Яра Ностра – Оракул и его тень (страница 20)

— Со мной все в порядке… кхе. — Он знал, что учитель был не в порядке, волосы совсем растрепались, лицо и одежда испачканы в крови. В голубом свете он казался еще более бледным, чем обычно.

Только сейчас мальчик заметил, что вокруг них распустились маленькие цветы. Они были голубого цвета и источали свечение. Они были везде. Позади них на поле битвы, под трупом паучихи и прямо под учителем. Он обеспокоенно поднял глаза.

— Мастер… Откуда? Это же… Перецетус… — Он оценивающе посмотрел на учителя и отбросил все вопросы. — Ладно, давайте убираться отсюда!

Мальчик стал помогать учителю подняться, хотя сам еле стоял. Тот кряхтя поднялся и оперся на рапиру, что вернулась в исходную форму трости.

— Подбери мой кардиган, — сказал Амос, с трудом кивая в сторону вещи.

Михей с опаской обошел труп паучихи и поднял грязную вещь, теперь больше напоминавшую огромный кусок болотного мха. Он снова вернулся к Амосу.

Михей пытался поднять измученного чародея, но они оба теряли равновесие, поскальзывались или сворачивались от боли, а после сразу падали. С четвертого раза у них получилось встать и в весьма неустойчивом положении придерживать друг друга. Земля была все такой же скользкой, а они стали более шаткими. Опираясь друг на друга, они шли к выходу, но мальчик остановился, отчего Амос снова взвыл, прочувствовав раны.

— Я вспомнил, что она оставила коконы в том пролете.

Он указал головой на соседний поворот.

— Пусть там и остаются, она отдала свою жизнь за них… — Михей помрачнел и опустил голову.

Амос сделал шаг вперед, увлекая за собой Михея. Казалось, это была самая долгая и тяжелая дорога в их жизни. Хотя у Амоса и не такое бывало.

Из колодца выглядывал морской черт. Он был уже раза в два шире, чем обычно, и больше напоминал жабу. Вероятно, он находился на воздухе очень долго, ожидая их возвращения. Даже под раздутыми веками виднелось беспокойство в крошечных глазах-бусинках.

— Ох, акульи потроха, что с вами случилось?! Вы где были?! Я места не мог себе найти! — Он так возмущенно кричал, что из его рта плескала вода и даже пенилась.

— Потом расскажу… — с трудом произнес Амос.

Они тяжело ввалились в дом. Амос опустился на скамейку у камина и облокотился на стену. Михей закрыл дверь.

— Михей, принеси мне лекарство, — произнес хриплым голосом учитель.

Он все еще держал рану на боку, пытаясь остановить кровь. Ученик кивнул и быстро убежал в комнату. Вернулся он так же быстро.

— Мастер, я-я не знаю, что брать… я не чувствую! — Взгляд его был очень испуганным и совершенно растерянным.

— Именно поэтому я и говорил тебе никогда не снимать браслет, — с упреком произнес чародей, раздраженный болью во всех частях тела.

— Но я… — Михей проверил руку, но браслета там действительно не оказалось.

Кровь от лица отхлынула.

Учитель снял одно из своих колец, испачканное в крови, и протянул его мальчику. Тот надел его и нахмурил взгляд.

— Это она его сняла… Но когда?

— Скорее всего, когда только пришла и схватила тебя за руки или же в один из других разов, когда ты решил меня ослушаться. — Последнюю фразу он произнес быстро и слегка раздраженно.

Мальчик стыдливо опустил взгляд и побежал доставать нужные лекарства. Он взял четыре разных флакона. Три из них чародей выпил по очереди. Мужчина поднял одну сторону водолазки, обнажая порез. Ученик сразу отметил, что, помимо этого пореза, на теле были еще шрамы. Очень старые.

— А откуда эти шрамы? — Учитель слегка дрогнул и быстро натянул одежду обратно.

— Со старых времен… Но раз ты решил поговорить, то лучше обсудим, какого черта ты пошел за паучихой?! Ты вообще ничего не читал о них?!

— Нет… вы не давали книги про них… — Учитель вздохнул, нервно почесав голову.

— Ты живешь здесь уже четыре года, мог бы и сам начать читать. — Он снова вздохнул. — Нужно это исправлять… То гнездо, что мы оставили… из него родится очень много маленьких паучат, точно таких же, как и те, что иногда заползают к нам в дом. Однажды они тоже вырастут и научатся походить на людей, скрываться среди них и охотиться.

— Тогда почему мы их оставили?!

— Потому что у нас нет права их убивать. Почти весь выводок погибнет без защиты и кормежки матери. Но те, что все же выживут, они станут такими же, как мы. Тоже разумными. Они тоже хотели бы жить. Хоть я и не люблю пауков, не могу сказать, что они монстры… Лишь очередные существа, которым приходится скрываться, чтобы выжить.

— Но как вы поняли, что она паук?

— Видел ее волосы, тончайшие, словно паутинка? Белые… — Мальчик кивнул. — Это и есть паутина. С возрастом они учатся создавать паутину всем телом. Так они отращивают себе волосы и позже красят. Брови, внутри которых спрятана их закрытая пара глаз. Стоит лишь присмотреться. И еще пара находится над бровями. Выглядит это как морщины, но некоторые и их учатся скрывать. Еще есть клыки.

