Яра Ностра – Оракул и его тень (страница 25)
Белозар печально смотрел на спину Амоса и протянул Михею мешочки с «едой». Мальчишка посмотрел на растение и скривился.
— Любая еда священна и полезна. Она придаст тебе сил. — Мальчик засунул в рот одну штуку и съежился. Потом разжевал и проглотил. Змей слабо улыбнулся и кивнул. Он тоже стал укладываться спать. — Вот и славно.
Михей долго смотрел на горящий костер перед сном и иногда поглядывал на спину Амоса. Чародей так и не спал ночью. Его мучили тяжелые воспоминания.
Утром они продолжили путь. Михей то превращался в гривистого волка, то снова в человека. Сейчас он сидел в форме волчонка на коне с Белозаром.
— До Белоречной осталось около получаса. Михей, ты можешь превратиться обратно. Здесь могут лесники бродить.
Мальчик превратился обратно в человека и не без помощи беловолосого спустился на землю.
— А это же в Белоречной живет Мирела? — как бы невзначай спросил Михей.
Амос спокойно кивнул, а Белозар с любопытством посмотрел на мальчика, немного приподняв бровь.
— Это девочка, которая приносит нам выпечку. Хочу сказать, она очень преуспела в готовке. Последние несколько партий были довольно вкусными, — безмятежно сказал Амос и посмотрел на странно улыбающегося Белозара.
Святой чуть пришпорил коня и навис над Михеем. Мальчик отводил взгляд, будто осматривая деревья.
— Так эта
Амос с вопросом посмотрел на ухмылку друга.
— Она приходила с утра, и Михей попросил меня открыть ей дверь, так как он был «чрезвычайно занят». — Змей весело хихикнул, а в его глазах горели искры.
— Мне нужно было проверить, все ли зелья стоят на своих местах! — возмутился Михей. — К тому же ты был гораздо ближе к двери…
— Считаешь? А мне показалось, что это из-за того, что у тебя еще отек на лице не спал и ты выглядишь как жаборик болотный. Или будто тебя ужалил целый рой пчел, — усмехнулся змей, продолжая скакать рядом и нависать над Михеем.
Его очень веселила эта ситуация. А на лице Амоса, казалось, стало меньше сонливости и гораздо больше интереса.
— Да нет же! — рявкнул Михей и оскорбленно поджал губы.
Он немного ускорил шаг.
— Отлично, что ты так в себе уверен. Нам нужно будет зайти за припасами. Вот ты, Михей, и сходишь, — с новоприобретенным весельем улыбнулся Амос и переглянулся с другом.
Когда они добрались до селения, то первым делом отправились за конем. В отличие от деревни Тымь, Белоречная была крупнее и оживленнее. Все дело было именно в пересечении больших дорог рядом. Хотя еще пару десятков лет назад здесь все было по-другому. Сейчас деревня могла похвастаться базаром и даже стояла своя небольшая церковь. Обычно в таких останавливаются вечно странствующие святые. К тому же в них всегда был хотя бы один херувим, способный защищать местные дороги и села поблизости от монстров. К сожалению, монстры возрождались каждый раз, если не были убиты святым. А потому херувимы всегда были заняты.
Компания сразу же привлекла много внимания. Два черноволосых путешественника и святой верхом на коне с меткой несчастий. Они не останавливаясь прошли к конюшням.
В конюшне было несколько лошадей в довольно богатых стременах. Амос ушел выбирать жеребца, а Михей с Белозаром остались снаружи.
Белозар облокотился на балку спиной и скрестил руки на груди. Он прикрыл глаза, наслаждаясь легким ветром, так приятно ласкающим худое лицо. Михей сидел рядом на кучке дров, с любопытством осматривая дорогие украшения на лошадях. Ему было интересно, но страшно подходить. Кто знает, какими были хозяева лошадей.
— А вот и причина отсутствия монстров, — раздался хриплый мужской голос, полный неприязни.
Белозар и Михей повернулись на звук голоса и звон стальных лат. К ним шли двое мужчин. Один мужчина был носителем того голоса. Рыцарь высокий для человека, но немного ниже Белозара. На нем были стальные доспехи, покрывающие все тело, помимо головы. Вся поверхность украшена рисунками с вкраплениями золота и церковными мотивами. Его недовольное лицо покрывали разные шрамы. Он выглядел угрожающе, хоть и под всеми морщинами виднелась молодость.
Рядом с ним шел очень худой и бледный мужчина. Белые волосы заплетены в маленький хвостик на затылке, а ряса священника, только черная, как и у Белозара. Он по-доброму улыбался, но выглядел несколько болезненно, словно мог сломаться от дуновения ветра. Его мягкие черты лица добавляли невинности.
Михей с восхищением смотрел на него, осознавая, что перед ним настоящий святой, именно такой, каким он их и помнит, когда те заглядывали в его деревню.
— Ты слишком груб, Ричард… — произнес святой. Его голос был тихим и нежным, но в нем чувствовался скрываемый страх.
— Груб? Я совершенно точно еще не был груб с этим… — Кивком указал на Белозара Ричард.
