Ярослав Чичерин – Хроники Менталиста 3 (страница 27)

Теперь понятно, почему я не нашёл её в толпе. Она видела начало боя, но потом предпочла не смотреть, как меня превращают в развлечение для местной элиты.

Кристи подошла ближе и осторожно коснулась моей рассечённой брови, где медик наложил швы.

— Выглядит паршиво, — заметила она. — Сильно болит?

— Пара трещин в рёбрах, но ничего серьёзного, — я попытался улыбнуться, но вышло криво.

Кристи внимательно изучала моё лицо, словно искала что-то, известное только ей. Затем кивнула каким-то своим мыслям и отступила.

— Я разогрела суп, — сказала она, указывая на стол, где стояла миска с дымящимся бульоном и лежал свежий хлеб. — Тебе нужно поесть после такого… испытания.

— Спасибо, — я опустился на стул, вдруг осознав, насколько устал и проголодался.

— Так что там произошло? — Кристи села напротив, подперев подбородок рукой. — После твоей победы?

— Я расскажу, — кивнул я, зачерпывая ложкой горячий суп. — Но это… долгий разговор.

Я начал рассказывать ей о бое, о том, как обнаружил трещину в блокираторе Вихря, как пробился через его защиту. С каждым словом её лицо становилось всё серьёзнее, а взгляд — всё внимательнее. Она слушала, почти не перебивая, только изредка задавая уточняющие вопросы.

Когда я замолчал, она некоторое время сидела молча, обхватив колени руками.

— А что было после? — наконец спросила она. — Никонов заплатил?

Момент истины. Я мог бы солгать, сказать, что просто получил гонорар и ушёл. Но врать Кристи… после всего, что мы прошли вместе я не мог.

— Он предложил мне работу, — сказал я, стараясь звучать спокойно. — Постоянную.

Кристи замерла. Её глаза расширились.

— И ты?..

— Я согласился.

Тишина, повисшая в комнате, была настолько плотной, что её, казалось, можно было резать ножом.

— Ты… что? — её голос дрогнул.

Я достал из кармана конверт с документами и положил на стол.

— Он дал нам новые личности. Документы, которые пройдут любую проверку. Имперские бумаги, Крис, понимаешь? С такими мы сможем жить нормально, не прячась.

Кристи медленно взяла конверт, открыла его и начала просматривать бумаги. Её пальцы слегка дрожали, когда она перелистывала страницы.

— Матвей Северов? — она подняла на меня взгляд. — И… Кристина Лавренева? Он уже и для меня всё подготовил?

— Он знает о нас больше, чем мы думали, — признал я.

— И ты просто… согласился на него работать? — Кристи отложила бумаги. — Стать его… кем? Наёмником? Убийцей?

— Решателем проблем, — я пожал плечами, стараясь казаться беззаботнее, чем чувствовал себя на самом деле. — Ничего такого, чего мы не делали раньше.

— И что за место ты получишь в его… организации? — Кристи сложила руки на груди. — Какую-то должность? Или просто будешь мальчиком на побегушках?

— Он называет меня своим протеже, — я провёл рукой по волосам. — Говорит, что видит во мне потенциал. Хочет… обучать меня, развивать мой дар.

— И ты веришь в это? — она покачала головой. — Макс, он бизнесмен. Криминальный авторитет. Он не занимается благотворительностью. Он будет использовать тебя, пока ты полезен, а потом…

— А потом я буду достаточно силён, чтобы выбирать самому, — перебил я её. — Никонов может дать мне то, чего у меня никогда не было — власть, возможности, связи. Я не собираюсь быть его марионеткой вечно, Крис. Это временная мера.

— Временная мера? — Кристи невесело рассмеялась. — Такие люди не отпускают тех, кто им служит, Макс. Либо ты с ними до конца, либо… конец наступает раньше, чем ты планировал.

Она была права, и я это знал. Но и я не стал ей говорить, что без сомнений разберусь с Никоновым, если он станет для нас угрозой.

— Чего он от тебя хочет? — её голос стал жёстче. — Какое первое задание?

Я помедлил. Скрывать дальше было бессмысленно.

— Есть человек, который не хочет подписывать какие-то документы. Никонов хочет, чтобы я… убедил его.

— Убедил? — она фыркнула. — Ты имеешь в виду — заставил? Применил дар против его воли?

— Ну да, — я не видел смысла отрицать очевидное. — Что в этом такого? Я и раньше так делал.

