Ярослав Заболотников – Кости и цветы (том 4) (страница 4)

— Ух-Нод? — Эрминия вновь упёрла взгляд в потолок. — Или раньше?

Отпираться не имело смысла — ассасин стянул шарф, обнажив две багровые точки.

— Ух-Нод… Ей это было нужно. Почти заставил.

— Хорошо держишься… С твоей-то неприязнью к нашейному тряпью.

— Ага, — Рэксволд кивнул на приоткрытую дверь. — Мыться идёшь? Могу составить компанию. В бочке хватит места и для двоих. Алана всё равно сдёрнули по каким-то там петлям. Судя по его страдальческому лицу, вернётся он не скоро.

— Тебя так возбуждает моя сальная башка? — Эрминия села, свесив ноги на пол. — Или огрызки вместо пальцев?

— Грязные ногти, — по губам растеклась ехидная улыбка. — Ты ж знаешь, чёрный — мой любимый цвет.

Северянка смерила Рэксволда оценивающим взглядом. Встала с кровати. Неторопливо приблизилась.

— Если услышу хоть одну шутку про материнство, им-то тебе его и отрежу, — она развернулась, отбросила волосы за спину, почти в лицо ассасину, да пошла на выход. — Тряпьё на шею накинь.

Рэксволд опустил взор на своё бедро, где сквозь полотенце прослеживалась чуть заметная полоска: ремень от застёгнутых позади кинжальных ножен.

— Не баба — чистое пламя…

Шойсу стоял у окна отведённой ему комнаты и смотрел на тонущий в закате город. Осторожно. Из-за откоса. Словно в любой момент стекло могла пробить влетевшая в дом стрела.

Это вовсе не грот. Надземелье. Оно существовало. Никак иначе не объяснить такое количество светлокожих, ослепительную яркость свода и диковинные растения, среди которых не было ни единого гриба. Надземелье. Скучный миф стал шокирующей реальностью. Если так, то глубоко под толщей земли его народ веками стачивает кирки о Дарнирову Кору и борется за выживание в мрачных лабиринтах пещер… пока другие едят ароматную пищу, вальяжно прогуливаясь без оружия и брони.

Новые спутники гостеприимны. Судя по всему, даже богаты, раз вздумали одеть. Ещё и предпочтения выясняли. Вот только не доверяют: на пыльном шкафу обнаружились отпечатки маленьких лап. Возможно, даже сейчас крылатая зверюшка наблюдает из невидимости. Хорошо, хоть мысли читать не умеет.

В последнем Шойсу нисколько не сомневался. Иначе бы его давно убили…

Худощавое телосложение. Осунувшееся лицо. И вечно испачканная землёй одежда. Так выглядел городской могильщик. Ещё одной дугой на лице, помимо налобной морщины и кругов под глазами, было кольцо в носу. Из-за него мужчину за спиной называли «бычарой Флогги». Те, кто покрепче и погрубее, кидались насмешливым прозвищем прямо в открытую. Могильщик же лишь улыбался. Ни злобы. Ни обиды. Зачем? Когда твоими усилиями тёмными ночами пропадают люди, а ты безнаказанно разгуливаешь на свободе, злые языки только забавят. Никто бы и не подумал, что Флогги — покорный перст длани смерти. Наёмный убийца из «Апофеоза». Притом крайне внимательный. Златовласую северянку, приехавшую из Виверхэля, запомнил хорошо. А увидев её в столице, лишь неспешно облизал губу и коснулся кончиком языка медного кольца. С такой наградой за голову хмурая бестия всё ещё не в могиле. Это ненадолго.

Глава 2

Утро постучалось кулаком в дверь. И не единожды — трижды. Каждый раз новой рукой. Тащиться в грязных мехах после помывки никому не хотелось, а отправлять Алана — совсем уж бессовестно. Потому пара лишних золотых, и с наступлением зари к мастерской, словно пчёлки к улью, стали слетаться посыльные. Пока на столе остывал приготовленный юнцом завтрак, огромная яичница с вяленым мясом, странники облачались в новые одёжки.

Первым со второго этажа спустился Рэксволд в чернильно-чёрной кожаной броне. Рельефный нагрудник с боковыми ремнями. Лёгкие клёпаные штаны. Высокие сапоги. За спиной тканый капюшон. Казалось, ассасин не изменил своему стилю. Разве что шипы добавились. Как у розы, только стальные. По одиночному ряду на голенищах, наручах и наплечниках. Грозную картину довершали четыре кинжала: в ножнах на поясе и на бёдрах. Два из них Алан узнал. По навершиям с выгравированными змеями.

— Ну, как тебе?

— Круто… — хлопнул в ладоши радостный юнец.

— Ага. Придраться не к чему. Знают своё дело.

Чуть позже по лестнице грациозно сошла Лайла. В тёмно-зелёном облегающем платье. Глубокое декольте украшал золотой кулон в виде цветущей розы. Из-под длинного рукава выглядывал плетёный браслет, а из-под подола — носы коричневых сапожек. Талию же обхватывал кожаный ремешок с латунной пряжкой в форме листика. Выбранные тона вторили изумрудным глазам и удачно сочетались с каштановыми волосами, свободно ниспадавшими по изящным плечам. Сама весна.

— Хоть на аристократку теперь похожа, — улыбнулся Рэксволд.

