Ярослав Суков – Такаши Котегава: Легенда японского дейтрейдинга (страница 2)
После окончания школы он не поступил в престижный университет, не устроился в корпорацию. Он выбрал путь, который в западном мире сочли бы провалом, а в Японии тех лет — почти социальной смертью. Он стал хикикомори . Нет, он не приковывал себя к батарее. Он просто... затворился. Снял маленькую комнату (или не съезжал от родителей) и свел контакты с внешним миром к абсолютному минимуму.
В перерывах между "ничегонеделанием" он подрабатывал менеджером по продажам в магазинчике электроники . Этого хватало на лапшу быстрого приготовления и на то, чтобы не умереть с голоду. Но главной его страстью были не деньги и не карьера. Главной страстью были игры.
Котегава был геймером. До такой степени, что участвовал в турнирах и даже занимал призовые места . В этом кроется ключ к пониманию его психологии. Для него компьютерные игры были не просто развлечением, а симулякром реальности. В играх есть правила, есть система, есть враги и есть возможность победить. В реальном мире, где царила дефляция и безнадежность, правил не было, а победить было невозможно.
Перед нами портрет молодого человека, который, как и вся его страна, потерял ориентиры. Но, в отличие от большинства, он не пытался их найти в обществе. Он терпеливо ждал, сидя в своей комнате, смотрел на экран и ждал другой игры.
1.3. Первое знакомство с фондовым рынком: Момент истины
Точный момент озарения теряется в легендах. По одной из версий, он увидел новости о фондовом рынке по телевизору и заинтересовался . По другой — он просто искал способ применить свой геймерский талант к чему-то, что могло бы приносить деньги, не требуя выходить из комнаты.
Так или иначе, около 2000 года Котегава делает первые шаги. У него есть небольшой капитал. Согласно разным источникам, это либо сбережения от подработок, либо деньги, оставшиеся после смерти матери, — около 1,5 миллиона иен (примерно 13 000 - 15 000 долларов) .
Для Уолл-стрит это сумма, которую трейдеры тратят на обед. Для японского студента-хикикомори — это билет в один конец. Он мог проиграть их за неделю и вернуться к лапше и видеоиграм. Но он сделал нечто иное.
Котегава начал изучать.
Он не покупал курсы "как стать миллионером". Он не слушал аналитиков. Он сел и начал смотреть на графики. Каждый день, по 15 часов в сутки . Он читал финансовые отчеты компаний не как бухгалтер, а как охотник, изучающий следы зверя. Он смотрел на свечные паттерны не как на абстрактные фигуры, а как на запись битвы между страхом и жадностью.
«Пока сверстники развлекались, он строил умственную модель того, как на самом деле движутся рынки» .
Это был тот же самый гиперфокус, который раньше позволял ему проходить сложнейшие уровни в видеоиграх. Только теперь игровым полем стала Токийская фондовая биржа. А противниками — безликая толпа инвесторов и бездушные алгоритмы брокеров.
1.4. Почему он выбрал дейтрейдинг? Цифровой дзен
В начале 2000-х годов в Японии, как и во всем мире, начал развиваться онлайн-трейдинг . Исчезла необходимость звонить брокеру, орать в телефон, надевать костюм и ехать в биржевой зал. Теперь для того, чтобы играть по-крупному, нужен был только компьютер и доступ в интернет.
Для Котегавы, человека с асоциальным складом характера и геймерским прошлым, дейтрейдинг стал идеальным решением.
Почему именно он, а не долгосрочные инвестиции?
1. Скорость как наркотик: Котегава, как и любой геймер, привык к мгновенной обратной связи. Нажал кнопку — персонаж ударил. Купил акцию — график дернулся. Долгосрочное инвестирование требует терпения и веры в светлое будущее компании. Но как можно верить в светлое будущее в стране, которая переживает "потерянное тридцатилетие"? Дейтрейдинг не требует веры. Он требует только реакции.
2. Игра с нулевой суммой: Котегава не раз говорил, что на медвежьем рынке (падающем) зарабатывать даже легче . Потому что на панике эмоции зашкаливают, а значит, ошибок совершается больше. Он выбрал не игру в "купи и держи", а игру в "перекладывание денег из кармана толпы в свой карман". Это была честная охота.
3. Тотальный контроль: В долгосрочной перспективе слишком много переменных — война, кризис, смена правительства. Во внутридневной торговле всё решается здесь и сейчас. Котегава мог контролировать каждую сделку, каждую копейку риска. Это давало ему иллюзию (а позже и реальность) контроля над хаосом внешнего мира.
4. Алгоритмическое мышление: Геймеры мыслят паттернами. Они знают, что если босс делает замах левой рукой, через 2 секунды последует удар, и нужно увернуться. Котегава перенес это на рынок. Он искал повторяющиеся паттерны — отскоки от скользящих средних, зоны перепроданности по RSI . Он не гадал, он вычислял.
