Янина Логвин – Небо выше облаков (страница 25)
– Значит, не так уж ты меня хорошо знаешь, Андрей, как думаешь. Вот и я о том же: ни к чему. Однажды ты сказал, что у тебя никогда не будет для души, а сам хочешь запутаться в сказке, которую я придумала. Не заставляй меня выглядеть глупо, пожалуйста, и в душу не лезь. У меня ужасный характер и странные представления о семье. Я и так очень стараюсь помнить, что твоя жизнь и время мне не принадлежат. И ничего не испортить.
– Ты о чем?
Я не сразу признаюсь: тема неприятная. Не стоило говорить, и я понимаю, что совершаю ошибку, но женское в себе так сложно подавить, особенно когда чужие упреки накладываются на свои собственные.
– Вчера приходила Рита, твоя медсестра. Темноволосая девушка – часть твоей работы.
– Что… что она хотела? – судя по выражению лица Андрея, новость его изумила.
– Ничего. Я предложила ей чай, но она отказалась. Я так и не поняла суть ее претензий. Похоже, она из жалости решила мне сообщить, какой ты у меня любвеобильный муж, и что я совершила большую ошибку. Оказывается, секс после тяжелого дня операций для тебя – обычное дело, об этом знает едва ли не каждая аспирантка в отделении. Так что в прошлый раз я тебе просто вовремя подвернулась, а ты говоришь о договоре…
– Света… черт! Я клянусь, что не знал! – Андрей запускает пальцы в свои густые волосы. Встает, на этот раз пряча руки в карманы брюк. Привычка, чтобы от чего-то сдержать себя.
– Послушай, Шибуев, я тебя не виню. Я просто настолько в тебе нуждаюсь, что не могу допустить ошибку, понимаешь? Не нужно оправдываться, просто оставь мне право решать самой, как жить, и лучше расскажи, как дела с Андрюшкой?
Какое-то время мы молчим, но потом Андрей рассказывает. И то, что я слышу, радует мое сердце. Нам осталось оформить усыновление, и тогда можно будет спокойно сделать операцию – ему кажется, что мальчик уже спокойнее воспринимает его общество.
– Все будет хорошо, Света. Я обещаю, что следующим летом Андрюшка уже будет гонять в футбол. А еще через год вообще обо всем забудет.
– Зачем ты признался на работе, что женился? Теперь пересудов не избежать.
На лицо Андрея на секунду возвращается улыбка.
– Ты удивишься. Но наверное потому, что чувствую тебя своей женой.
Удивляться больше не хочется, Андрей вновь сидит рядом, и я, повернувшись на бок, несильно пихаю его кулаком в бедро. В ответ на тоскливый взгляд черных глаз тоже не могу сдержать улыбку.
– Ох, Шибуев. Иди уже на кухню, муж, поешь что-нибудь! Зря я, что ли, готовила для тебя.
Через некоторое время он возвращается и снова склоняется надо мной, пробуя лоб.
– Светка, я сегодня останусь. Или здесь, или за дверью, но тебя не брошу. Твое самочувствие мне не нравится.
Я только отмахиваюсь. Андрей такой же упрямый, как я. А еще… не хочу сейчас оставаться одна.
– Оставайся, только помни о моем самочув-ствии, если вздумаешь забраться под одеяло. И о моей тяжелой руке.
Он помнит и не уходит. Когда я просыпаюсь, Андрея уже нет в квартире, но подушка и одеяло рядом примяты, и я понимаю, почему так безмятежно спала.
Окно задернуто шторами, дверь прикрыта, и вокруг так тихо, что снова хочется сомкнуть глаза. Однако день начался, солнце давно взошло и пробивается тонкими лучиками из-за портьер на стены и пол. Я совершенно точно выспалась и чувствую себя хорошо.
Чувствую, пока лежу. Но стоит мне встать и дойти до ванной комнаты, как на лбу выступает испарина, желудок сжимается в узел, а рот наполняется обильной слюной…
Да что же это такое? Опять!
Ничего не прошло и не исчезло. Слабость снова здесь, и тошнота этим утром впервые заставляет меня вывернуться наизнанку.
Проходит целый час, прежде чем я спускаюсь к машине, нахожу в салоне «ниссана» забытый телефон и звоню на работу, чтобы взять выходной. Ничего не сообщая родителям, решаюсь узнать причину болезни и еду в известную в городе клинику, в которой лечится моя семья.
