Янина Ярс – Новая Душа Илоны Фет (страница 7)

На какое-то время мне действительно удалось избавить себя от этих мучений! Ненадолго конечно… Но все же!

А теперь прошло много лет. Через два года, когда Роксане исполниться восемнадцать и она выйдет замуж за Леона, нам с Игорем тоже предстоит участвовать в подобном безумии. Определять с какими почетными семьями необходимо объединяться и заставлять ее рожать.

Неожиданно меня накрыло непонимание… В почетных семьях уже много столетий все живут по одним и тем же традициям. Так почему из всех генетических персонажей в их истории, никому не удавалось сделать счастливой именно Илону Фет? По идее каждый человек из этих семей, априори рождается с несчастной судьбой, но получается, что каждого из них, какая-то душа умудрялась сделать счастливым? В таких условиях? Что-то здесь не так!

Пока я размышляю, Леон замечает меня в толпе и от страха роняет скрипку. Понимаю! По правилам почетных семей, ему не подобает играть на улицах, да еще и в таком виде. Если бы он был несовершеннолетним, его бы ожидало строгое наказание за свой поступок, но ему уже восемнадцать лет. И единственное, что его семья может с ним сделать – это похоронить.

Да, взрослой человек из почтенной семьи, обязан соблюдать правила, иначе в семье ему не место. При этом изгнание из семьи – неприемлемо, оно считается страшным грехом. Поэтому всех непокорных незамедлительно хоронят, объясняя это тем, что так их души смогут быстрее переродиться в одном из следующих поколений их рода и прожить более достойную жизнь.

Бред полнейший. Как душа, я знаю, что в их мировоззрении нет ничего правдивого. По сути, они просто убийцы-психопаты, которые не приемлют нарушения своих правил. Но им невозможно этого объяснить. Они многие века так делают, несмотря на то что каждый, кто совершал подобные убийства, наверняка сам тоже изменял традициям. Просто не попался.

Как мой муж!

Если кто-то из наших семей узнает, что Игорь спит с домработницей, ему конец. И я много раз думала о том, чтобы рассказать, но моя предыдущая версия всегда приходила к выводу, что традиции семьи она ненавидит больше, чем своего мужа. Поэтому ему повезло быть не раскрытым.

А вот моей старшей сестре – Анне Фет – не повезло. Она тоже должна была выйти за Альта, но когда мне было шесть, а ей пятнадцать, она влюбилась в мальчика из школы и они тайком стали встречаться. Если бы их заметили тогда, то ее бы наказали, но она хотя бы осталась жива. Однако, они удачно скрывались от глаз все три года, а в день своего восемнадцатилетия, она заявила, что не собирается выходить за Альта, потому что любит другого. Это был последний день ее жизни.

Мы с братьями были еще маленькими, но нас тоже привели на ее похороны, чтобы мы запомнили, что нарушать правила семьи нельзя. Ужас, поселившийся в Илоне Фет в тот день, сопровождал предыдущую душу, пока она не покинула тело. Я рада, что не могу его почувствовать, потому что помню, крики из опускающегося гроба, и представляю, как бы эти воспоминания сводили меня с ума.

И теперь, заметив Леона в городе за таким занятием, я обязана расторгнуть их брак с моей дочерью и сообщить обо всем его семье, тем самым подписав ему смертный приговор. А моя дочь должна стать преждевременной вдовой и посвятить всю свою жизнь работе, пополняя бюджет семьи Клин. В случае ее отказа, мы с Игорем должны будем сделать с ней тоже самое, что и родители Леона с ним. А если не станем, то избавятся и от нас.

Печально! Но прежняя Илона Фет так бы и поступила. Она бы сразу позвонила его матери и рассказала о том, что произошло.

Но я уже не она. Я не буду подставлять этого талантливого ребенка, который имея такую тягу к высшим энергиям, вынужден прятаться, чтобы с ними соприкоснуться.

Тем временем Леона начинает трясти. В его глазах читается страх перед собственной кончиной. Я подхожу, поднимаю скрипку и отдаю ему в руки.

– Не переживай. – Тихо говорю я. – Я никому не расскажу.

Он безмолвно кивает головой. Наблюдая шок на его лице и понимая, что сейчас он в таком же состоянии, в котором была я, беседуя с охранником ТЦ, я прихожу к выводу, что лучше просто удалиться и оставить его в покое.

Отвернувшись, я делаю шаг в сторону дороги, и слышу за своей спиной голос Леона.

– Почему?

Я поворачиваюсь обратно и улыбаюсь.

– Не важно. Главное продолжай делать то, что ты любишь!

После этого я ухожу и вызываю себе такси.

Уже из машины я вижу, как Леон уходит с того места. Несмотря на мое одобрение, навряд ли он когда-нибудь еще выйдет играть на улицу. Думаю, он понял, что это слишком рискованно, ведь в любой момент может встретить кого-нибудь, не столь доброжелательного.