Так, в тесной комнате, заставленной игровыми приставками и пустыми стаканчиками из-под лапши, рождался не просто трейдер. Рождался киборг. Человек, который отринул человеческое — эмоции, амбиции, желание славы, — и оставил только холодный, сканирующий взгляд процессора, смотрящего на бегущую строку котировок.
Он не хотел работать. Он хотел играть. И сама судьба готовила для него игру, в которой ставки будут исчисляться миллионами, а на кону окажется репутация старейшего банка Японии.
Глава 2. Стартовый капитал: 1,6 миллиона иен
Входной билет в Зазеркалье
Представьте, что вы оказались в Лас-Вегасе. У вас в кармане ровно 13 000 долларов — все ваши сбережения, отложенные с подработок или доставшиеся в наследство. Вы не знаете правил игр. Вы не знаете, где здесь автоматы, а где столы с крупье. Но вы точно знаете одно: если вы проиграете эти деньги, вы не сможете даже купить билет на самолет домой.
Именно в таком положении оказался Такаши Котегава в 2000 году, когда открыл свой первый брокерский счет и перевел туда 1,6 миллиона иен.
Для японского студента-хикикомори это была не просто сумма — это был его пропуск в другую реальность. В мире, где он был никем, эти цифры на экране давали ему право участвовать в игре, в которую играли миллионы. В этой сумме было всё: его прошлое, его надежды и, как показало время, его будущее.
Но в отличие от туриста в Вегасе, Котегава не собирался полагаться на удачу. Он пришел сюда не играть в рулетку. Он пришел охотиться.
1. Первые сделки: Осторожные шаги по минному полю
Первые дни и недели торговли Котегавы — это классический пример того, как должен вести себя новичок, если он хочет выжить. Никакой бравады, никаких "ставлю всё на красное". Он действовал как разведчик на вражеской территории.
Выбор оружия. Он начал с внутридневной торговли на Токийской фондовой бирже. Его инструментом стали акции японских компаний — тех, о которых он мог хоть что-то узнать. В то время японский рынок переживал не лучшие времена (индекс Nikkei 225 болтался возле 16-летних минимумов), но для внутридневного трейдера направление рынка не так важно, как волатильность. А волатильности было предостаточно.
Размер позиции. Котегава не входил в рынок "всеми деньгами". Он покупал по 100–200 акций, следя за тем, как ведет себя цена. Его комната превратилась в лабораторию. На мониторе — график. В голове — вопросы: "Если я куплю сейчас, куда пойдет цена через минуту? А через час? Кто эти люди, которые продают? А кто покупает?".
В интервью он позже признавался, что первые несколько месяцев он просто наблюдал, пропуская огромное количество сделок. Он ждал момента, когда его статистическое преимущество станет очевидным. Это поведение резко контрастирует с действиями 99% новичков, которые входят в рынок хаотично, под влиянием эмоций или "горячих советов" из телевизора.
Первая прибыль. Она пришла быстро. Небольшая, в несколько десятков тысяч иен. Для обычного человека это повод для радости. Для Котегавы это был первый сигнал: "Система работает. Мои наблюдения верны". Но самое важное было впереди — первая потеря.
2. Первые ошибки и природа боли
Ошибки были неизбежны. Котегава, как и любой новичок, попадал в ловушки, расставленные самим рынком.
Ловушка №1: Преждевременный вход. Он мог увидеть, что акция начинает расти, входил в сделку, но через минуту рост прекращался и начиналась коррекция. Он выскакивал с маленьким минусом, а через час акция взлетала без него. Классическая ошибка "выбитых стопов".
Ловушка №2: Доверие к новостям. Где-то он прочитал позитивный прогноз по компании, купил акции, а они начали падать, потому что "позитив уже был учтен в цене". Рынок не обязан следовать логике новостей в краткосрочной перспективе.
Ловушка №3: Эмоциональный возврат. После убыточной сделки, желая отыграться, он снова входил в рынок, но уже в состоянии фрустрации, и снова терял деньги. Это знакомо каждому трейдеру. Это называется "тильтануть".
И вот здесь мы подходим к ключевому моменту — психологическому барьеру. Когда счет уменьшается на 10%, 20%, у нормального человека включаются древние механизмы: страх, паника, желание бежать или, наоборот, агрессия. У большинства это заканчивается либо уходом с рынка с проклятиями, либо полным сливом депозита.
Но Котегава отреагировал иначе.
3. Психологический барьер первых потерь: Почему он не сломался?
Чтобы понять, почему Котегава прошел через "чистилище" первых убытков и вышел оттуда более сильным, нужно вспомнить, кем он был до рынка.