Янина Веселова – Самая лучшая жена (страница 23)

— А по-моему смешно, — с удовольствием оглядев мирно поедающего вареное яйцо Вала, не согласилась Мелита. — Золотушный бугаина, — рассмеялась она при полном попустительстве Рина.

— Лита! — тетушку невозможно было сбить с толку.

— Ну не могу я сейчас лечить, — развела руками белобрысая вредина.

— А как же Тилс? — Сагари решила докопаться до истины.

— Ну вы сравнили, — возмутились целительница. — Это ж ребенок чистый. Он же страдает. Да я просить буду, чтобы он разрешил себя вылечить.

— Ты и просила, — вспомнил вчерашний визит соседей Рин.

— И еще попрошу. Ты пойми, хороший мой, мальчику одиннадцать лет, а он мало того, что мне не верит, так еще и стесняется.

— А ты начни с Вала, — подзуживала Сагари.

Лита так пристально оценивающе посмотрела на запасного мужа, что тому стоило большого труда сохранить невозмутимость.

— Все, вот все пользуются моей добротой, — пожаловалась девушка. — Никаких яиц! — распорядилась она. — Отварная говядина, зеленые фрукты и овощи, ничего сладкого острого красного. Растирку я дам, и если все будет хорошо, то твоя золотуха пройдет дней за пять, — договорив, Лита потянулась за малиной которую и принялась поедать с завидным аппетитом.

— Другое дело, — обрадовалась тетушка. — Давно бы так. А рута у меня все же знатная уродилась!

— Рин, — удостоверившись, что юная супруга закрылась в лаборатории, Валмир подступил к брату, — нам надо поговорить.

— Говори, — Аэрин отвернулся от окна.

— Я домой заходил, — Вал опустился на табурет. — Там плач стоит, — он немного помолчал, давая младшему высказаться, но, так и не дождавшись никакой реакции, продолжил. — Отец мать воспитывал, так увлекся, что глаз ей подбил. Как думаешь, Лита ей притирку какую-никакую даст?

— Сомневаюсь, — хмыкнул Рин.

— Вот и я сомневаюсь, — признал старший и снова замолчал, досадуя про себя, что беседа не клеится. — Ирати плачет, — предпринял он еще одну попытку оживить разговор.

— Чего так? Отец подарков ее лишил?

— Лишил, а еще семья Линаса хочет отложить свадьбу.

— Ноги ему вырвать, — вскинулся Рин.

— Это само собой, — согласился Вал. — Правда сестренке легче не станет, но самое неприятное в том, что она во всем винит Литу…

— Ну конечно! — Аэрин подхватился на ноги. — А ты чего?

— Я с Ирати поговорил, да где там… Она и слышать ничего сейчас не хочет. Сам понимаешь.

— Понимаю. Она ведь не одна плачет, а с подругой.

— Да, — вздохнул старшенький, — с Маритой… Надо будет виру ей выплатить, чтоб значит по-человечески разойтись…

— Вал, — Рин требовательно посмотрел на брата, — отступись от Литы, — и, не давая ответить, напомнил. — Я ведь отступился от Мариты.

— Ты не понимаешь, — опустил голову Валмир. — Мелита — та самая… Предсказанная…

— Она. Моя. Жена. И ты ее не получишь, довольно и того, что я отдал тебе свою любимую!

— Так иди утешь ее! — не остался в долгу Валмир. — В чем ты меня винишь? — он прямо посмотрел на сжимающего кулаки брата. — Марита тогда сама выбирала.

— Марита выбирала тогда, а я выбрал сейчас! Лита моя!

— Наша! — Вал сунул под нос разошедшемуся братцу брачный браслет. — Наша, — тише повторил он. — И с этим уже ничего не поделать. Вспомни бабку.

— Посмотрим, — набычился Рин.

— Увидим, — согласился Вал. — Но поговорить я хотел о другом. Утром я случайно услышал ваш разговор о скальных львах.

— Так уж и случайно? — не поверил Аэрин.

