Яра Ностра – Оракул и его тень (страница 47)

Сердце сильно стучало в ушах, но остальные звуки казались тихим шумом, возможно, оттого что раскаты грома оглушили его.

Он расталкивал толпу и сражался, используя свою силу. Дыхание уже заканчивалось от частого использования заклинаний. Что-то горело, а над всем этим безумием были фиолетовые глаза.

— Сдавайтесь. Вам не победить. Ваша магия бесполезна. Я и есть магия, — мелодично, с легким шипением в голосе, произнес корвакс.

Все время он повторял одно и то же, отчего надежда угасала.

— Не слушайте! Бегите! — прозвучал голос Сетры. — Давай вставай! — Она помогла подняться молодому волшебнику рядом. — НЕ СДАВАЙТЕСЬ!

Он видел, как взор фиолетовых глаз упал на нее. Элиот пытался прорваться. Толпа мешала. Какой-то парень схватил его за пояс и повис на нем.

— Помогите, магистр! — Его лицо было рассечено, а из брови торчало лезвие скимитара.

Было удивительно, что он все еще жив, со скимитаром, воткнутым в голову. Это было только благодаря силам лютена, который поддерживал в парнишке жизнь из последних сил.

Из-за дождя стало очень скользко. Элиот попытался оттолкнуть мужчину, но тот крепко вцепился. Он схватил того за лицо и наложил проклятие, отчего мужчина быстро иссох и рассыпался пеплом.

Элиот поскользнулся и упал на землю. Он видел ту горстку праха, что осталась смешиваться с кровью и грязью. Теперь вся его одежда была пропитана этой кошмарной смесью.

Элиот снова нашел глазами Сетру. Корвакс смотрел в ее сторону и удерживал магией нескольких магов, пытающихся убежать.

Сетра кинула магическую молнию в сторону корвакса, пытаясь отвлечь. Не прошло и секунды, как корвакс махнул своим крылом, и молния со скоростью втрое большей вернулась в сторону Сетры, пронзая ее грудь. Она упала, прибитая к земле.

Несколько людей вокруг тоже упали, попав под остаточный удар. Элиот подбежал к ней и, схватив, потащил за кусок стены.

— Эй, Сетра! Сетра… нет-нет-нет… — Он скинул свои перчатки и пытался нащупать ее пульс. — Милая, прошу…

Пульса не было, а тучи над ними начали исчезать.

Он перестал дышать, пытаясь осознать происходящее. Ее хрупкое тело висело на его руках, словно тряпичная кукла. Кольцо, которое он однажды подарил ей, медленно соскользнуло с ее рук.

— Нет… ты не могла… правда же, не могла уйти так, не сказав ни слова… — Из глаз потекли слезы и он поднял кольцо. — Я скоро буду рядом… дождись меня, Сетра… Я найду тебя даже в другой жизни, и мы поженимся.

Он дрожащими руками прижал ее к себе и нежно поцеловал в лоб. Он с трудом встал и понес ее через все поле, не обращая внимания на то, что в его бок попала стрела, а следом гнались враги. В его глазах была лишь пустота.

Амос смотрел на поле, не отрывая взгляда, словно чего-то ждал. Он увидел тот самый миг, когда гроза рассеялась. Он знал, что так и будет, еще когда только приехал. Когда только увидел своих старых друзей. Он думал, что был готов, но сейчас в его сердце появилось еще несколько огромных трещин.

— По крайней мере, они признались друг другу… — тихо успокаивал сам себя маг.

Вот и конец. Конец всему, что связывало его с этой страной. Больше не было его друзей, его короля и башни.

Ужасный рев корвакса в этот раз пробрал до костей и чародея. Он словно провозгласил о поражении чародеев. Воюющие склонили головы, лишившись командования.

— Что ж, мне пора! — Колин быстро исчез в портале, раньше, чем кто-либо успел с ним заговорить.

— Сукин сын! Мог бы и нас прихватить! — возмутился Арчибальд и поморщился от ранений.

— Он бы не смог… У него силы на исходе, — тихо произнес Деус, все еще шмыгая носом.

Арчибальд проглотил свою гордость и похлопал друга по плечу в успокаивающем жесте. Хоть он и был еще сильно раздраженным, но этого было достаточно. Новый архимаг только что потерял всю свою магическую башню.

Амос отвел взгляд и обернулся волком. Михей последовал его примеру. Он подошел так близко, как только мог. Ему было страшно и грустно.

— Мы покинем эти земли, и вам советую не возвращаться, — сказал Амос. Арчибальд с трудом встал.

— Мы с вами, я слышал, Элиот вам экипаж выделил. Вместе переберемся через границу, — твердо, но достаточно тихо произнес Тарадеус.

