Ярослав Заболотников – Хроники семи королевств: Тени дремотных чащоб (страница 7)

Вскоре о присутствии женщины напоминали лишь оставленная под колдуном подстилка, горсть золотых на подоконнике – плата за сопровождение до Энсиля и ещё сверху – да оберег, привязанный к недоуздку чалого жеребца: каким бы ни был его владелец, животное не заслуживает стать жертвой голодных хищников…

Глава 3. Заглянуть под маску

Леса скрывают много тайн. Зарождение и становление жизни в густых кронах и тенистых зарослях. Обширные грибные королевства и их загадочные союзы с древесными исполинами. Драгоценные россыпи ягодных сокровищниц. И даже… осколки далёкого прошлого. Тщательно собранные и сбережённые, когда от самого прошлого остались лишь сказки да легенды. Одним таким средоточием осколков стала хижина, затаившаяся на небольшой поляне среди глухих чащоб Эльтарона.

Удивительным образом её каменная кладка, ползущий с дерновой крыши плющ и дымок над трубой не нарушали гармонию затихшего в осенней ночи леса. Зато нарушила хозяйка хижины. Разорванной материей пространства и выпущенным сквозь неё порывом эмоций. Тот пронёсся через поляну, достиг домика, где разбился о крепкую дубовую дверь. Однако его отголоски успели обеспокоить убаюканных ручейковой колыбельною обитателей. В тиши явственно прошелестели деревья, заквохтали на задворках куры, следом едва слышно отворилась дверь. Тусклый свет очертил в проёме силуэты мужчины и двух крупных животных. Они-то и приняли на себя второй, не менее яростный порыв:

– Ты знал! Знал, что Леонардо здесь, в Эльтароне! Почему ты не сказал?! – неслись обвинения незримой на плывущем во тьме призраке.

Животные вмиг передумали встречать прибывших и поспешили скрыться внутри. Мужчина же вышел из дома. Неторопливо зашагал по коротко щипанной траве навстречу. Позволил пленить себя воинственной всаднице, что налетела на него, взяла в кольцо. Когда много лет живёшь в краю бурь – стихийных ли, эмоциональных ли – приспосабливаешься к ним: учишься предугадывать, находить укрытие и… управлять ими.

– Разве я когда-либо утверждал обратное? – спокойно произнёс мужчина, поворачиваясь за рысившими лошадьми.

– Ты мог предупредить, что он шатается по лесам как обычный человек!

– Вероятно, по этой же логике всякий раз перед выходом в лес я должен предупреждать тебя о падающих деревьях? Поверь, вероятность получить отломанным суком по голове несравненно выше.

Всаднице не нужно было видеть лица говорившего. За много лет совместного существования она по голосу «слышала» всё: и тёплую улыбку, и весёлую пляску смешинок в голубых глазах.

– Вы издеваетесь?! И ты туда же?! – женщина от негодования дёрнулась в седле, отчего призрак горностаевой кобылы замер напротив другого, человеческого, в которого жертву допроса превращали светлые одежды и вторившие им волосы.

От тёмного пятна позади всадницы отделилось пятно поменьше, тихо заскользило в сторону гостеприимно распахнутой двери. Гиена поняла, что разборки двуногих неизбежно затягиваются, а она здесь точно не нужна.

– О чём ты? – всё так же спокойно полюбопытствовал Рихард, затем цокнул языком, и лошади тронулись шагом.

– Деревья!

– Весьма интересно, чем тебе не угодили деревья, но куда интереснее, почему ты вдруг заговорила о Леонардо.

– Потому что я его встретила!

– Чудеса… Уверена?

Глаза собеседников успели привыкнуть ко тьме, и теперь мужчина в скупом свете луны вполне мог различить возмущённое лицо всадницы. Крайне возмущённое лицо.

– Смотри, – бросила та.

Взгляд женщины утратил всякую выразительность, стал пустым, будто обращённым внутрь себя. В сознании же светловолосого вспыхнуло видение воина на вороно-чалом жеребце.

– И впрямь чудеса… Ожившая легенда… Похож, ничего не скажешь, хотя глаза, хитрец, замаскировал…

Рихард открыто забавлялся, а вот всаднице было не до смеха: ситуация-то оборачивалась настоящей безнадёгой.

– И что мне теперь делать?.. – простонала она, полным отчаяния взором глядя на светловолосого, и продолжила в ответ на безмолвный вопрос: – Я его опоила, влезла ему в голову и сбежала…

– Опоила? Не может быть. Твои зелья слишком слабы. Впрочем, более мощные на него тоже не подействуют…

– Но ведь получилось…

Однако сомнения вновь закрались, несмотря на непреложные факты. Её же саму посещали подобные мысли. Зелья, рассчитанные на человека, на колдуна, могущественного колдуна, не окажут влияния… А потом? Разве лич способен на… Женщина поспешно отогнала совершенно неуместные сейчас воспоминания. Может, это и не Леонардо вовсе был, а у страха глаза велики? Она повстречала кого-нибудь из его прислужников? Хотя… суть проблемы не менялась…

– Получилось? Или он тебе подыграл?

– Зачем?!

– Кто ведает… Но, полагаю, скоро мы узнаем. Не переживай. Если он до сих пор не явился, то опасаться нечего.

– Явился?.. Сюда?! Он может?!!

Женщина приехала домой за поддержкой, но, вместо успокоения, почва под ногами грозилась разверзнуть пропасть.

