Янина Ярс – Линии. Другая личность (страница 3)
– Дыши медленнее! – Сказал Марк.
Я старалась успокоиться, но шок и злость не позволяли мне этого сделать.
А что, если я не хотела такое вспоминать и именно поэтому память не проявилась самостоятельно? И зачем сотрудники заставили эти воспоминания вылезти? Для чего? Неужели, чтобы я продолжила деятельность Астры? Не дождутся!
Все, кто в тот момент, находился со мной в палате, знали, что творила Астра в своей второй жизни. Да вообще все сотрудники всех их центров знали об этом. И им до сих пор нужны были ее знания и ее бесчеловечность.
– Я не Астра! – закричала я. – И никогда не стану ей.
– Конечно, не Астра, – начал успокаивать Марк, пока все остальные подозрительно переглядывались. – Ты Агата! Все хорошо!
– Нет! Я никогда не стану заниматься тем, чем занималась она! Никогда! Лучше смерть!
– Успокойся. Тебе и не надо ничем таким заниматься! – Продолжал Марк. – Ты видела прошлое другого человека. Сейчас ее уже не существует. И ее проектов тоже.
Минут через двадцать я все же успокоилась. Но того доверия, которое раньше я испытывала к Центру, больше не было. Отношение к Астре тоже стало совсем другим. Я ненавидела ее.! Презирала за каждую мысль, которую заметила в ее голове! Она одна была намного хуже, чем все кураторы Первой Линии и интерната вместе взятые.
Многое снова стало непонятно.
В последние полгода, вспоминая ее первую жизнь. я все четче и четче чувствовала, как сильно она любила своих детей и пыталась их уберечь. Все обучения, которые для них проводились были лишь для того, чтобы обезопасить их от подозрений Лидерства. И, каждый раз, посылая их на обучение, она чувствовала сожаление и вину.
Я помнила, как завершая первую жизнь, она решила не заводить детей на Второй Линии, чтобы их не мучали! Так как же получилось, что она сама стала истязательницей? Как она лишилась сочувствия?
Я больше не хотела иметь ее память. И не хотела быть ее потомком.
Мне было отвратно даже думать о том, что еще предстоит сеанс фиксации, где я должна буду повторить все, что вспомнила. Даже не вспомнила, а прожила!!!
Если раньше я просто начинала знать что-то из ее жизни, как будто бы это случалось со мной, но очень давно, то сейчас у меня было ощущение, что все произошло, буквально, пару часов назад. И отойти от такого было невозможно.
Откуда они вообще взяли всех этих детей, которых Астра собиралась бросать в огонь?
Когда я была в ее сознании, я четко понимала, что это не второживцы, которые, когда-то сами дали согласие Центру. Это были те, кто жил впервые.
Но ведь Центру было категорически запрещено забирать таких детей! И Лидерства очень строго за этим следили. Только с пятнадцати лет первоживцу разрешалось дать согласие Центру. А у родителей, в принципе, никогда не было прав, делать такой выбор за своих детей. Так откуда были те несчастные? Может сотрудники Центра похищали их с Линий? Или с баз?
Мысли разрывали мою голову на части. Я была настолько разбита, что даже сотрудники Центра не стали ко мне приставать и перенесли сеанс по фиксации на следующий день.
Той ночью мне так и не удалось заснуть. И даже к утру меня не вырубило. Как только я закрывала глаза, перед ними сразу возникало заплаканное лицо той девочки и я начинала рыдать.
Утром, когда мне принесли завтрак, сотрудница даже испугалась моего вида. Еще бы! Лицо опухло от слез, глаза были красными, а под ними образовались огромные темные круги.
Она попыталась узнать, что произошло, но я не стала ей отвечать.
И завтракать не стала.
Вскоре пришел Марк.
– Ну что, как ты?
Ему я тоже не ответила. Просто стояла спиной и смотрела в окно.
– Мне передали, что после сеанса ты так ничего и не поела.
– Я не хочу есть!
– Но тебе придется. Иначе на фиксации тебе станет плохо.
– Я не пойду на фиксацию.
– К сожалению, у тебя нет выбора. – Вздохнул Марк. – Если не пойдешь сама, тебя отведут насильно. И привяжут. Ты этого хочешь?
– Все, чего я хочу – это забыть вчерашний придурошный сеанс.
– Ты должна взять себя в руки. – Спокойно сказал Марк. – Я обещаю, как только ты все вспомнишь, тебя переведут совсем в другое место и все закончиться.
– Ты хотел сказать отделение?
– Я так и сказал.
– Нет, ты сказал место…
– А отделение это разве не место?
– Да, но раньше ты всегда говорил отделение! Почему теперь сказал по-другому?
На самом деле я не собиралась придираться к этому слову. Все как-то само собой получилось.
– Видимо у тебя началась паранойя от недосыпа и недоедания. – Предположил Марк.
– И что теперь?
– Теперь ты поешь, а потом придешь на фиксацию.
– Нет!
Я не собиралась никуда идти.
Марк предупредил, что вернется через тридцать минут, и если я не съем то, что мне принесли он попросит ввести мне еду через иглу. А потом меня привяжут к кушетке и отвезут на фиксацию насильно.
Я ничего не съела!
Марк прислал медсестру, которая вставила иглу мне в руку и через нее стала вливаться какая-то жидкость из пакета. Но я не боялась. Теперь страшнее того, что я увидела в воспоминаниях, невозможно было представить.
Когда медсестра убедилась, что мы одни, она спросила.
– Ты в таком состоянии из-за этой бесчувственной твари?
Я не ожидала от нее такого вопроса, тем более в такой формулировке. Но это меня как будто взбодрило. Появилось ощущение, что она может меня понять.
– Да. – ответила я. – Ты тоже знаешь, что она делала?
– Все знают.
– И как вам всем с этим живется?
– Сама ответь! – Дерзнула медсестра.
– Знаешь… – Мне вдруг захотелось ей признаться, – Когда я была в этом кошмаре, в какой-то момент, мне показалось, что Астра задыхается. И я подумала, что мы обе умрем…
– И что случилось потом? – Заинтересованно спросила медсестра
– Я обрадовалась этому. Ведь если бы мы умерли, то она не смогла бы продолжить…
После этой фразы мы немного помолчали.
Она не подала виду, но мне показалось, что от моего ответа ей полегчало.
Вдруг в моих глазах стало все расплываться.
– Что-то мне не хорошо… – Еле произнесла я.
Медсестра что-то ответила, но я уже не слышала. Все выключилось.
Когда я открыла глаза, вокруг меня было много сотрудников-врачей. Они все что-то говорили, но их голоса были очень странными, как будто на них наложили эффект. Как в фильмах делали.
Позже, когда я окончательно пришла в себя, Марк рассказал, что медсестра пытались меня убить препаратом, потому что я потомок Астры. Оказалось, в Центре не все поддерживали то, чем она занималась, но всех, кто был против давно отстранили от дел.
На вопрос, откуда же тогда взялась эта медсестра, Марк ответил, что это и для них неожиданность. Но он заверил, что теперь все сотрудники подвергнуться строгой проверке и если у кого-то еще окажутся подобные намерения, их сразу же отстранят.