Белозар дружелюбно улыбнулся в своей обычной манере.
— Белозар. Мое имя. Я все еще святой, прошу не забывать, — авторитетно произнес он все с той же улыбкой.
Рыцаря передернуло от его слов, и всем видом он показывал, что ему плохо до тошноты.
— Ты не святой. Не смей даже заикаться об этом. Все церкви согласны со мной…
— Тихо, — строго произнес святой и легонько коснулся плеча своего рыцаря. — То, что он святой, это воля Предвечной, и не нам ее оспаривать.
Рыцарь озлобленно рыкнул и с ненавистью посмотрел на Белозара. Белозар же весело улыбнулся во все зубы, обнажив клыки. Рыцарь снова встрепенулся, но святой стал сильнее его подталкивать к коням.
— Ричард, пойдем. Нам нужно ехать и помогать людям.
Рыцарь без энтузиазма помог святому сесть на коня и оседлал своего следом. Когда они проезжали мимо Белозара, он произнес:
— Мерзкое чудовище…
Белозар вежливо помахал им на прощание, желая всего самого хорошего. Михей же шокированно смотрел на змея.
— Почему они так?..
— Просто я змей, а змей не может быть святым. Так считает человеческая церковь. Я пока единственный святой змей. Все думают, это ошибка. — Он все еще улыбался. — Я привык.
Амос вывел из конюшни черного коня.
— Я готов. Поехали. — Амос проследил взглядом за святым и его рыцарем.
Он перевел взгляд на Белозара.
— Чего они хотели?
— Да как всегда. Думаю, они приехали зачистить деревню от монстров, а получили возможность осудить мое существование. В общем, рыцарь выполнил главную цель своей жизни. Думаю, теперь ему и помирать не страшно будет. — Белозар усмехнулся.
Он провел рукой по белым волосам. Его желтые глаза блеснули или Михею просто показалось.
— Что ж, думаю, ты прав. — Амос тоже заметил странный блеск в глазах Белозара.
Его взгляд на секунду показался хищным, что Амос видел всего пару раз в жизни. Чародей повернулся к Михею и посмотрел на него. — Михей, нам с Белозаром нужно обсудить несколько вещей, а ты сходи пока к бабушке. Ее зовут Ганка. Попроси у нее булочек в дорогу, раз уж мы здесь.
Юный чародей уже хотел запротестовать, ведь ему было любопытно, о чем таком секретном они хотят поговорить, но Амос указал на дом в конце улицы. Мальчик обреченно вздохнул и пошел в сторону дома. Он думал по пути о том, как подслушать их разговор, но понял, что никак не сможет. Скорее всего, его действия предскажет учитель или же его заметят змеиные глаза Белозара.
Он шел по дороге и свернул, как ему указал учитель. Там была очень грязная дорога. Она состояла из луж, грязи и навоза, так что Михей задумался, та ли это дорога. Мирела всегда приходила к ним идеально чистой. Мальчик посмотрел на свои сапоги, увязшие в грязи. Он обреченно вздохнул и, старательно обходя лужи, пошел к последнему дому на улице.
Возле дома было несколько деревьев вишни и лавочка, на которой сидела милая старушка. У нее были рыжие кудри с сединой. Ее лицо покрывали морщины, и она поглаживала серого кота. У кота была кривая челюсть и один его нижний клык всегда торчал. Бабушка посмотрела на Михея, услышав его шаги. Она начала прищуриваться.
— Амос? — удивленно спросила она. — Ты как-то еще помолодел… правда, с лицом что-то… как всегда…
Михей немного растерялся, не зная, что ответить. Он вдохнул поглубже.
— Здравствуйте, бабушка Ганка, я Михей. Я ученик Амоса. — Он нервно теребил на руке кольцо.
Бабушка удивленно вскинула брови, но приветливо улыбнулась. Она с трудом встала и еще раз погладила мурлыкающего кота.
— А я уж думала, что Амос вернулся. Похож ты на него, как две капли воды. Он-то в этот дом редко заглядывает, после всего… — Она вздохнула и махнула рукой, как бы отмахиваясь от воспоминаний. — Пойдем, я чаем угощу да пирогов с собой дам. Он небось все съел да тебя послал…
Михей заметил, что рядом с домом пасся пони.
— Это Хэлсий, в честь старого знакомого, — усмехнулась бабушка. — Мирела на нем ездит. Амос купил его мне лет пять назад. Хороший пони…
Она, хромая, поковыляла в дом. У нее, очевидно, болело правое колено, замотанное какими-то тряпками.
Михей вошел за ней через калитку. У нее был ухоженный сад и много красивых цветов, почему-то только синего цвета.
— Извините, что я любопытничаю, но почему у вас все цветы только синие? — Михей был выше бабушки и смотрел на нее сверху вниз.
— Исидора очень любила Перецетус, но где же мне достать-то его… вот я и решила посадить здесь хоть какие-то цветы похожие. — Хриплый голос бабушки отдавал тенью грусти.
Михея словно удар молнии поразил. Он слышал это имя вчера вечером!