— А отец паучат не придет за нами? — дрожащим голосом произнес Михей.

Он нервно трогал свою поврежденную руку.

— Не должен. Они очень редко остаются с самками. У них нет инстинкта к защите мелкого потомства. Паучата, вырастая, сами их находят, и тогда он начинает их защищать.

Мальчик помог обработать раны учителя. Забинтовал как мог, криво и не очень надежно. Учитель кивнул в знак благодарности и пошел наверх в свою спальню. Михею же совершенно не хотелось спать, и он глядел в камин. Огонь успокаивающе трещал и был светом. Темное небо за окном говорило о том, что уже скоро рассвет. От этого на душе становилось спокойнее. Будто вот-вот солнце развеет тьму и изгонит всех чудовищ.

Но тут прозвучало три громких стука в дверь. Сразу за этим громкий перестук когтей. Мальчик осторожно встал и на носочках подошел к двери, стараясь издавать как можно меньше звуков. Он стал прислушиваться. Звуков снаружи не было. Только шум ветра. Внезапно дверь открылась, мальчик отшатнулся назад и упал на пол.

Он сидел на полу и испуганно смотрел вверх. Перед ним стояла темная фигура в мокром плаще и капюшоне. Силуэт был огромным, больше двух метров, с широкими плечами. Из тьмы капюшона горели яркие желтые глаза. Их зрачки были как у кошки.

Отойдя от шока, мальчик заметил белые волосы. Такие же, как и у паучихи. Он стал судорожно придумывать план, что же ему делать. Попробовал прислушаться к своему чутью. В тот момент он не чувствовал ничего, это показалось ему еще более пугающим. Все повторялось, как и в тот раз с паучихой. Он отполз назад и прокричал.

— Элим! — Тот мгновенно появился рядом и посмотрел на гостя.

Оскал с его морды пропал, сменившись странной ухмылкой. Он был все еще расплывчатым дымом, не имея сил на большее.

— Давно не виделись, Белозар, — торопливо произнес он.

Гость вошел, по пути снимая капюшон. Под ним был молодой и очень бледный человек. Он был приятной наружности и с очень непослушными волосами. У него было худое и длинное лицо с острыми скулами.

— А я уже подумал, что ошибся домом. Извиняюсь за вторжение… — Его голос был слегка скрипучим и шипящим, но веселым.

Он приветливо улыбнулся мальчику и протянул ему руку, чтобы помочь встать. Тут он заметил, что левая рука ребенка бессильно болталась. И спустя пару секунд его улыбка угасла.

— Где он?! — взволнованно произнес гость, крутя головой по сторонам.

Его нос уловил запах крови. Он шумно вдыхал воздух и удерживал его в легких. Его глаза бегали по углам комнаты.

— На втором этаже, скорее всего, умирает от боли… — с горькой усмешкой произнес волк.

Гость посерьезнел и миновал большую лестницу всего за два больших шага. Он оглянулся по сторонам, выбирая дверь.

— Комната слева. — Произнес вдогонку волк.

Мужчина резко открыл дверь, не рассчитав силы, и ручка с неприятным звуком стукнулась о стену. Ему в нос ударил сильный запах крови. Он немного отшатнулся назад и прикрыл нос рукавом. В комнате было темно, но свет из коридора позволил увидеть, что было внутри. У самой кровати на полу лежал Амос. Вероятно, он пытался лечь спать, но у него это плохо получилось. Однако правой рукой он все же опирался о кровать.

— Амос, как ты?! — спрашивал беловолосый с тревогой в голосе.

Мужчина подбежал к Амосу и слегка потряс за плечо. Чародей уже крепко спал, так что ответа не последовало. Тогда Белозар осторожно поднял чародея и уложил на кровать. Ученик тем временем стоял в дверях, нервно переступая с ноги на ногу и крутя большое кольцо на руке. Он совершенно не знал, как реагировать на неизвестного человека. Когда гость стал задирать одежду учителя, мальчик дернулся в его сторону, но вход ему преградил Элим.

— Не мешай. Хозяину еще рано умирать.

— Но!

Элим закрыл дверь и серьезно посмотрел на мальчика.

Белозар скинул мокрый плащ на пол. Под ним оказалась черная ряса священника с белым воротничком. На груди висел знак церкви. Он посмотрел на раны друга и нервно выдохнул.

— Ох, Предвечная… это случилось снова… — бормотал себе под нос мужчина, видя раны, оставленные паучьими лапами.

Он зажег свечу на прикроватной тумбе. На его лице было печальное выражение и странный болезненный взгляд. Он запустил руки в свою сумку и, немного покопавшись, достал иголку и нитку. Белозар положил их на прикроватную тумбу и снова погрузился в сумку. Затем он достал флакон с прозрачной жидкостью, в которую и окунул иголку.

Амос издал тихий стон, больше похожий на сопение. Святой отец протер раны тряпкой, смоченной в спирте. Амос застонал в приступе болезненного спазма. Белозар слегка похлопал того по плечу и грустно вздохнул.