Яра Саввина – Счастье на осколках судьбы (страница 2)

– Приятно познакомиться с новым соседом сверху, – приторно, до зубовного скрежета, пропела я. Надо же произвести положительное впечатление, чтобы не сдал в полицию.

– А как мне приятно, – хохотнул он. – Единственное развлечение за весь день.

Ну, прямо весельчак. Повезло же мне, однако.

– Может, отложим любезности и примемся за дело? – протянув руку, напомнила я.

– Без проблем.

Взгляд парня стал острее, а улыбка, красовавшаяся минуту назад на губах, теперь напоминала звериный оскал. Сейчас, вместо добродушного весельчака, передо мной стоял самый настоящий хищник в человеческом обличии, стремительный и непредсказуемый. Так что мысли о везении, мелькнувшие минуту назад, растаяли без следа. Он казался гораздо опаснее брата или отца. Единственное, что радовало, я была для него всего лишь очередным развлечением среди скучного дня, а не объектом охоты.

Сильные руки подхватили меня под спину и попу, дёрнули на себя. Коротко взвизгнув, я вцепилась в широкие плечи, впечатавшись носом в мощную грудь.

– Никакого уважения к беременным женщинам, – прошипела, пытаясь выпутаться из крепких объятий.

Что могу сказать, выпуталась. При этом неудачно взмахнув рукой и поцарапав его шею маминым серебряным браслетом, оставленным на память.

– Упс, – выдохнула, глядя, как царапина наливается кровью, и алая капля срывается вниз, исчезая за воротом рубашки. Проводив её взглядом, я испуганно сглотнула. – Прости, пожалуйста.

– Ну, всё, – усмехнулся Дмитрий, коснувшись кончиками пальцев царапины и разглядывая алый след от моих старательных выпутываний, – теперь, ко всему прочему, мы ещё и повязаны кровью.

Не знаю, что в тот момент отразилось на моём лице, но он, прицыкнув и закатив глаза к небу, добавил:

– Да шучу я, расслабься. Всё нормально. Это ерунда.

– Ага, ерунда. А если занесётся какая-нибудь зараза? Я не хочу потом винить себя до конца жизни за то, что не оказала первую помощь. Подожди, я сейчас.

Скинув с плеч рюкзак, достала небольшую пачку влажных антибактериальных салфеток и пластырь. После чего, не слушая возражений, обработала ранку и закрыла её.

– Мда, а говорила там вкусняшки для кошки, – поддел он, глядя на то, как я убираю всё обратно в сумку.

– Одно другому не мешает, – стараясь выглядеть беспечной, отмахнулась я. – В женской сумочке чего только нет. У меня даже иголка с собой, и катушка ниток. Вдруг где-то шов на штанах или рубашке разойдётся, не будешь же ходить с дыркой.

– Да, с твоими маршрутами, – он кивнул на стенку между балконами, намекая на то, каким путём я сюда попала, – может не только шов разойтись.

– Спасибо, что помог, – сменила тему разговора, – теперь я сама.

– Пожалуй, я подожду тебя здесь. А то как ты будешь перебираться обратно без моей помощи?

– Не стоит, я выйду привычным способом, через подъезд. Ещё раз большое спасибо.

Проскользнув мимо него, приоткрыла балконную дверь и прислушалась. Так, на всякий случай. Квартира встретила меня тишиной. Как и предполагала, хозяев дома не было.

Так, половина дела сделана. Осталось выйти в подъезд и отправится куда-нибудь подальше отсюда. Что конкретно делать, куда идти или ехать, я пока не знала.

Решив разбираться с проблемами по мере их поступления, прокралась через комнату в коридор и потянулась к замку на входной двери, когда позади раздалось тихое покашливание.

– Ничего не забыла? – ехидно поинтересовался Дмитрий.

Ага, забыла, что один упрямый тип может пойти следом за мной.

Глава 3

Сердце грохотало в груди от переизбытка чувств и эмоций, отдаваясь пульсом в висках. Замерев на мгновение, словно испуганная мышка, застигнутая врасплох котом, я медленно начала оборачиваться, пытаясь за это время обдумать тактику дальнейшего поведения. Но, как назло, в голове было пусто, ни единой мысли, ни даже намёка на то, что предпринять, чтобы у мужчины не возникло желания сдать меня в полицию. Всё, на что меня хватило, это непонимающе спросить:

– Что?

– Ты забыла покормить кошку. Разве не за этим ты сюда пришла?

– Оу, – прикусила губу и, наигранно окинув взглядом коридор, развела руками, – так её нет дома. Наверное, выбралась через балкон на улицу. Значит, и нам не стоит здесь задерживаться.

Я снова повернулась к двери, но протяжное мяуканье, раздавшееся со стороны кухни, разбило вдребезги надежду на то, что можно скрыться без объяснений.

Эх, Мурка, как же ты не вовремя!