– Этого я тебе тоже не скажу…

– Да ты ничего не знаешь! Сам-то представляешь?! Тот, кто истребил существ, заявится сюда, в Обитель! Это же немыслимо!

Рихард вытянул руку перед кобылой, и та остановилась напротив, тут же сунув к нему морду в поисках утешения. Весь шумный разговор она не знала, куда себя деть: эмоции всадницы раздирали её на части, но побежать, взбрыкнуть было недопустимо.

– Шиари, милая, – мягко проговорил светловолосый, ласково почёсывая белый лоб лошади, но женщина вздрогнула, будто её плетью ударили.

В этой жизни она носила разные имена: Лили, Лииша, – предпочитала, когда близкие звали её Ли, но стоявший перед ней мужчина, ехидно пользуясь положением наставника, величал Шиари, самым близким вариантом к полному имени: Шиари’Ли.

Тем не менее бурю эмоций уверенно относило к горизонту, где она, к благополучию всех, и иссякла.

– Давай мы разберём лошадей и ты расскажешь, как так вышло. Не опуская деталей, – от внимательного взора не укрылся мимолётный побег серых глаз в сторону: – Если дело касается Леонардо, любая мелочь важна.

Ли посмотрела на собеседника, тихо вздохнула – выбора у неё и впрямь нет – а затем неохотно соскользнула с кобылы. Второй, ещё более удручённый вздох, прозвучал, стоило ей шагнуть к мерину: взгляд тотчас упёрся в оттиск чёрно-бордовой розы на ящиках. Конечно! Она ведь так спешно удирала от колдуна, что стало совсем не до Энсиля… Проблемы стремительно множились. У неё есть от силы два дня, чтобы доставить товар по назначению, и тут не до увеселительных прогулок. Сменила обстановку, навеселилась уже дальше некуда…

Однако спасение на этот раз не заставило себя ждать. Словно прочитав её мысли, наставник, какого Ли про себя называла Учителем, внёс коррективы в план:

– Лошади. Ванна и подробный рассказ. А утром мы отправимся в Энсиль. Согласна?

Ответом стала мелодия позвякивающих ремешков. Ах если бы так легко, как животные освобождаются от упряжи, можно было избавить голову от круговорота пасмурных мыслей…

* * *

Быт напоминает целебное зелье. Тело держит в тонусе, разум – в спокойствии. За насущными делами некогда отвлекаться на тревоги, а размеренный темп привычной жизни делает их невероятно далёкими.

Посетив утром столицу, Ли передала духи в «Лавку ароматов» и забрала новую партию флаконов у стеклодува. На всё про всё ушло полдня. Что ни говори, проще перемещаться магией. Особенно когда знаешь местность и открытый портал не грозит тебе ошалелыми взглядами крестьян, какие с перепугу схватятся за топоры или вилы.

Когда обязательства больше не тяготили, Ли попросила Учителя о тренировке: в свете недавних событий умение быстро телепортироваться весьма полезно. Конечно, молниеносности тёмной магии не достичь, но лучше уж внезапно шагнуть в портал во время разговора, чем выдавать себя предварительными подготовками. Однако плести чары и беседовать – настоящее испытание: требует высокой концентрации и артистизма. Потому на это ушёл весь остаток дня. Результат получился сумбурным, хотя даже такой станет неплохим фундаментом для дальнейших тренировок.

А вот следующее утро Ли решила провести за сбором малины, пока не отоспела, и чёрной рябины, коей усыпаны пожелтевшие кусты. Ягоды, хоть свежие, хоть сушёные, не только полезны – умело заглушают горечь целебных зелий. Тех, что готовятся на продажу. Самой-то можно и потерпеть: в преддверии зимы тратить ингредиенты на избалованность – непозволительная роскошь.

Здесь, в родном лесу, душа утопала в умиротворении. Сквозь золотистые кроны падали янтарные лучи. Тёплый ветерок полнился ароматами смолы. А за спиной, мягко постукивали копыта: отпущенные лошади искали траву повкуснее. Всё как всегда. За исключением Учителя, что присоединился к собирательству и теперь, прогуливаясь между берёзами, высматривал грибы. Сейчас его компания была как нельзя кстати. Пусть Крига привычно бродила неподалёку, а высоко в небе парил грифон, второй маг лишним не будет. Хотя, если речь о древнем некроманте, меньше всего хотелось конфликта…

Ли отогнала едкие, словно кислота, мысли. С чего Леонардо вообще заявляться? В этом лесу ему никто ничего не должен, да и произошло всё за сотни миль к морю. Вдобавок Учитель сказал, что колдун никогда не лжёт, зато мастерски прячет правду в хитрых речах – взращенное веками красноречие. Наверное, у такого есть дела поважнее, чем забавы ради преследовать малознакомую женщину. С другой стороны, что-то же заставило его устроить целый спектакль? Вдруг Леонардо стал жертвой безумия? Подобное нередко случается с приверженцами Тьмы. Или того хуже: прознал о местных обитателях – по спине пробежал неприятный холодок. Холодок, от которого даже рябина из пальцев выскользнула. Казалось бы, причиной послужила последняя мысль, но думы развеялись, а тревога лишь нарастала: деревья шумели слишком громко, пока ветер едва покачивал пряди. Это означало только одно. Кто-то пересёк незримые границы её владений.