Янка Рам – Роман с подонком (страница 16)
- Пожалуйста!.. - цокает, надменно закатывая глаза. - Будь так любезна. Просто потрать мои бабки.
Пытаюсь представить, на что чисто гипотетически могу я их там потратить. Ну... сок там бывает вкусный. Манго. Мороженое еще. Так его не довезешь летом. На этом, пожалуй, всё.
- Вот так живёшь себе счастливо... Не паришься... - щурясь, смотрит на солнце Ян. - Бах! И вот ты уже отдаёшь свою кредитку женщине и умоляешь её тратить свои деньги.
- Да не нужна мне!.. - возмущённо начинаю я.
- Тихо! Не мешай мне страдать. У меня, может, новые впечатления, - философски.
- Ведро вынеси...
- Куда?
- В цветы вылей.
- Вот! Точно! Цветы купи. Себе от меня.
- Зачем? В поле полно бесплатно. И стоят дольше и пахнут лучше.
- Да?... Ну ладно.
Уходит за ограду, через двадцать минут возвращается с большим букетом.
Вручает.
- Ой... - прижимаю к себе, не зная, что сказать от неожиданности.
Вот уж не думала, что Аксёнов пойдёт букет собирать.
- Это самый дорогой букет из тех, что я когда либо дарил.
- Почему?
- Меня укуса пчела, - морщится, присасываясь на мгновение к кромке кисти. - Больно пизд... просто... тотальный крах! Я оцениваю ущерб тысяч в пятьсот.
- Ну... спасибо! - фыркаю от смеха.
Стучит пальцем себе по щеке, намекая на поцелуй.
- Вырази как-нибудь материально.
И у меня крутится несколько фраз в голове, как изящно отвертеться от этого поцелуя.
Но... не хочется.
Касаюсь его щеки губами, неловко чмокая.
Замерев, смотрим друг другу в глаза. И неловкость нарастает. Потому что Ян больше не шутит, не ухмыляется... И сердце моё стучит!
Не выдерживая взгляда, сбегаю в дом...
Глава 10 - Скорбями и болезнями
Целый день маюсь от безделья один. Дед с Аглаей в соседней деревне.
От скуки мету как не в себя все, что приготовила Аглая. Скоро дедовский фольклор "метнись кабанчиком" обретёт реальный смысл. Тренажерки тут нет...
А кроме как есть, и философски смотреть на дымки над крышами, делать тут больше нехер.
Но чтобы философски пялиться на пастораль нужны хотя бы сигареты.
А их нет.
Лениво отжимаюсь на крыльце. Потом кормлю пробегающую мимо собаку остатком бутерброда.
Дрова, что ли поколоть...
Выдергиваю топор из колоды. Так, кажется, этот пень называют... Взвешиваю топор в руке. И в этот раз, стараясь следовать инструкции, колю непослушные чурки. Так, кажется, их называют...
Зачем я выучил все эти страшные слова??
Увлекаюсь процессом. Гора дров растёт...
Думаю об Аглае. Надеюсь, она не собирается скромничать с моей картой? Так как это, как оказалось, единственный способ сейчас сделать хоть какой-то жест с моей стороны.
Без возможности что-то делать для девушки чувствую себя пиздец как ущербно! Словно я дух бестелесный. Можно, конечно, сделать приятно и телом. Но... нельзя.
Светлана Александровна мне яйц... гланды вырвет. Не смотря на то, что женщина воспитанная и интеллигентная. А потому, карта...
Надо было Мартини с оливками заказать. Текилки с лимоном. Шоколада хорошего. Протупил...
А может и хорошо. Вряд ли под градусом я удержусь от такой конфеты как Аглая. Накосячу что-нибудь...
Стирая пот со лба, ищу глазами воду. Фляга с питьевой в доме и предбаннике. Дед вчера заставил с колодца носить. Тот ещё я вам скажу фитнес!
Ощущаю какой-то дискомфорт. Словно взгляд в спину. Неприятный...
Оборачиваюсь. Встречаюсь глазами с немолодым мужиком. С невнятной бородкой. Коричневые брюки и жилетка.
- Вам кого? - не очень дружелюбно уточняю я.
- Хозяев.
- Я за хозяев.
- А где же Аглая?
И Аглая он произносит так по особенному... сально что ли... смакуя...
Да вы, блять, издеваетесь? - размахнувшись, врубаю топор в колоду.
Сколько вас тут??
Медом вам тут намазали, что ли?! Ровесниц себе ищите!
- Или - дед, - поспешно добавляет он.
- А кто спрашивает?
- Отец Василий! - недовольно.
Замечаю на его груди массивный крест.
А! Дед что-то такое вчера говорил про него, обзывал "Опиум для народа". Дед - старый коммунист. Не любит этого всего... И Веру, мать Аглаи, не одобрял в её монастырских порывах. Не отпустил, короче, в монастырь, пока дочь не вырастет. И правильно!
Сейчас этого отца Василия особо не любит, за то, что он Аглаю обхаживает.
- Надо бы знать, молодой человек. Что ж Вы на службу не жалуете, раз уж в наших краях появились. Или - не верующий? - прищуривается с осуждением.
- Что-то передать деду?
- Аглае передай. Что в пятницу наши трудницы будут на благотворительность детям вязать. Настоятельница её ждет.
- Ок.
Не уходит. Недовольно изучает меня взглядом.
- А ты кто будешь Крапивиным? Родственник что ли?