Белая кошка, выйдя в коридор, не торопясь направилась ко мне, ожидая порцию ласки, которой я неизменно одаривала её при каждой встрече, когда заглядывала в гости к Маргарите Степановне на чашечку чая с клубничным вареньем. Соседку я знала с пелёнок. Она была единственной подругой бабули, в чьей квартире мне пришлось жить последние восемь месяцев. И лишь благодаря её поддержке, я не скатилась в депрессию после гибели мужа.

– Упс, – насмешливо выдал Дмитрий.

Один единственный звук с его стороны прорвал плотину моего показного спокойствия. Эмоции, которые я так старательно сдерживала всё это время – отчаянье, страх, боль от предательства близких, вырвались на волю.

Всхлипнув, я зажала ладонью рот, чтобы не разреветься, глядя в карие глаза, стоявшего напротив мужчины. Слёзы застилали взор, но несмотря на это я видела, как ехидство тут же стёрлось с его лица.

– Эй, у тебя всё в порядке?

– Нет, – судорожно выдохнув, ответила я, и решительно развернувшись к двери, наконец, открыла замок.

Пусть думает, что хочет. В конце концов, он тоже проник в соседскую квартиру, так что вряд ли побежит сдавать меня в полицию, иначе потом придётся объясняться самому.

– Я могу чем-то помочь?

– Нет, – дождавшись, когда Дмитрий выйдет из квартиры, захлопнула дверь и направилась по лестнице вниз, но проходя мимо окна, взглянула на двор. Да так и застыла на месте.

Резко входя в поворот, на парковку перед домом въехала машина брата. Звук тормозов был слышен даже здесь, как и стук захлопывающихся дверей. Никита приехал с отцом. Как они узнали? Неужели кто-то видел мои пируэты на балконе и сообщил?

– Чёрт, чёрт, чёрт… – в панике заметавшись по площадке, я врезалась в широкую грудь и, подняв заплаканное лицо, наткнулась на задумчивый взгляд карих глаз.

– Идём.

Схватив меня за руку, он потащил следом за собой вверх по лестнице и, открыв дверь квартиры, расположенной прямо над бабушкиной, впихнул внутрь.

Торопливый топот ног разнёсся по подъезду.

– Надо было сразу забрать её с собой, – рычал брат, – но кто же знал…

– В который раз убеждаюсь, что ты идиот, – рявкнул отец. – Профукать такую возможность… Девчонка оказалась умнее тебя. Хотя о чём я? Так было всегда.

– Не начинай, достал уже повторять одно и то же, – сорвался Никита, и эхо от его слов, взметнувшись вверх, пронеслось по подъезду.

А вот, кажется, и причина его ненависти ко мне, о которой я даже не догадывалась.

– Заткнись, щенок, – голос отца звенел от плохо скрываемой злости.

Но почему он злился? Неужели это «любящий» родитель подбросил брату идею по поводу добычи денег с помощью моего ребёнка? Какой же наивной дурой я была все эти годы! Почему не замечала того, что живу с чудовищами? Хотя что я вообще замечала за своими учебниками и книжками? Как ещё замуж умудрилась выйти? Правда, Славик был таким же повёрнутым на учёбе ботаном. На этой почве мы и сошлись.

Шаги остановились под нами, и щелчок открывающегося замка прозвучал словно выстрел.

Задрожав всем телом, я обхватила себя за плечи, не замечая того, как Дмитрий закрыл дверь, отгораживая меня не только от встречи с родными, но и от прошлого.

Сильные руки скользнули по моим плечам, осторожно притягивая к широкой груди в попытке успокоить. Но сработал обратный эффект – я почти беззвучно разрыдалась, не в силах больше сдерживать эмоции, но в то же время боясь того, что меня могут услышать отец или Никита.

– Всё, кроме смерти, можно попытаться исправить или изменить, нужно только решиться на это, – шепнул на ушко Дмитрий, погладив меня по спине. – Так что не вешай нос Винни. Тем более, в твоём положении вообще плакать вредно.

Его слова окутали душу будто мягким и тёплым покрывалом, успокаивая и даря уверенность в том, что для меня и моего ребёнка ещё не всё потеряно. Осторожные прикосновения постепенно успокаивали. А тепло, исходившее от широких ладоней, разгоняло по коже сотни приятных мурашек, согревая и настраивая на лучшее.

Вот тебе и насмешка судьбы. У совершенно постороннего человека, даже не знающего моего имени, оказалось больше доброты и сострадания, чем у тех, кто знал меня с рождения, кого я считала своей семьёй. А оказалось, что с такими «близкими» и враги не нужны.

Требовательный стук в дверь заставил вздрогнуть всем телом, запуская ледяную волну неконтролируемого ужаса, которая прошлась от макушки до самых пяток. Сердце забилось пойманной птицей в груди, а ноги вмиг стали ватными.

– Эй, есть кто дома? – послышался приглушённый голос отца. – Это ваши соседи снизу. Откройте.

Глава 4

Задрожав всем телом, я вцепилась заледеневшими пальцами в рубашку Дмитрия.

– Не открывай, пожалуйста! – шёпотом взмолилась я.

– Муж? – кивнув в сторону двери, уточнил он.