Ярослав Васильев – Возвращение к звёздам (страница 11)

Министр умолк, дальше заговорил Ленард:

— Адмирал Рошер. Вы один из немногих, кто уже доказал абсолютную верность. Кроме того, за время службы в патрульном корпусе вы приобрели внушительную репутацию среди контрабандистов и пиратов. Потому именно вам я намерен поручить очень важное и одновременно очень деликатное дело. Вы получите под командование группу кораблей и неограниченные полномочия. Вы облетите все окраины и все известные базы внешнего космоса. Переговорите со всеми главами Внешних кланов и уважаемыми там людьми. Можете обещать от моего имени всё что угодно, но вы должны как минимум убедить всех, когда начнётся вторжение, не идти на переговоры с Чужими и не пытаться в общем хаосе откусить себе кусок. Как максимум — если хотя бы часть Внешних кланов присоединится к нам. Сейчас плевать на их прошлое, главное, что это готовые экипажи с огромным боевым опытом.

— Будет исполнено, мой император. Я знаю многих из глав Внешних кланов, некоторых даже лично. Я смогу их убедить.

— Тогда идите. Приказ об организации манёвров вы получите завтра. Корабли и экипажи для выполнения задачи подберёте сами, даю вам в этом карт-бланш.

Когда они остались с министром обороны только вдвоём, Ленард опять потёр ладонями виски. На секунду вдруг показался, что в зале запахло фиалками — ещё один признак близкого переутомления.

— Мой император. Вы требовали от меня говорить правду, даже если она может вам не понравиться. Но… Даже если Рошер приведёт на помощь все Внешние кланы, исход сражения в нашу пользу всё равно не больше одной второй. Нам не хватит слётанности экипажей. И опыта маневрирования в сложном позиционном сражении. Полномасштабные учения мы технически сможем начать не раньше чем через четыре-пять месяцев. Не заставишь же противника наступать строго в одном направлении в лоб на оборонительную станцию и наш флот?

Ленард побарабанил пальцами по столешнице и задумчиво произнёс:

— Я внимательно изучал хроники и там, ещё на станции занимался кое-какими расчётами. На самом деле мы смогли бы воспроизвести систему «Щит». Это из истории первых десятилетий Федерации. Вокруг прыжковой точки располагаются ракетные подвески и минные поля, которые атакуют любой корабль, если он попробует отклониться от заданного коридора. Произвести их и замаскировать не проблема. Причём так, чтобы наши незваные гости их не увидели.

Министр и император обменялись улыбками. Недавно созданное стелс-покрытие было гордостью космофлота Дианы. При этом министр восхищался тем, насколько умны человеческие инженеры, которые сумели разработать нечто даже близко недоступное вроде бы превосходящим в технологиях инопланетянам. Ленард же был доволен тем, как лихо они вместе с Адамом провернули операцию. Незаметно поправили на самом деле тупиковые исследования одной из лабораторий, заставив «изобрести» маскировку эпохи последних лет Федерации. Покрытие успешно экранировало пассивные устройства даже от совершенных сенсоров кораблей сауранов, что уж говорить о грубых сегодняшних системах чужаков.

— Керьен, вы же сами не хуже меня понимаете. Вряд ли мы полностью разгромили агентуру келмарцев. Торговля через ворота тоже идёт. Ладно, непосредственно вывод на нужные орбиты мы ещё возможно сумеем утаить. Но производство настолько огромного числа ракет и пусковых не скроешь. Враг не дурнее нас, он сделает правильный вывод. А сработает наш план исключительно за счёт эффекта неожиданности.

Министр обороны не ответил, а внезапно замер, что-то лихорадочно обдумывая. Потом его лицо озарилось улыбкой.

— Мой император. А ведь можно ничего не прятать! Совсем недавно мне лёг на стол один забавный проект корабля нового типа. Авторам проекта кажется, что они изобрели очередное чудо-оружие. Придумали, как решить проблему ограниченности ракетного залпа во время сражения. Берётся что-то вроде баржи с двигателем, из которой убрали все внутренние перегородки. Набивается ракетными пусковыми. В сражении все пусковые выбрасываются в космос, а дальше ракеты все разом стартуют. Что если в нынешних трудных условиях я ухвачусь за идею? Начнём строительство предсерийного прототипа. И сразу начнём под него готовить боеприпасы. При этом небольшой организационный перекос. Строительство корабля затянется. Зато боеприпасов к нему изготовят так, что окажутся забиты все склады. У меня есть подходящий козёл отпущения, который после того как всё вскроется, будет уволен без мундира и пенсии. За него вступится кое-кто из влиятельной родни — не было преднамеренного воровства из бюджета на перепроизводстве ненужных боеприпасов, а обычная случайность. Скандал с нецелевым расходом средств будет такой, что про эти ракеты побыстрее забудут даже те, кто их делал.

— Согласен. Одобряю. Действуйте, Керьен. И пусть этот перерасход будет как можно больше.

