Ярин Владимир – Точка возврата (страница 2)
Он не пытался проснуться.
Он пытался сузить сознание.
Но память не подчинялась.
Каждая капля воды вызывала цепочку ощущений:
другой умывальник – общежитие,
первый курс,
ночь перед экзаменом,
смешной страх провала,
горячий чай в пластиковом стакане.
И всё это происходило одновременно с настоящим.
Он закрыл глаза.
Ошибка нейросинхронизации?
Перегрузка гиппокампа?
Нарушение фазовой сегментации сна?
Он автоматически начал анализировать.
Это помогало.
Наука всегда помогала.
Если явление можно описать – оно уже не пугает.
Но внутри возникло другое ощущение.
Не страх.
Не тревога.
Огромность.
Как будто он впервые увидел масштаб собственной жизни.
Илья вытер руки, надел рубашку, схватил ноутбук и вышел из квартиры.
Утренний воздух был прохладным.
И слишком насыщенным.
Он слышал шаги прохожих так, словно помнил каждый звук, который когда-либо слышал.
Скрип двери подъезда вызвал сразу десятки скрипов из прошлого.
Мозг не фильтровал.
Он выдавал всё.
Илья поймал себя на мысли:
Если это не прекратится – я не смогу разговаривать с людьми.
Потому что каждый голос будет не только голосом,
а архивом.
Лаборатория находилась в институтском корпусе на окраине кампуса.
Стеклянные двери, знакомый запах кофе и пыли от серверов.
Он входил сюда тысячи раз.
И сейчас он помнил каждый из них.
Как впервые пришёл аспирантом.
Как получил грант.
Как спорил с профессором Гриневым.
Как радовался, когда впервые смог стабилизировать фазу сна у испытуемого.
Он помнил всё.
И от этого даже привычный коридор казался новым.
В лаборатории горел свет.
Марина уже была на месте.
Она сидела за столом, просматривая ночные записи эксперимента.
– Ты рано, – сказала она, не поднимая глаз.
Илья замер.
Память выдала десятки её выражений лица, интонаций, движений.
Он вспомнил их первую встречу,
её защиту диссертации,
вечер, когда она почти призналась ему в чувствах – и он сделал вид, что не понял.
Он увидел её сразу во всех временах.
И понял, что это будет самой сложной частью.
– Да… не спалось, – сказал он.
Голос прозвучал нормально.
Но внутри было ощущение, будто он говорит сквозь многослойное стекло времени.
Марина повернулась к нему.
– Слушай… у тебя странный вид. Всё нормально?
Он хотел ответить автоматически.
Но память уже показала:
как он говорил «всё нормально» сотни раз,
когда на самом деле было не нормально.
И впервые в жизни он не смог соврать привычно.