Януша Флейман – Наверное, звезды сошли с ума (СИ) (страница 8)

Первое, что бросилось в глаза, — это был размер гостинной. Невероятно большая комната в темных тонах. Свет был не слишком ярким, но осмотреться можно было без проблем. Императора я заметила стоящим около двери, ведущей в другую комнату. Наверняка там находилась спальня. От этой мысли загорелось лицо, и я на несколько мгновений опустила голову, справляясь с подступившим смущением. Я такая профессиональная шпионка, правда?!

Затем встретилась взглядом с молчаливым императором. Его глаза внимательно вглядывались… в самую сердцевину моей сущности, по-другому я бы не смогла охарактеризовать то, что видела.

Так, спокойно! Я справлюсь! Нужно только с чего-то начать!

— Добрый вечер, эль-сьен, — сказала я на манульском.

Мы, конечно, сегодня уже здоровались, но ведь нужно как-то начать разговор. Император никак не прореагировал на мое приветствие. О звезды, все будет еще сложнее, чем я думала.

— Извините за поздний визит. Мне хотелось бы обсудить с вами некоторые непонятные для меня моменты договора, иначе завтра я не смогу себя уверенно чувствовать во время заседания. Я…

— Подойди ближе.

Сначала мне показалось, что я ослышалась, поэтому с немым вопросом в глазах уставилась на манульца. Он явно чего-то ждал, и я осознала, что та просьба-таки прозвучала вслух. Сделав несколько шагов вперед, я очутилась где-то посреди гостинной. В области талии что-то обожгло, и я поняла, что это напоминает о себе флакон с афродизиаком, который я спрятала за широким поясом платья. Чтобы унять волнение, снова поспешила заговорить:

— Я так понимаю, что цель вашего визита — это налаживание торгово-экономических отношений с Самирой. А в первую очередь вас интересуют наши технологические разработки, так?

Император продолжал удерживать мой взгляд и молчал. А по коже табуном поскакали мурашки. Скорее всего, завтра от них останутся синяки. Ну и мужчина! Хотя, наверное, больше подходит определение «самец». Я прижала ладонь к поясу в том месте, где был припрятан флакон. Даже представить себе не могла, где возьму смелость воспользоваться им и распылить афродизиак. И самое интересное, что я буду делать потом с этим возбужденным самцом?!

А манулец тем временем снова решил заговорить, но совсем не о том, о чем я думала.

— Как ты это делаешь?

И, видя мое недоумение, пояснил:

— Как у тебя получается ходить в такой обуви и не падать?

Данный вопрос вызвал у меня улыбку. Напряжение в теле заметно ослабло. Не знаю, почему, но мне польстило внимание к моей обуви.

— Я давно практикуюсь. Это совсем не сложно.

Глаза собеседника замерцали.

— Я наблюдал за другими женщинами вашей планеты. Они носят удобную обувь. Не такую, как ты.

Я снова улыбнулась:

— У нас женщины могут носить любую обувь, в зависимости от предпочтений. Так уж случилось, что я люблю шпильки.

— Шпильки…, - несколько протяжно произнес император, будто смакуя слово. — Но они такие высокие. Неужели тебе в них удобно?! Неужели нельзя обуть какие-то шпильки пониже?

Не смогла сдержаться и хохотнула. Но совсем чуть-чуть. А затем ответила:

— Простите, мой император, но низких шпилек не бывает.

Меня наш разговор немного развеселил. Кто бы пару дней назад сказал, что я с великим джеррским императором буду обсуждать шпильки, никогда бы не поверила. Он такой странный! И, оказывается, умеет поднять девушке настроение. И я искренне веселилась, ровно до того мгновения, пока этот манулец ни начал медленно двигаться в мою сторону.

Веселье сразу же пропало, а внутри снова начало что-то оживать, будто поднимаясь, расправляя крылья и устремляясь навстречу этому мужчине. Я не понимала, что это такое, но оно снова выходило из-под моего контроля.

А император, тем временем, подошел ко мне практически вплотную. Он был намного выше, но это не вызывало во мне никакого смущения или страха. Ощутимее беспокоила реакция моей внутренней сущности. До сегодняшнего дня я даже не знала, что мысли и чувства могут расходиться во взглядах. Умом я хотела держаться подальше от императора, а моя душа, наоборот, тянулась к нему изо всех сил. Вот только, с какой целью?! Задав себе этот вопрос, я сразу же поняла, что хочу получить ответ… причем немедленно.

Глядя в темные глубины этих опасно-привлекательных глаз, я мечтала о том, чтобы этот мужчина прикоснулся ко мне. И дело было совсем не в сексуальном желании. Просто хотелось через этого человека почувствовать, что такое манульский народ. Не знаю, понятны ли кому-нибудь мои мотивы, я и сама в них теряюсь. Но все 25 лет моей жизни я хотела побывать на Джерре, мечтала пожить среди народа моей матери. Ведь я тоже была частью его. Еще каких-то пять дней назад я и не представляла, что буду лично разговаривать с манульцами. Но в глубине души мне дико хотелось разгадать хоть какие-то тайны обитателей Джерры. Хотелось стать к ним ближе, как-то породниться. Я мечтала хоть где-то найти пристанище, которое смогу назвать домом. Ведь здесь, на Калби, меня никто не ждал, никто не любил, никто не дорожил мной. Я была здесь чужачкой!

