Ярослав Солонин – Хостел (страница 8)

Когда я приходил вечером, в зале Сергей и Соня неизменно устраивали домашние просмотры со скатертью-самобранкой. На столик перед диваном выкладывались чипсы, пиво, арбуз, шоколадки, чай, орешки, пельмени, семечки и прочие лакомства. К семейным просмотрам присоединялись все желающие. Сергей охотно всех потчевал. Обычно он ставил с флешки разные фильмы — в основном боевики и шпионские драмы 90-х и нулевых. Он же пускал скупую ностальгическую слезу: «Эх, я же ещё на видеокассете этот фильм смотрел». Заканчивался один фильм и начинался другой, заканчивался другой и начинался третий.

Алмаз в это время был уже весёлый, потому что успевал покурить, так сказать. Это у него обычная практика. Тот, кто был богат на увеселения, обычно не курил один, он всегда приглашал компаньона. Существовал такой негласный принцип — если пацан составил тебе компанию, и не разочаровал как дымовой визави, то с ним можно употребить что-нибудь этакое-разэтакое. По вечерам большинство постояльцев были, так сказать, заряжены.

Вновь приходящий постоялец, оказываясь в зале и наблюдая всю эту идиллию, сначала недоумевал, потом оформлялся, некоторое время наблюдал, затем робко присоединялся, и вот уже через пару часов он становился частью семьи. Вахтовые работяги обычно держались особняком — друг с другом пили, друг с другом тёрли за работу, ели свои Дошираки, но и не мешали. Был ещё Тестостероновая Жаба, это я его так за глаза прозвал. От него пасло напрягом за километр. Кажется, только Дима находил с ним общий язык, потому что Дима — сама дипломатия.

Тестостероновая Жаба — невысокого роста перекаченный мужик, напоминающий лягушку из древней приставочной игры Battletoads. Большой любитель часами посидеть на общей кухне и повтыкать в какое-нибудь кино со смартфона. В общих просмотрах он не участвовал, только недовольно косился. Ходил нарочито медленно, будто натёр яйца. Несмотря на свои физические данные, он был наделён кучей комплексов, один из которых — комплекс по поводу своего роста. Он мог сказать худощавому Диме: «Ну, ты-то парень высокий, а ко мне любой может прикопаться, если я в куртке. Вот если я не в куртке, тогда другое дело. Иду летом, и все видят, какой я сильный, но по осени и зиме каждый норовит обидеть. Сделал я одному замечание в аптеке, дюже громко он по мобиле базарил, так он меня нахер послал. Ну я что, я не дурак по морде бить — за это и сесть можно. Я ему в печень зарядил и сделал внушение, что с людьми вежливым надо быть».

Жаба любил погундеть по поводу чужой стряпни: «Опять своим супом навоняли. Ё-моё, ну что за люди, гречка подгорела, а ему хоть в глаза нассы. А мне сидеть тут, нюхать». Ещё один человек, с которым ладил Жаба — Виталик-бизнесмен. Они жили в одной комнате — самой дорогой, на самое малое количество мест. Виталика он терпел, но стоило заселиться кому-то новому, он демонстративно открывал дверь и на весь зал орал: «Заселился жирный дятел, вонючка, дышать нечем, уёбище, носками всё провонял, как теперь спать». Как-то Жаба пропал на месяц, и стало потише. Это было ещё начало осени, ещё хостел производил впечатление приличного места.

Бомжи

В холле хостела часто тусовался бомж в рваной футболке с надписью «EAT SLEEP RAVE REPEAT». Он там подрабатывал дворником. Постоянно что-то вещал. Вещал, прихлёбывая чай и притоптывая ногой, обутой в сланец. Голос, да и лицо, выдавали в нём долгий роман с алкоголем. Однако по его словам он не пил уже лет пятнадцать.

— В 90-х было весело, деньги валялись прямо на улице. Бери — не хочу. И бандитов было много… А крысы! Вы таких крыс в жизни не видели, это какие-то кабаны, а не крысы. Такую из пистолета не с первого раза убьёшь.

Бомжа звали Никитич. В девяностых у него был бизнес. Клуб. Сначала всё шло отлично — море денег, тусовки, женщины, нездоровые и разнообразные увеселения. Но потом, кажется, это был дефолт, он вдребезги прогорел, пришлось продать квартиру, бизнес тоже ушел за копейки. Так Никитич оказался на улице. Ну, в его случае, это не совсем на улице. Вчерашние связи позволяли тусовать по другим клубам, ночевать в элитных квартирах, но своего угла у Никитича больше не было. Потихоньку он вошёл во вкус — уличная жизнь имела свои плюсы. Денег можно настрелять больше, чем зарабатывает в среднем учитель или работяга, каждый день халявная жратва и бухло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.