Прекрасной! Я наберу? Послезавтра?

Молчу, позволяя счесть это за кокетливое согласие, и прикусываю губу, когда Павел берет мою ладонь, медленно подносит к губам и, не разрывая зрительного контакта, нежно целует.

Я едва сдерживаю тихий вздох, а в следующее мгновение испуганно подпрыгиваю, когда дверь моего кабинета с грохотом распахивается, являя Змея Кошмарыча в его самом кошмарном настроении.

— Дарья Васильевна! — натурально рычит он. — Я должен вас полдня дожидаться?! Пока вы тут…

Босс затыкается, узрев наши с Быковым застывшие фигуры, находящиеся в опасной для простого знакомства близости. Взгляд его точно выделяет из общей картины наши сплетенные ладони и мгновенно трансформируется в злобный, хищный прищур.

— Пока вы тут с Пашей любезничаете.

— Но…, — пытаюсь возразить я, буквально выдергивая руку из загребущих клешней Быкова. — Вы же сами…

— Вы очень медленно работаете!

А вот это обидно!

Я всегда быстро работаю.

И я не виновата в том, что Константину Александровичу сегодня кто-то отдавил его змеиный хвост. Это точно была не я!

Хм…

Или я?

— Паша, ты все узнал? — не очень любезно задает вопрос мой босс другу. — Если «да», то попрошу на выход. Дарье Васильевне еще работать надо.

Быков, что до этого взирал на Завьялова с ироничным любопытством, внезапно, словно что-то поняв, взрывается смехом, а после демонстративно снова лобызает мне руку и, отсалютовав мне моей же визиткой, прощается.

Теперь мы с Кошмарычем остаемся в кабинете вдвоем.

Босс тяжело смотрит из-под сдвинутых четко очерченных бровей, а у меня от этого взгляда все внутри переворачивается.

Как он это, черт его за ногу, делает?

Заставляет чувствовать себя виноватой за флирт с другим мужчиной так, словно я ему принадлежу.

Ерунда какая-то!

Трясу головой, выгоняя из головы лишние мысли, и, ловко обогнув собственный стол, сажусь в удобное кресло.

— Я бы не советовал вам, Дарья Васильевна, принимать ухаживания Быкова, — продолжая сверлить меня нечитаемым взглядом, заявляет мужчина.

Просто потрясающая наглость!

Предположим, я и не собиралась. Уж слишком Быков для меня крут и молод, но Кошмарычу об этом знать ведь не обязательно.

— Это по какой же причине? — складываю руки на груди и откидываюсь в кресле, — Могу узнать?