Я никогда особо не жаловалась на здоровье, не страдала отсутствием аппетита или сна, вот и сейчас мне нечего сказать врачу, листающему мою старую карточку – только сослаться на странную слабость, обморок и пульсацию в висках, которая не прекращается.
Меня осматривают, предлагают сдать анализы тут же, в лаборатории их клиники, и пока есть время – полтора часа на получение результата биохимии крови – отправляют на прием к гинекологу.
Эта женщина знает меня, когда-то я была у нее частым гостем – после ссоры с Феликсом. Все надеялась на ошибочный диагноз и чудо современной медицины. Она внимательно выслушивает меня, заполняет журнал приема и карточку, и спрашивает о менструальном цикле. Предлагает пройти на кресло, надевает перчатки и производит обычный осмотр.
– Вы сказали, Светлана, что месячные были три недели назад?
– Да, где-то так. Я не веду точный календарь.
– Насколько обильные?
– Не очень. Скорее скудные, но это не впервые. Такое уже случалось после гормональной терапии.
– Болезненные ощущения?
– Нет, никаких.
Я жду еще вопросов, но врач почти сразу же просит меня пройти в соседний кабинет для ультразвукового обследования, и здесь уже смотрит внимательно и долго.
А может, мне только кажется, что долго, потому что женщина водит и водит эхолокатором внизу живота, всматривается в монитор, в то время как я смотрю в экран перед собой, который висит вверху на стене, где серое зернистое поле меняется, но ни о чем мне не говорит.
– Скажите, это что-то серьезное? – не выдерживаю. – Только не молчите. Я хочу знать правду!
– Думаю, можно и так сказать, – задумчиво отвечает врач. – Даже наверняка можно. Светлана, вы не возражаете, если я приглашу мою коллегу вас посмотреть? – поднимается, оставляя меня. – Уж очень случай нетипичный. А в моей практике и вовсе исключительный!
– Что случилось?
– Да вы не волнуйтесь, Светочка, – внезапно улыбается женщина. – Сейчас все узнаете!
Она выходит, а у меня от напряжения дрожат руки, которыми я впилась в кушетку, и потеют ступни. Спина натягивается, дыхания не хватает, и я чувствую в груди нарастающий пульс истерики.
Господи, что происходит? Что со мной происходит? Я же всегда держала себя в руках, так почему сейчас раскисла? Я смогу, я справлюсь, о чем бы ни узнала. Справлюсь, ради Андрюшки! Обещаю!
– Здравствуйте! Ну, и где тут у нас исключительный случай?
Я поворачиваю голову и обмираю, узнав голос.
Нет, это не просто коллега. Во-первых, в кабинет входит врач при регалиях, на прием к которой попасть невозможно – я слышала, что она преподает.
А во-вторых, это мать Шибуева.
Когда-то я не хотела, чтобы она узнала о моей проблеме, обращалась к кому угодно, но только не к ней. И вот попалась.
Красивая женщина в возрасте – кареглазая и темноволосая, она почти не изменилась. Вошла так же спокойно и уверенно, словно к себе на кухню, в которой мы с ее сыном и с Рыжим когда-то сожгли чайник – кажется, это было в четвертом классе.
Мы не виделись десять лет, но, конечно же, мать Андрея сразу меня узнает. Еще бы, мы столько лет с Шибуевым пропадали в одной компании!
– Здравствуйте, Валерия Аркадьевна.
– Светочка! Неужели ты? – удивляется женщина. – Вот так встреча!
– Да уж. И не говорите.
Я не знаю, что сказать, мне не до улыбок, и мать Шибуева обращается к моему врачу:
– Елена Алексеевна, дайте-ка мне для начала карточку девушки – мы с ней давно знакомы. Хочу посмотреть результаты ранних обследований Светланы.
После чего, изучив бумаги, садится за монитор.
– Ну что ж, а теперь давай посмотрим, чем ты нас собралась удивить…
Как же долго тянется минута, а за ней другая. Но, видимо, мне все-таки удается ее удивить, потому что она спрашивает:
– Света, скажи, ты замужем? Или есть молодой человек?
Господи, такой простой вопрос. Плевый даже, а у меня душа уходит в пятки, и язык словно прирастает к нёбу.
Не замужем. Я свободна, как ветер!
И вообще, Андрей ведь не рассказал родителям о нашей фиктивной договоренности?..
Да нет, конечно же, не рассказал. Иначе бы его мать мне сейчас не задавала этот вопрос.
Но соврать не получается, и от этого особенно стыдно.
– Я замужем.
– Чудесно! И как часто ты ведешь с мужем половую жизнь?