Амос согласно кивнул. Они добрались через лес до того места, где стоял экипаж с каретой. Они сели и в молчании ехали. Даже Тарадеус больше не плакал. Добравшись до границы, они вышли.

Ноги опустились на горячий песок.

— Что ж, нам пора. Мы отправимся в Лантари. А вы?

— А мы в Риц. Домой. — Амос протянул руку для рукопожатия. — Прощайте.

Арчибальд коротко кивнул и принял рукопожатие. Михей и Амос пошли по бескрайним пескам.

Глава двенадцатая. Конец пути

Здесь уже была территория другого корвакса. Самого большого из всех видов. Так что это место было относительно безопасным. Они шли несколько часов под палящим солнцем.

Амос упал без сил, уставший от пути и от жизни. Его ноги тряслись от боли в мышцах. Михей тоже упал там же.

Их нервы были на грани. Все, что случилось за последние пару дней, было выше их сил, а голод и изнеможение сделали свое дело.

— Вставайте, — заявил Элим. Он говорил с упреком. — Вы умрете, если будете так лежать здесь.

Амос не хотел вставать, но он подчинился оставшемуся разуму в его голове. Он видел, что он не один. У него есть Михей. Тот единственный ребенок, о котором он должен заботиться. Тот, кто у него остался. Все, что у него осталось.

Он осторожно поднял Михея на руки и прижал к себе. Ребенок прижался к его груди и стал горько плакать.

— Я так устал, — мальчик всхлипывал.

— Я это слышу… — Чародей крепче прижал к себе хрупкое и беззащитное существо.

Звук его горького плача и осознание, что ничего из его прошлого не осталось, заставили литься слезам по его щекам. Впервые за многие годы. Он стоял так около десяти минут, пока Элим не стал тянуть его дальше.

— Нам нужно идти. Хозяин, ты не можешь простоять на этой жаре вечность. — В голосе Элима уже звучали нотки истерики.

И правда. Каждый вдох отзывался болью в легких. Горячий воздух и песок обжигали слизистые. Постепенно начинало болеть все, а жара давила невыносимым грузом.

Михей смотрел по сторонам и пытался найти сторону, куда им идти. Амос положил руку на спину Михея и, слегка подталкивая, повел его вперед.

Они шли по песчаным равнинам. Элим слегка поддерживал их, когда песок проваливался под ногами.

Спустя час у Михея стала кружиться голова. Амосу пришлось тащить его на себе. Спустя еще час солнце начало заходить. Стало не так жарко, и Амос смог остановиться. Из последних сил маг поднял песок и сделал им укрытие.

Михей сел на песок рядом с Амосом, в окружении этих холодных песчаных стен. Он пытался осмыслить все, что происходило за этот день.

Первым нарушил тишину Амос.

— Я догадывался, что произойдет что-то такое… — Он слегка коснулся плеча ребенка в подбадривающем жесте. — К сожалению, это было предписано и неизменно.

— Я не смогу забыть их крики. И его фиолетовые глаза… — Мальчик слегка вздрогнул.

Амос смотрел на него печальным и понимающим взглядом. Он вдохнул холодный воздух и пытался отогнать все воспоминания, смотря на звездное небо.

— Когда-то Тертон был моим домом. Я родился там. Я учился там и встретил друзей. Я поставил там короля… И теперь все, что я знал там, закончилась. Пришел конец стране Тертон, магической башне и великим магам… Конец всему…

— Ты почти прав. Не получил по заслугам только Мэтво. Эта блоха перепрыгнула на самого выгодного ему хозяина. Он теперь снова в почете, — выплюнул Элим. — Я хочу, чтобы он страдал.

Амос отмахнулся.

— Я тоже, но мы теперь и шагу в сторону Тертона сделать не сможем. — Амос видел на морде духа зловещую улыбку. — Что ты придумал?

Элим достал золотой браслет с фиолетовыми камнями и покрутил в лапах.

Амос сразу узнал эту вещь. Это был дар трикстера судьбы. Элим материализовал перед собой знакомый свиток с контрактом. Браслет плавно превратился в золото, и Элим макнул в него коготь. Он с легким скрипом приписал на пергаменте: «Мэтво Омнитус».

Пергамент быстро согласился с истиной, написанной этими чернилами, и Элим усмехнулся.

— Я вернул Мэтво в контракт. Теперь мне осталось дождаться его смерти, и я заберу его душу. Я разорву ее на мелкие части.

Амос задумался. Возможно, вот его разгадка вопроса, который столь беспокоил его.

— Элим, этими чернилами можно вычеркнуть кого-то из контракта?

— Нет. Ими можно только дополнить. — Элим довольно скрыл золотой браслет в своем тумане и спрятался в тень Амоса.