Сразу как министр обороны ушёл, император несколько минут сидел неподвижно, взвешивая следующий шаг. С одной стороны, вводить этот козырь ещё рано, но с другой — без помощи Дарона не обойтись, да и заодно это рассеет все его возможные подозрения. Ленард быстро написал записку пригласить Дарона в бункер по коду «ноль», то есть так, чтобы этот визит остался тайной для всех. Вложил в капсулу пневмопочты и нажал кнопку отправки. Через несколько секунд дежурный офицер на входе в бункер получил письмо, а ещё через пятнадцать минут господин управляющий дворца сидел напротив Ленарда.

— Мой император.

— Здравствуйте, Дарон. Если позволите, обойдусь без вводных и предисловий. И… надеюсь, у вас хорошие нервы. Ибо сейчас вы станете вторым в нашей системе обладателем тайны. Причём за эту информацию спалят Диану и вырежут всех нас не раздумывая. Все остальные, кто знал эту информацию, погибли во время покушения, организованного кузеном. Причём этот дурак даже не подозревал, что уничтожает. Два года на спутнике Розенны я сидел не просто так. Ни в каких хрониках не сохранилась информация, что незадолго до Разлома наша система была выбрана для следующего броска колонизации. Заметное число людей на планете и технический потенциал будущего центра экспансии не дал нам деградировать как остальным. Но главное, что в космосе была готова часть флота, в том числе с готовыми колонизационными модулями. Один такой модуль упал на моём планетоиде. Причём элементы памяти киб-ядра уцелели. Мы обнаружили его случайно уже во время моей ссылки, доставили модуль на станцию, и я вместе с несколькими самыми доверенными людьми втайне от остальных занимался дешифровкой. Русский язык я знал, специалисты у меня были.

Дарон застыл неподвижно, даже, кажется, перестал дышать. Только ладони вцепились в подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев.

— Обломки уничтожены роботами вместе со станцией, помощники погибли, но вот здесь, — Ленард постучал указательным пальцем по лбу, — многое сохранилось. Кое-что я уже подкинул в наши лаборатории так, что им кажется — это их собственные разработки. Дальше мне понадобится ваша помощь. Необходимо, чтобы мои находки даже для своих и дальше выглядели как наши собственные разработки. Я знаю, вы сумеете подобрать исполнителей. Но всё это потом. Пока же вы знаете, что очень скоро нас ждёт вторжение келмарцев. Мы с адмиралом Керьеном решили, что нашим главным козырем станет система «Щит», скопированная с колоний Федерации. Но келмарцы слишком хорошо известны своими достижениями в электронике и ИТ-технологиях. Кроме того, почти наверняка на планете ещё осталась их агентурная сеть, — Ленард показал чертёж, который набросал, пока ждал гостя. — Принцип, назначение и схема понятны?

— Да.

— Тогда нужно сделать, чтобы на каждой ракетной платформе и мине втайне от всех стоял дополнительно вот этот блок. Причём, хотя вы и сами не хуже меня знаете, исполнители не должны знать, куда потом пойдут ракетные платформы и мины.

— Будет исполнено, мой император. Обещаю, келмарцы захлебнутся в своей крови.

Ленард аж вздрогнул, увидев, какой фанатичной яростью вспыхнули глаза Дарона.

В постель Ленард не лёг, а просто рухнул. Настолько он вымотался за сегодняшний день. По-хорошему сейчас было необходимо просто уснуть, но разум тоже требовал роздыха от информационной и моральной нагрузки. Несколько секунд посомневавшись, Ленард всё же потянулся сознанием в сторону Адама, хотя особой необходимости в этом и не было: текущую ситуацию они обсуждали позавчера.

Каждый раз общаться в виде чистого разума было некомфортно, потому, сразу как они наладили устойчивую связь, Адам начал создавать для друга виртуальное пространство для общения. Вот и сейчас, едва Ленард нащупал искина в пространстве, картинка перед глазами потемнела, и он очутился в кабинете. Адам старался придерживаться одних и тех же форм, но иногда ему хотелось чего-нибудь новенького. Сегодня кабинет выглядел как комната с одной полностью стеклянной стеной, наполовину погруженной в море. Часть пола тоже была прозрачной, сквозь него виднелись коралловые рифы, стайки пёстрых рыбок и яркие гигантские актинии. Через открытое настежь окно под самым потолком доносился шум прибоя, запахи соли и йода и крики чаек. Посередине комнаты стояли два дивана в стиле хай-тек и круглый белый столик дымчатого стекла с хромированными ножками. На столике размещался круглый аквариум, в котором плавали две золотистые рыбки и одна синяя. На стене кабинета висело огромное зеркало, на противоположной окну стене расположился массивный старинный шкаф, где на полках стояли тяжёлые фолианты. Один из фолиантов сейчас светился и испускал струйки искр. Ленард взял его и раскрыл. Искры вылетели облаком, которые приняли облик рыжего веснушчатого парня лет шестнадцати.