Глава 5

Всю дорогу до дома я думаю о Леоне. О несчастном бедном парнишке, который запросто может лишиться жизни из-за того, что любит музыку и имеет потребность делиться ей с другими не только на сцене. Его испуганный и обреченный вид до сих стоит у меня перед глазами и вызывает целый букет разных чувств.

С одной стороны, мне очень жаль, что такой талант родился в одной из почетных семей, и каждый раз ради того, чтобы испытать хоть немного удовольствия, ему приходиться рисковать жизнью. А с другой, я понимаю, что его душа сама выбрала это воплощение, значит ей нужен опыт выживания в таких обстоятельствах.

А еще я чувствую радость и гордость за то, что отпустила его. В каком-то смысле мой поступок – это чудо, ведь в наших семьях сочувствие и понимание – огромная редкость. Возможно, пока моя высшая память не поглощена, мне стоит заняться и этим вопросом – попытаться повлиять на традиции почетных семей и сделать их более человечными.

Главное, чтобы наша встреча с Леоном не выбила его из привычной колеи. Если его поведение резко изменится, Альты сразу же это заметят и начнут выяснять, что случилось. Тогда появится риск, что он проболтается и конец наступит и ему, и мне.

Не хотелось бы покидать тело столь долго и мучительно – в темноте, в маленьком пространстве, в одном положении… Надо бы запастись каким-нибудь ядом, чтобы в случае чего, не страдать перед выселением из тела, а сразу его покинуть.

Пока я планирую свою возможную смерть, такси доезжает до моего дома.

Поднимаясь по лестнице до квартиры, я придумываю, что буду делать в первую очередь. Возможно, стоит попробовать наладить отношения со своим мужем! Без эмоций прежней версии Илоны Фет, все мои реакции и состояния полностью под контролем, а значит у меня должно это получиться. Главное, чтобы Игорь не сопротивлялся моим новым порывам.

А может он и не будет против. Я так сильно ошарашила его с утра своим извинением, что скорее всего, он до сих пор об этом думает. Хорошо бы. В таком случае он сам будет искать возможности со мной пообщаться, чтобы узнать в чем дело.

Войдя в квартиру и застав Игоря на кухне, я понимаю, что я права – он до сих пор думает о том, что произошло утром. Если бы, не думал, то не сидел бы там, а, как обычно, спал с Асей – нашей домработницей, – пока дети не вернулись из школы и детского сада.

Заглянув на кухню, я молча отворачиваюсь, чтобы пойти в комнату переодеться, и вернуться к нему с разговором, но как только он меня видит, его терпение лопается.

– Стой, подожди! – Говорит Игорь и подскакивает со стула.

Я оборачиваюсь и смотрю на него.

– Ты что-то хотел? – Спрашиваю я.

Он зависает. Если верить памяти Илоны Фет, то я никогда не общалась с ним так вежливо.

Вдруг, в голове начинают прокручиваться моменты нашей совместной жизни, но теперь я воспринимаю их объективно. Как холодные факты. И эти факты говорят, что после нашей свадьбы мой муж много раз пытался наладить со мной контакт. Он не ненавидел меня. По крайней мере раньше.

В первые годы нашего брака, он постоянно предлагал поговорить и придумать что-нибудь, чтоб не страдать от традиций наших семей. Но я его не слушала. Я даже не пыталась рассмотреть в нем хорошего человека. Из-за того, что случилось с моей сестрой, мне в принципе был ненавистен брак, брачные традиции и все, что с ними связано. А Игорь был частью всего этого.

Он стал для меня таким же навязанным мужем, каким Альт был для Анны, и если бы я отказалась выходить за него, то и мне бы, как и ей, пришлось визжать в закопанном гробу до своего последнего вздоха.

У меня не хватало сил и осознанности признать, что Игорь ни в чем не виноват… Что он такая жертва семьи, как и я… И что у него тоже нет выбора. Собственно, как и тот Альт, за которого должна была выйти Анна. Это не они придумали традиции почетных семей и это не их решение хоронить всякого, кто им не следует.

Но прежняя Илона Фет считала иначе. И с самого начала она демонстрировала свою позицию.

Несмотря на то, что Игорь старался быть хорошим мужем и всегда шел мне навстречу, я не могла этого оценить. С самого начала…

Мы разъехались по разным спальням из-за меня! Он стал спать с домработницей и из-за меня! Он начал желать моей смерти из-за меня! Своим поведением я убила его хорошее отношение и его надежду на лучшую жизнь.

Однако, он вытерпел, когда я обращалась с ним, как с каким-то уродом-насильником, но, когда я стала обращаться с нашими детьми также, как мои родители обращались со мной – он не выдержал. Он сдался. Он стал ненавидеть меня так же, как я ненавидела его.

Но, судя по тому, как он отреагировал утром и как реагирует сейчас, его надежды умерли не полностью.