Ярослав Дунаевский – Контейнер #7 (страница 5)
«Журналы системных команд»
«Лог изменений окружения»
«Трассировка подключений»
«Запросы к внешним узлам»
«Изменения интерфейса и профиля»
Везде было совершенно пусто.
Так бывает только после аккуратного, профессионального выжигания. Когда стирают не следы, а сам факт, что следы могли существовать.
Даже стандартные сообщения. Те, что всегда появляются при создании любой жилой симуляции: первичная сборка, присвоение владельца, отметка о привязке к серверу полностью отсутствовали. Словно кто-то выдернул страницу из книги, даже не оставив шва.
Лин нахмурилась. Ее жесты стали резче. Пальцы бегали в воздухе по невидимой клавиатуре, быстрыми короткими движениями, как при вскрытии чужой защиты. Она пробивала еще глубже. Туда, где хранятся тени логов, резервные метки, системные слепки… то, что обычно забывают удалить даже самые старательные.
И снова ничего.
Девушка замерла, чувствуя, как внутри поднимается не паника, а холодная злость.
— Это невозможно, — пробормотала она себе под нос.
Лин прищурилась. Кто-то явно поработал над тем, чтобы стереть все следы. Но зачем? Чтобы скрыть свое присутствие? От кого? В личные апартаменты невозможно попасть без приглашения. Быть может, все стерто, чтобы что-то спрятать от нее?
Она остановилась на полушаге, уже собираясь отойти от стены-интерфейса, и вдруг поймала себя на раздражающей мысли: она упустила мелочь. Ту самую мелочь, за которую обычно ругают новичков.
В каждом терминале было автоматическое хранилище резервных копий. Не журнал сеансов, глубже. Кэш, теневые логи, запись аварийных состояний. Система могла стереть основную историю, могла выжечь логи до чистого листа, но резервные хвосты часто оставались просто на всякий случай. Для собственной стабильности.
Лин вернулась к стене и подтянула админскую панель — тонкий слой управления вспыхнул перед глазами. Пальцы задвигались быстрее, резче:
«FORCE.RESTORE /shadowlog»
«SOURCE: AUTOCACHE // MODE: AGGRESSIVE»
«RECOVERY: FRAGMENTED_OK»
Она нажала ввод.
Секунду ничего не происходило. Затем глянцевая поверхность стены будто вздрогнула, по ней пробежал слабый статический шум, как рябь по экрану, который пытаются оживить после удара. Интерфейс завис, моргнул и вместо привычных аккуратных строк выдал обломки. Рваные, исковерканные.
«…ID#1020… Сессия завершена… Пользователь неизвестен… Доступ через дополнительный идентификатор…»
Лин застыла.
— Дополнительный идентификатор? — произнесла она вслух.
Строки дрогнули, словно кто-то заметил, что она их увидела. На долю секунды всплыл новый фрагмент, как вспышка в темноте:
«…Обнаружено внешнее вмешательство… Последняя активность: Запись воспоминаний…»
— Запись воспоминаний?.. — Лин вновь повторила. Эта фраза не принадлежала бытовым системам. Ее не ставили рядом с освещением, атмосферой и плейлистом.
Она не успела додумать. Экран погас. Не закрылся. Не свернулся. Просто отключился, будто ему перерезали питание.
— Чтоб тебя… — выдохнула Лин сквозь зубы.
Она активировала свой личный терминал и начала стучать по прозрачной клавиатуре быстрее, чем успевала осознавать команды: поднять интерфейс, вернуть панель, перевести управление на локальный канал, перехватить сессию. Хоть что-то...
Панель не отвечала.
Лин стиснула зубы и отправила команду на принудительную перезагрузку домашнего узла.
«HOME.NODE / REBOOT // HARD»
Стена мигнула и ожила — на мгновение показалось, что все вернулось в норму.
И в ту же секунду из глубины квартиры донесся щелчок замка.
Лин резко обернулась.
Там, где раньше была ровная стена, чистая поверхность без шва и тени, теперь проступила дверь. Узкая, почти невидимая. И она была приоткрыта. Совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы это невозможно было списать на визуальный баг.