И вот теперь, стоя перед императором, я хотела через него прикоснуться ко всему запретному, от чего столько лет ограждала меня мама. Я верила, что вместе с этим прикосновением, в меня вселится какая-то частичка моей внутренней сущности, которой я была лишена с рождения. Я чувствовала, что она поможет мне стать по-настоящему цельной. И мне казалось, что уже ничто не сможет остановить меня на пути к задуманному. Ничего, кроме…

— Ты заинтересовалась Триксеном?

Этот вопрос, заданный равнодушным тоном, спустил меня с небес на землю. От разочарования хотелось громко завыть. Как же так?! О чем он сейчас думает? При чем здесь Триксен?

— Почему вы так решили? — осторожно переспросила я.

Мне показалось или его глаза замерцали?!

Не успела разобраться в этом, поскольку император развернулся и молча ушел в другую комнату. А я стояла и чувствовала себя полной идиоткой. И тут меня по голове со всей дури огрела мысль о флакончике, лежащем за поясом. А я ведь совсем забыла о цели своего визита сюда. Сейчас самое время!

Мельком взглянув на дверь соседней комнаты, быстро достала флакончик и пару раз нажала на пульверизатор, распыляя его содержимое. А затем, вспомнив о том разочаровании, которое испытала во время того, как император обломал мою такую лелеемую надежду, сделала еще один пшик. Так ему и надо! И, спрятав улику обратно, принялась унимать бешено колотящееся сердце, попутно натягивая на лицо маску спокойствия.

Через пару секунд ощутила присутствие императора. Подняв голову, увидела, как он возвращается в комнату. Он не смотрел на меня, но медленно шел в моем направлении, держа в руках какой-то непонятный предмет. На полпути резко остановился. То ли нервы мои расшатались, то ли совесть мучила за содеянное, но мне показалось, что манулец резко втянул в себя воздух. Вскинув голову, он впился в меня взглядом. О звезды, неужели он догадался о том, что я сделала?!

А император, тем временем, настойчиво вглядывался в мое лицо, а затем как-то судорожно сглотнул и подошел ко мне вплотную.

О небеса! Я почти касалась его своей грудью, я почти ощущала его дыхание на своей коже. Как же это приятно!

Я будто отправилась в свободный полет по темным глубинам его темных глаз. Моя сущность яростно забилась внутри, стремясь к нему. Как же он великолепен! Столько силы, мощи, мужественности, сексуальности! И это все может стать моим… сейчас. Только сегодня… Путем обмана и предательства…

Второй раз за вечер я резко спустилась с небес на землю. Только в этот раз было больнее это делать. Видимо, ударилась крыльями.

Что же я делаю?! Во что хочет превратить меня этот жестокий повелитель?! Да провались он в пламенную бездну! Не хочу! Не смогу! Не буду!

Еле сдерживая слезы, я развернулась и кинулась прочь из комнаты.

Забежав к себе, подошла к кровати, села на нее и закрыла лицо руками. Тут же хлынули слезы. Чувствовала себя настоящей дрянью. Казалось, что меня всю облили грязью. Плевать на все! Не сделаю я того, что просит повелитель. Понимаю, что придется за это отвечать, но манульцев нагло обманывать и использовать не буду. Арест — так арест! Хотя… Чем я это заслужила?

— Что с тобой?

Знакомый голос заставил меня вздрогнуть. Я развела пальцы на руках и сквозь образовавшиеся просветы увидела императора, стоящего в двери моей спальни. О звезды, только этого сейчас не хватало!

Сделав глубокий вдох, постаралась проглотить слезы. Что же делать? Руки убирать от лица совсем не хотелось, но продолжать сидеть в таком положении я не могла.

Смахнув слезы, вытерла пальцы о платье и подняла зареванное лицо к императору. Тот уже успел прикрыть дверь в спальню и подошел ко мне поближе.

Его внимательный взгляд неотрывно следил за мной, а я судорожно пыталась решить, что мне делать дальше. Зачем он пришел сюда?!

— Простите, — тихо прошептала я.

Возможно, он не понимал, за что именно я прошу прощения, но ведь я-то зала. И от этого стало так противно от самой себя.

— Почему ты плачешь?

Хороший вопрос! Пока я раздумывала над ответом, император присел на корточки, опустившись до моего уровня. Я заворожено наблюдала за тем, как он медленно приблизился ко мне своей большой ладонью и нежно провел пальцем по щеке, рассылая приятные ощущения по всему телу. Затем переместил взгляд на свою руку и, соединив два пальца, произвел растирающее движение. Мое дыхание сбилось. Он просто изучал мою слезинку, а мне казалось, что он ласкает всю меня целиком. Непередаваемое ощущение.