— Когда речь шла о выживании! — Кристи вскочила на ноги. — Когда у нас не было выбора! А сейчас… сейчас ты просто продаёшься!

— У нас и сейчас нет выбора! — я тоже поднялся, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Ты не понимаешь, что происходит? В городе имперские агенты! Они ищут таких, как я! Они знают о нас, Кристи!

— Именно поэтому мы должны бежать отсюда, а не связываться с криминальным боссом! — выкрикнула она. — У нас есть деньги с боя, мы можем купить билеты и уехать прямо сейчас!

— Куда? — я взмахнул руками. — Куда ты предлагаешь бежать? С фальшивыми документами, которые расколются при первой же серьёзной проверке?

Кристи отступила на шаг, её лицо исказилось от ярости и боли.

— Ты слушал этого… Никонова, — процедила она. — И решил, что он заботится о твоём благе? Ты действительно веришь, что ему есть до тебя дело? До нас?

— Нет, конечно! — я рассмеялся, но смех вышел горьким. — Я не идиот, Крис. Он хочет использовать меня. Но пока наши интересы совпадают…

— Интересы? — она перебила меня, и в её голосе звенела сталь. — Какие, чёрт возьми, интересы? Стать марионеткой в руках того, кто будет заставлять тебя ломать людей?

— Выжить! — рявкнул я. — Мой единственный интерес — это выжить! И твой, кстати, тоже! Или ты предпочитаешь героически сдохнуть от руки имперских агентов?

Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Это была наша первая настоящая ссора за долгие годы дружбы. Не просто размолвка, а глубокий, фундаментальный конфликт, в котором каждый считал, что прав именно он.

— Знаешь, что я вижу? — тихо спросила Кристи, и её тихий голос ударил сильнее крика. — Я вижу, как ты превращаешься в то, что всегда презирал. В марионетку, в наёмника, в убийцу без принципов.

— Я всегда был убийцей без принципов, — горько усмехнулся я. — Или ты забыла? Это ты у нас всегда была светлой и чистой, а я просто выживал, как мог.

— Нет, — она покачала головой. — Ты всегда был лучше, чем думал о себе. Всегда. Даже в самые тёмные времена ты сохранял… человечность. — Она сделала паузу. — А теперь ты просто… сдаёшься. Становишься тем, кого тебе навязывают.

— Я становлюсь тем, кем должен быть, чтобы выжить! — выкрикнул я. — И если ты не понимаешь этого, значит, ты просто… наивна! Живёшь в своём выдуманном мире, где добро побеждает зло, а принципы важнее жизни!

Кристи отшатнулась, словно я её ударил. В её глазах блеснули слёзы — редкое зрелище для девчонки, которая могла выдержать пытки, не проронив ни звука.

— Значит, вот как, — тихо сказала она. — Ты выбрал свой путь.

— А у меня был выбор? — горько спросил я.

— Всегда есть выбор, Макс, — ответила она. — Всегда.

Она смотрела на меня долгим, изучающим взглядом, словно видела впервые. Между нами словно разверзлась пропасть — такая глубокая, что её уже не перепрыгнуть. Мы оба это чувствовали.

— Я не могу на это смотреть, — медленно произнесла она. — Не могу видеть, как ты становишься… этим. Тем, кого мы всегда презирали.

Её слова били точно в цель. Часть меня хотела схватить её за плечи, встряхнуть, заставить понять. Другая часть — признать, что она права, что я действительно предаю всё, во что верил.

Я встал, чувствуя, что если сейчас же не уйду, мы наговорим друг другу слишком много такого, о чём потом пожалеем. Мы никогда раньше не ссорились по-настоящему. Никогда не были по разные стороны баррикад. Мы всегда были «мы против мира», а теперь…

— Мне нужно идти, — сказал я, направляясь к двери. — Поговорим утром, когда оба остынем.

— И что изменится утром? — спросила она. — Ты всё равно пойдёшь выполнять это задание, верно?

Я не ответил, просто взялся за ручку двери.

— Я буду ждать тебя, — сказала она тихо. — Но если ты сделаешь это… если применишь дар, чтобы сломать человека ради Никонова… что-то между нами изменится навсегда. Ты это понимаешь?

Я кивнул, не оборачиваясь. Понимал. Но выбора у меня не было. Или мне так казалось.

— Мне жаль, Крис, — сказал я. — Правда жаль.