— Благодарю… — пробуя на вкус комплимент, ответила Лайла. — И гадости никакой не добавишь?

— Сегодня воздержусь… О. А вот и Эрми.

В холл вошла северянка. Всё так же без косы, с распущенными, местами спутанными волосами. Она предпочла кожаную броню: мелкую плетёнку, укреплённую толстыми кольцами, что грубо стягивали тугие ремни. Нагрудник, штаны, высокие сапоги — всё цвета земли. Эрминия выглядела строго. Как горгулья на храмовой башне. Только вместо сложенных крыльев из-за плеч выступали рукояти мечей.

— Как, работает? — поинтересовался Рэксволд.

Северянка подняла покалеченную руку. На среднем пальце было широкое кольцо, а на двух соседних — стальные насадки. Все три элемента соединяли блестящие перемычки. Однако… кулак сжался полностью: вместе с искусственными пальцами.

— Привыкну.

Вскоре спустился Джон. Терракотовая кираса с клёпками в виде приплюснутых пирамидок. Тёмные штаны, представлявшие из себя крупную кожаную чешую. Грубые наручи. Массивные сапоги. Под стать хозяину. Оружие следопыт оставил в комнате, хотя, по невысказанным наблюдениям юнца, с такими кулаками оно и не нужно.

— Однако… — уста Джона тронула добрая улыбка. — Как неотразимы наши девушки.

— Ага. Тоже боюсь косоглазие развить, — согласился ассасин.

Приодетые друзья смотрелись впечатляюще. Особенно все вместе. Словно герои сказаний. Впрочем, «словно» — лишнее. Они и есть герои! От вчерашних историй аж дух захватывало. Окинув себя взглядом, Алан испытал неловкость. Тут даже свежая рубашка не спасала. Про драные мешковатые штаны и говорить не стоило.

— Ну и? Может, выдвинем его, сядем да пожрём как люди? — Рэксволд кивнул на стоявший у окна стол. — Или опять кто где рассядемся?

— Надо бы, — одобрил идею Джон. — Тогда вшестером поместимся. Лавку только подтащить и вон тот ящик.

— А, ну да, ещё этот… — проворчал ассасин. — Н-да, правду говорят: счастье в неведении… — на лестнице за спиной раздались шаги. — Слышу. Прётся…

С молчаливого камня ступеней на скрипучие половицы сошёл Шойсу. Его ботинки и плотные штаны ничем особенным не выделялись, а вот куртка… наполовину обрезанная по диагонали, защищала только правую сторону. Живот и левый бок был оголён. Рука — тоже. На ней поблёскивал лишь наруч с выкидным клинком. Цвет новой одёжки — графитовый. Как сырая мостовая.

Рэксволд скептически посмотрел на мышечный рельеф тёмного пресса:

— До первой стрелы… Хотя… скучать не буду.

А вот Лайла не сомневалась: остроухий иномирец отчётливо понимал, что делает. В лавке она пододвинула к нему альбом с эскизами. В ответ были продемонстрированы пустые руки. Пришлось показать неторопливый жест дарения. Немного подумав, Шойсу начал листать альбом и даже что-то чертить угольным карандашом на чистом пергаменте. Это натолкнуло вампиршу на кое-какую мысль. Но сперва — трапеза.

Она мерно шла за разговорами, пока на краю стола не появился Скарги. Ему тоже перепало угощение: полоска вяленого мяса. Перепорхнув к Лайле на плечо, он грыз её с нескрываемым удовольствием, чем приковал к себе взгляды завтракающих.

— Я думал, огненные мефиты щепками питаются… — усмехнулся уминавший яичницу ассасин.

— Отчасти, — Лайла взяла кусочек ржаного хлеба с деревянного подноса. — Травы, кора, фрукты, орехи. Жирное и сладкое им можно лишь в небольших количествах. Потому получают они его с дозволения хозяина. В качестве поощрения.

— Уверена? — проговорила с набитым ртом Эрминия. — Что мешает ему мышей или воробьёв втихаря жрать? Такой и сокола небось подобьёт.

— Дисциплина. В отсутствие Дельвинуса он исполняет исключительно мою волю.

— Да ну? — осклабился Рэксволд. — А давай поспорим, что он возьмёт у меня вяленое мясо, наплевав на запрет? Если нет — я за час организую тебе экскурсию по столице. Но если да, мы сыграем в игру «кто больше выпьет». И я не позволю тебе сдаться в начале. Так как, проверим?

— Ты проиграешь, — спокойно ответила Лайла.

— Ясно. Струсила. Эх…

— Хорошо, — вампирша улыбнулась. — Я согласна. Давай проверим. Даже команд давать не буду. Приступай.

— Во, другое дело! — повеселел Рэксволд. Он вытащил из яичницы аппетитный кусочек, встал и приблизился к Скарги. — Держи.

Мефит облизнулся.

— Да ты не стесняйся. Вкуснятина же. Смотри, — ассасин с наслаждением обнюхал предлагаемую еду и снова протянул руку. — Бери.

Скарги затоптался на плече. Почесал когтистой лапкой рогатую головёнку. А затем вдруг развернулся к дарителю спиной да уселся, недовольно подрыгивая хвостом. Даже уши от досады развесил.

— Какой послушный, — усмехнулся Джон.

— Несчастный… — увидел ситуацию под другим углом Алан.

— Я ведь предупреждала… За час, говоришь? — снова улыбнулась Лайла.