Ярослав Жаворонков – Неудобные люди (страница 74)
– Как? Совсем?
– Не знаю. Ничего не знаю. Совсем, да.
– Ой, дочь. – Мама села, потянув Настю за собой. – Иди сюда. Поплачь, поплачь. Со слезами всё выходит.
Дзынь.
Настя свернулась на маминых коленях, сжалась, уменьшилась, ноги подтянув к подбородку, как во время прыжка в высоту, возвращаясь в эмбрионную позу, из которой все распрямлялись и в которую все возвращаются. Через минуту о том, что она жива, говорили только редкие импульсивные подергивания, как если бы через тело пропускали слабые разряды тока. Когда зашумела дверь и из прихожей мягкие осторожные шаги добрались до комнаты, она смогла только открыть глаза и безучастно посмотреть. Через секунду веки, сдавшись вселенской тяжести, сами закрылись.
Скинув кроссы, Крис пошла на звук – звенящую, вибрирующую тишину. Зашла в комнату и наткнулась на бабушкин взгляд – тихо, внучка, тихо, видишь, что тут у нас.
Мать подергивалась на диване, положив голову на колени бабушке. Крис поняла – что-то с Сережей или младшим Спиридоновым. Или с обоими. Надо же, подумала она, какое похожее разбитое корыто. Удивительно похожее на ее собственное. Даже на секунду захотела подойти к матери и, ну, не обнять, а положить руку на плечо, ведь им обеим сейчас не по себе, но решила – может, в другой раз. Позже, как та успокоится, спросит, в чем дело. Подтянула брошенный рюкзак и пошла в их с матерью комнату.
Крис шла быстро, собой вспахивая воздух, звеня брелоками. После того, как немного потеплело, – немного похолодало. Этим летом она и согреться толком-то не успела, всё прятала холодные ноги под одеяло, руки – в перчатки без пальцев.
Серые домики тихо ухали и оседали позади. Она шла так быстро, как идут, от чего-то спасаясь.
Уже подходя к автовокзалу – смешной маленькой стоянке, – чуть не налетела на какую-то бабку, не по погоде напялившую на себя дубленку и шаль. Пробежала по желтой кирпичной дорожке, пропустила несколько автобусов, резво стартующих, до которых не могла добежать, на которые не могла успеть, перепрыгнула через базар с фруктами и невыразительными эскизными людьми без лиц у прилавков с холодцами и оказалась у входа в здание.
Он уже отходил от касс, в его руке на ветру смеялись билетные чеки. У Крис задержалось дыхание – вот просто несколько секунд не могла вдохнуть, как сводит ногу и не получается вынырнуть.
До него оставался один переход. Время уже. Подходило время. Она стояла, пытаясь заставить ноги идти.
Макс, лениво осматриваясь, заметил ее почти сразу. Он уже купил билет на рейсовый автобус и стоял тут, не помня, как сюда пришел. Солнце шпарило в глубокие маечные вырезы, как пролитый кипяток, и ударяло в грудь и бока. Пе́кло́. Вокруг ходили странные подростки с открытыми животами, забирались на вышки и оттуда смеялись дети, люди с опавшими лицами сидели в очереди в дверь у касс, как сидят в очереди к врачу или на какую-то диагностику. Время уже. Подходило время, скоро была дорога. Так вот, лениво осматриваясь, он заметил ее. Они с Крис смотрели друг на друга, взгляды прерывались проезжающими машинами, но после каждой из машин соединялись снова, как соединяются после разрыва провода и снова проводят ток.
Загорелся еле зеленый свет. Макс мотнул головой в ее сторону. Крис снова задышала и перешла дорогу. Встала в метре от него, смотрела. Круги под глазами, бледные сползающие синяки – эти она не видела, – но вечная насмешливая ухмылка. Он развел руки, и она бросилась к нему.
– Дурочка, – сказал он ей.
– Угу, – закивала она ему в плечо и заулыбалась.
…Благодарности
Этого романа бы не было, если бы мне не помогали много прекрасных людей. А если бы и был – страшно представить какой.
В первую очередь спасибо моим родителям – за то, что не сдали в дурку, когда я много лет назад сказал, что хочу писать, всё это время поддерживали и интересовались, как там моя писанина.
Большое спасибо моей прекрасной команде за то, что помогала с фактурой, спецификой, живыми деталями и профессиональными знаниями в разных областях. Даша Лебедева – ты – профессиональный стержень этого текста, без твоих вдумчивых прочтений десятков и десятков страниц о работе в коррекционке я бы оказался вообще непонятно с чем. Тема Горбачев – спасибо за то, что еще не бьешь ногами и помогаешь, когда я прихожу к тебе с запросами типа
Огромное, даже адекватно не вербализируемое спасибо Майе Александровне Кучерской и Марине Львовне Степновой за веру в этот текст, чтение нескольких его драфтов, выдержку, тонну важных советов и умение нежно обратить внимание на факапы, подчеркнув удачи. Вы – крестные мамы этой книжки. Чего уж там, спасибо и Максу Мамлыге – за первую беспристрастную критику и советы насчет стилистики.
Спасибо Юле Гумен за первые добрые слова из профессионального книжного мира о тексте, упорство и продуктивное сотрудничество. Спасибо всему агентству Banke, Goumen & Smirnova за то, что не побоялись странного романа никому не известного дебютанта и взяли его в работу.
Спасибо-спасибо-спасибо Юлии Селивановой за то, что не отмахнулась от рукописи, что-то в ней увидела и решила подписать договор на издание. И невероятных масштабов спасибо моему редактору Карине Буяновой, которая непосредственно выпустила роман и ответственна за то, что он из себя представляет в финальном варианте; за то, что терпела миллион моих идиотских вопросов и занудных замечаний; и за то, что отстаивала рукопись на разных сложных этапах издательского процесса.
Спасибо Гале Юзефович и Оле Брейнингер за то, что отважно согласились потратить время на чтение чернового драфта и дать отзывы на текст.
Спасибо всем моим прекрасным друзьям, которые несколько лет морально поддерживали, благородно не называя меня шизофреником, и ждали выхода романа. Федя Чурбаков, Макс Корначев, Саша Коняхина, Яна Москаленко, Алиса и Елена Владимировна Каменевы, ОляЧередниченко, Саша Михайлов, Андрюша Мучник, Леха Колесниченко, Егорка Завгородний, Аня Линская – спасибо вам за то, что были и остаетесь опорой!
Спасибо замечательным преподавателям, которые учили меня языку, теории и практике литературы и редактуры, поддерживали и вовремя били по рукам. Светлана Владимировна Скробот, Владимир Алексеевич Исаков, Ольга Славникова, Демьян Кудрявцев – спасибо вам.
Наконец, спасибо тем, кто не помогал непосредственно, но благодаря которым моя вера в себя жива. Марина Артуровна Вишневецкая – спасибо вам за то, что когда-то оценили «Сатурна» и болели за него на «Пашне». И неожиданным образом спасибо Содзи Симаде, который вряд ли когда-то прочитает эти слова, но напутствие которого много лет возвращает мне тепло и улыбку.