— Не важно, — миролюбиво сказал старшенький. — Как ты думаешь, лев обязательно должен быть диким?

— Не знаю, — растерял всю воинственность Рин и с уважением глянул на брата. — Ты имеешь в виду княжеского котика?

— Его самого. Надо бы тебе с Нэлем повидаться, пусть княжич узнает что нужно сделать, чтобы причесать любимого львенка его матушки, — Вал невольно передернулся, вспомнив габариты котейки.

— Не заходил еще Данэль. Видно занят…

— Стало быть появится скоро. Подождем пару дней, а если не выгорит так, я попробую подобраться к княжьему любимцу своими тропками.

— По рукам, — согласился Рин.

— И еще, — Валмир успокоился что все острые темы остались позади, — там отец гостинцы прислал.

— Вот скажи мне, племяшка, — Сагари заглянула в котел, в котором допревало бурое варево, вскипающее редкими крупными пузырями и распространяющее запах свежескошенной травы на всю лабораторию, — почему так получается, в Адане и Сардаре готовят вроде по одним рецептам зелья, а действия у них разные?

— Не то чтобы разные, — Лита оторвалась, отвлекаясь от своих записей, — наши сильнее, причем во много раз. Это из-за благословения Саннивы. Да и отличия в рецептуре имеются. И…

— Подарки от свекра и супругов примешь? — резко сменила тему разговора Сагари, прекрасно разбирающаяся в отличиях лекарских школ пограничных княжеств.

— Погожу пока, — Мелита снова уткнулась в тетрадку. — Пусть Рин сначала поправится.

— Может тебе в храм сходить? Гадальная неделя начинается.

— Боязно, — призналась Лита.

— Так-то оно так, а только держать мужиков в раскоряку тоже неправильно. Они тебе мужья божьей милостью.

— У алтаря я клялась только Рину, — Лита исподлобья поглядела на призрачную родственницу.

— Так что ты там говорила про Тилса? — мудро сменила тему разговора Сагари.

— Перелом у него неправильно сросшийся, — тут же откликнулась Мелита. — Застарелый. Неужели нельзя было нормально кости сложить?

— Ты не путаешь, милая? — посерьезнела тетушка. — Он ведь от рождения хроменький.

— От рождения говорите? А мать когда померла? — задумалась аданка.

— В родах. Не выдержала голубка.

— Не выдержала… — задумчиво повторила Лита. — Я конечно могу ошибаться, но пока что складывается вот какая картина. Видно Тилс шел ножками, хотя там всякое могло быть… Повитуха попалась смелая, но не слишком опытная. Она решилась сделать поворот за ножку… Мальчишечка выжил, отделавшись переломом бедренной кости, а мать истекла кровью… Да… Похоже, что от визита в храм мне не отвертеться…

— А в храм-то зачем? — растерялась Сагари. — Нет, я конечно не против. Да что там, я сама тебя отправляла в обитель, но вот ход твоих мыслей, племяшка… В общем удивила ты меня.

— Надо же, — развеселилась Лита. — Вот вам и еще одно отличие в методах лечения. Мне нужно будет благословение Саннивы.

— А Мать снизойдет к тебе после бегства? — уточнила ничегошеньки не понимающая Сагари.

— А причем тут это? — удивилась аданка. — Мать есть мать. Она всегда простит, пожалеет и силы даст. А мне силы ох как понадобятся. Уговаривать болезнь придется, не ломать же мальцу кость по-новой.

— Детка, поправь меня если что, — тетушка решила как следует разобраться в запутанных отношениях своей новой родственницы с божественным семейством. — Саннива отметила тебя как невесту покойного княжича.

— Да, — серьезно кивнула девушка.

— Ты воспротивилась этому и признала главенство Отцов.

— Верно.

— Потом сбежала с погребальной ладьи прямо замуж за моего племянника.

— Ага, — в серых глазах плясали смешинки.

— А теперь пойдешь просить помощи у Великой?