Янка Рам – Роман с подонком. Вторая попытка. (страница 3)
Они говорят о чем-то, я смотрю на их лица. И все, что происходило "там", с Аглаей, все больше кажется каким-то слишком реалистичным сном. И мне страшно, что этот сон развеется окончательно, оставив только чувство невыносимой тоски.
Я среди пацанов старший. На месяцы, но все же. А сейчас чувствую себя малолеткой, который не может понять с какой стороны начать разгребать свои проблемы. Хотя их проблемы неоднократно разруливал.
Главный ресурс - семья - в этом вопросе не на моей стороне. И чего я стою сам по себе мне вдруг становится непонятно.
Дед всегда говорил - значимость человека в среде определяется не только его деньгами и личными качествами, но и сеткой функциональных связей. Сам по себе человек может мало. И нужно создавать сети заинтересованных в благополучии друг друга людей. Мой будущий брак - это оно. Чем меньше в этой сети акцепторов и больше доноров, тем мощнее и стабильнее сеть.
Моя невеста Александра - донор. Моя Аглая - акцептор. И я честно не знаю, как объясняться с дедом. Это будет выглядеть несерьёзно. Если у мужчины эмоции весомее, чем чувство ответственности и мозги, ему не стоит управлять бизнесом. Я все знаю, что он скажет. Дед будет разочарован во мне.
Но... эту задачу я буду решать потом. Потому что мужчине, который не держит свое слово, тоже нехуй делать в управлении большим бизнесом. А я слово дал...
Еще раз оглядываю друзей.
Вот мои связи передо мной. Пока - такие же распиздяи как я.
- Аксёнов!
- М?
- Ты чо зависаешь?
- Да так...
- Ян, поехали загудим с девчонками? - предлагает Волчонок.
- Неа. Я пас.
- Почему?
Почему?
- Хочу конкретную.
- "И ты, Брут?!" - свирепо.
- Yes...
- Да вы заебали! - психует Волчонок.
Комкая салфетки, по очереди швыряет в нас.
- Этот женился... - летит салфетка в Макса. Макс, ухмыляясь, уворачивается.
- Тихий на свою Аврору дрочит.
Тихий, улыбаясь, показывает ему фак.
- Платоха втихаря кого-то трахает, кого явно ему трахать нельзя. Теперь и ты! - летит в меня скомканная салфетка.
Перехватываю, сжимая в кулак.
- Уйду я от вас, недееспособных... - стебется.
- Колись, давай, кто она? - пытают меня пацаны.
Протираю лицо руками, пытаясь привести мысли в порядок.
- Короче. Помощь нужна.
- Аксёнову нужна помощь?! Да ладно?.. Что можем мы, чего твоя служба охраны не может?!
- В том-то и дело. Что на двадцать первом годочке я вдруг понял, что она не моя. Макс, у тебя же Отец Сергий в кентах? Узнай у него про женский монастырь. И церковь там рядом. В ней служит батюшка... - вспоминаю имя. - Василий. Лет сорока. Мне туда нужно попасть. Адрес нужен.
- Ахаха! В женский? Я готов составить компанию! - веселится Волчонок.
- Тебя, Волков, батя не отпустит, вы же улетаете утром, - взъерошивает его шевелюру Тихий.
- Вот так и обламываются юношеские фантазии! - философски изрекает Волчонок.
- Ладно, Тихий, поехали на тренировку, - смотрит на часы Волчонок. - Если что-то нужно, звони, Ян. Впишемся.
Остаются Платон с Максом.
- Джип еще нужен высокий. Максимально высокий. Платон... - щёлкаю пальцами. - Твой.
В тусовке его стебут за неуместный в городе "Ram". Но в отличие от нас, он не сам выбирает тачку, а как истинный бастард "донашивает" за официальным наследником то, что ему уже не любо. Такое вот несправедливое блядство.
- На джипе и Лосёнка увезем... - размышляю сам с собой. - Только нужны какие-то... транквилизаторы, - заканчиваю я в тишине.
- Ян, ты чо там куришь?... Какой лосёнок? - подозрительно смотрит на меня брат, с недоумением переглядываясь с Платоном. - Какой монастырь? Какие транквилизаторы?
- Так... что я там еще наобещал? - игнорирую их, пытаясь вспомнить.
Поднимаю глаза на Макса.
- Звони.
- Кому?..
- Сергию. Пусть там шухеру наведет в своей епархии. Василий этот девочку домогается. Если они его не угомонят, я ему по мирским законам все табло разнесу!
- Воу-воу... Спокойно.
- Короче, набери, я сам об этом поговорю.
- К твоей, что ли, девочке домогается?
- Да.
- Как зовут хоть скажи суженую? - улыбается Платон.
- Аглая.
- Как?! - хором переспрашивают пацаны.
- Аглая.
Чего непонятного-то?
- Монашка, что ли?!
- Нет! Обычная девочка... Не совсем, конечно, обычная. Но не монашка.
- Ты где ее взял?
- Мамина крестница.
- Агуша? Мелкая приезжала к вам, помню, - задумчиво вспоминает Макс.
- Она.
- Ну и доставалось же ей тогда.
Вздыхаю недовольно. Обижали мы ее маленькую, да.
- Мама-то не против, твоего пристального внимания?
- Против. Поэтому к вам обращаюсь.