Ярослава А. – Ты только моя (страница 7)
Ничего же страшного не произошло?
Старательно вывожу на бумаге сегодняшнюю дату.
Подумаешь, напилась – с кем не бывает.
Пишу день недели.
А что могут означать странные намеки босса?
Карандаш замирает в воздухе, и я со стоном роняю голову на руки.
У меня сейчас от предположений голова взорвется. И как же мне так расспросить Кошмарыча о том вечере, чтобы не уронить свое достоинство окончательно?
Хотя куда уж ему еще падать.
Даже страшно представить, что теперь обо мне думает начальник. Он, конечно, мужик бывалый. Разные про него слухи ходили, но я-то интеллигентная женщина. Умная, спокойна, приличная… была раньше.
От трели внутреннего телефона испуганно подпрыгиваю на кресле и, схватив трубку, чуть ли не ору:
— Да!
— Дарья Васильевна? — чуть испуганно спрашивает Катенька. — Вы забыли про планерку?
Забыла, конечно.
Вспомнишь тут, когда с утра такие новости.
Идти на планерку совершенно не хочется. Ведь там будет босс! Вот как мне теперь ему в глаза смотреть?
Но делать нечего.
Кое-как соскребаю себя с кресла, стряхиваю с костюма невидимые пылинки и, подхватив заранее распечатанные отчеты, иду на негнущихся ногах в зал совещаний.
Там уже все в сборе.
Мужики оживленно обсуждают строительство нового жилого комплекса в пригороде. В эпицентре разговора, конечно же, Константин Александрович и его непосредственный заместитель. Замечаю еще несколько незнакомых лиц и, приосанившись, иду к своему почетному месту.
— Доброе утро, — уверенно здороваюсь, и все взгляды в мгновение ока оказываются прикованы ко мне.
Мужчины неслаженным хором приветствуют меня, некоторые из них даже отвешивают вполне искренние комплименты.
— Дарья Васильевна, замечательно выглядите!
— Помолодели, похорошели!
— Говорят, вы теперь свободная дама?
— Развод вам к лицу.
М-да, явный перебор с комплиментами, а еще невероятная осведомленность моей личной жизнью.
А еще говорят, что женщины сплетницы. Мужики похлеще будут.
Похоже вся наша компания уже знает, что я теперь ношу унылый, но гордый статус разведенки.
Нестрашно, но неприятно…
Не улыбается мне как-то быть объектом сплетен и насмешек.
Смущенно смотрю перед собой и нервно перебираю распечатки с отчетами, не зная, как лучше отреагировать на это, когда ситуацию спасает Кошмарыч, громко гаркнув:
— Так! Время не резиновое! Садимся, напрягаем извилины и думаем, что нам делать с водопроводом в комплексе. У кого есть идеи?
Все разом притихают, занимают свои места и затыкают рты, ибо идей у них нет. Местные мужики вообще не способны на креативность. У них все просто: кувалдой бить, кирпич класть. Вот это дело!
— Я думаю, что надо собственную скважину бурить, — подает голос незнакомец, что вальяжно развалился в кресле напротив меня. — Или попробовать подсоединиться к вот этой скважине.
Он указывает пальцем в какое-то место на карте.
Сама я в этом ни черта не смылю, но, судя по уважительному кивку Константина Александровича, мужик дело говорит.
— Дарья Васильевна, — окликает меня босс, — познакомьтесь с моим партнером по данному проекту — Быков Павел Алексеевич. Попрошу вас чуть позже ознакомить его с кратким бизнес-планом.
— Конечно, Константин Александрович, — кратко отвечаю я и, бросив быстрый взгляд в сторону этого самого партнера, невольно краснею, поняв, что тот совершенно бесцеремонно меня разглядывает.
Быков явно моложе и наглее Кошмарыча. Рассказывает о проекте так, что заслушаешься. Ему с такой харизмой и умением разговаривать в политики надо. Тем более, внешность у него соответствующая. Высокий, крепкий, со светлой пшеничной копной и добродушной улыбкой. Эдакий парень из народа.
А в глазах?
А в глаза его глянешь – там внутри сверхточный калькулятор.
Знаю я породу таких людей.
Молодые, но хваткие.
Кошмарыч не такой лихой и шустрый, зато более надежный и основательный.
Поймав себя на том, что невольно сравниваю этих двух мужчин, мысленно даю себе пинка.
О чем ты думаешь, баба безмозглая?!
О работе вот думай!
Открывай свои отчеты и вещай, давай.
С невероятным усилием воли заставляю себя сосредоточиться на работе и, живо включившись в совещание, начинаю активно участвовать в обсуждениях.
Вообще я не люблю подобного рода сборища.
Я больше кабинетный работник.
Мне ближе и милее четыре стены моей коморки, чем общение с людьми.
Интроверт, одним словом.
Но работа есть работа, и моя должность подразумевает публичность, поэтому обычно после таких вот планерок я эмоционально похожа на выжатый лимон.
Сегодняшний день не исключение.
А мне ведь еще день работать…
— Дарья Васильевна, зайдете?! — зовет Кошмарыч, когда все уже расходятся и гуськом, точно детки после утренника, покидают зал совещаний.
Смотрю на него во все глаза, а в голове вымышленная картина того, как он, пыхтя и задыхаясь, тащит мою немалую тушку на себе.
Не могу! Вот не могу сейчас ему в глаза смотреть!
Надо храбрости, что ли набраться...
— Дарья Васильевна обещала мне всю финансовую раскладку, — неожиданно рядом возникает Быков. — Ты ж сам сказал. Прости, но у меня время поджимает.
С этими словами он красноречиво смотрит на наручные часы.
— Да, я забыл. Идите, конечно, — с неясной досадой говорит босс. — Зайдете потом ко мне, Дарья.
Всю жизнь была Дарья Васильевна, а теперь внезапно Дарьей стала.
Трясу головой, стараясь выкинуть лишние мысли о боссе и разного рода странностях в его поведении, и быстро иду в сторону своего кабинета.