— Похоже… — прошептала она в сторону двери, готовая ко всему, — я нашла зрителей.
Лин медленно подошла к двери, стараясь не шуметь. Пальцы сжались в кулаки, сердце забилось чаще. Она слегка потянула дверь, и та распахнулась полностью, не издав ни единого звука.
Комната за дверью оказалась тесной. Не уютной маленькой. А нарочно сжатой, будто технический отсек, который никто не должен видеть. Воздух здесь казался гуще, и хотя Лин прекрасно знала: воздух в виртуале всего лишь иллюзия, ощущение никак не отпускало.
По периметру безликих матовых стен стояли серверные стойки. Прямые корпуса, ребра охлаждения, каналы питания, ровные ряды индикаторов. Зеленые огни мерцали с одинаковой частотой. А в месте, где обычно в таких комнатах располагается окно, висела неоновая надпись:
«СВОБОДА»
Слово дрожало, слегка мерцая, словно пытаясь подмигнуть. Оно не выглядело как рекламный плакат, скорее как напоминание.
Но не успела Лин додумать эту мысль, как взгляд уже переключился на центральную консоль. Массивная, угловатая, явно не из домашнего набора. Несколько мониторов, отдельно стоящая клавиатура. Редкость в мире, где все давно управлялось жестами и мыслью. Клавиши выглядели потертыми, будто ими пользовались часто. Но здесь их скорее такими сделали.
Лин подошла ближе, и один из экранов засветился сам. Как будто ждал именно ее.
Текст мигал нервно, срываясь на полстроки и снова собираясь:
«ОШИБКА»
«НЕВОЗМОЖНО ЗАВЕРШИТЬ ЗАПИСЬ ВОСПОМИНАНИЙ»
«ПОПЫТКА ПРЕРВАНА»
Лин замерла.
Слово «Прервано» внушало тревогу.
Она медленно прошлась взглядом по стойкам. По равнодушным зеленым огонькам, будто там могла найтись подсказка: кто именно здесь работал и почему оставил все включенным. Но сервера безмолвствовали, лишь жужжа что-то на своем, только им понятном языке.
Тогда Лин подошла ближе и села перед терминалом. Она провела пальцем по панели управления, пытаясь получить больше информации, но интерфейс оказался заблокирован. Система требовала код доступа.
— Вот же… — Лин недовольно прикусила губу.
Она знала, что взломать такой терминал будет непросто. Тем более что система выглядела самописной, а разобраться в чужом плетении кода затея не самая удачная. Но другого выхода все равно не было. Лин положила руки по обеим сторонам от клавиатуры, готовясь к тому, что ей предстоит, но в тот же момент под руками появилось свечение, и через мгновение панель на краю стола откинулась.
Внутри ниши, освещенной холодным белым светом, лежала небольшая трубочка, больше всего напоминающая флешку. Лин осторожно взяла ее и покрутила в пальцах.
В то же мгновение свет внутри ниши погас и откинувшаяся панелька захлопнулась.
— Похоже на ключ, — прошептала она и усмехнулась, подумав о том, насколько очевидные вещи она озвучивает. Если бы за ней сейчас кто-то наблюдал, то точно решил бы, что она полная дура.
Лин отмахнулась от этой мысли и установила ключ-флешку в небольшое отверстие под терминалом. Тот приветственно засветился.
«Ключ памяти активирован. Инициация процесса восстановления воспоминаний…»
Экран мигнул, и изображение сменилось. Теперь перед ней были обрывки видеозаписей того, что происходило здесь.
На экране была она.
Записи были короткие, словно собранные кем-то в нарезку. Вот Лин держала перед собой пару платьев, выбирая, какое надеть. Затем стояла перед огромным экраном, с кем-то разговаривая. Звука не было. Но она была спокойной и сосредоточенной. Вот она, точно так же, как сейчас, сидит за терминалом и что-то печатает. Вдруг резко поворачивает голову в сторону, словно ее кто-то позвал, тянется за ключом-флешкой и в тот же момент запись обрывается.
Лин почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Буквально на долю секунды она увидела в кадре Викона. И это было странно. Она ничего из этого не помнила.
— Гребаные баги, — ругнулась девушка почти машинально.