Янина Корбут – Елена Прекрасная и город на крови (страница 4)

– Как тебя отец отпустил? – спросил я у Полины, придвигаясь к ней ближе. Мы чокнулись бокалами.

– Отец не знает, он на конференцию уехал, а от тётки я сбежала. Летом на даче удобно: сделала вид, что хочу лечь пораньше, и вылезла через окно. Меня, кстати, Вовка подвёз.

– Вовка?

– Ага, я ему позвонила.

– Когда успел, чертила? Говорил же, будет шкаф чинить.

– Ну, сделал перерыв, подумаешь…

– А назад как?

– Отец Андрея организует такси, так что всё норм. Не волнуйся за меня.

– Если что, обращайся, провожу. Обещаю, приставать не буду, – осторожно погладив её по плечу, пообещал я.

Полина гордо вздёрнула подбородок, давая понять, что спасать её вовсе не обязательно.

– От тебя, Царёв, другого и не ожидала. Хотя, может, я бы не возражала. Раньше.

– Поль…

– Ладно, проехали.

Тут между нами вклинился именинник, давно пускавший слюни по Полине, и увлёк её на танцпол. Думаю, она всё ещё дулась на то, что я променял её на Лену, и теперь пыталась вызвать мою ревность, пластично извиваясь в объятиях Андрюхи. На Полине было такое облегающее платье, что его можно было принять за вторую кожу. Андрюха разве что язык на плечо не высовывал от удовольствия, без зазрения совести пожирал глазами эффектные Полинины формы и периодически восклицал:

– Офигеть, детка… Ну ты и штучка!

Я сидел дурак дураком. Самая красивая девчонка на танцполе могла бы быть моей, но я сам отказался от неё. Да и Сафронов отнёсся бы к нашим отношениям плохо. А я сам? После того, что узнал о нём… Конечно, дети за отцов не в ответе, но я имел все основания подозревать, что Сафронов каким-то образом виноват в смерти моих родителей. Именно он, как оказалось, был за рулём в ту злополучную ночь. А когда я потребовал объяснений, Павел Сергеевич заявил, что правда слишком страшна и мне лучше её не знать. Лично я склонен был думать, что он просто прикрывал свою задницу. Да, я злился на Сафронова и не хотел контактировать. По крайней мере, ближайшее время, пока не смогу найти в себе силы поговорить с ним как мужчина с мужчиной.

Оставив эти невесёлые мысли, я облокотился спиной о барную стойку, наблюдая за хаотичным перемещением лиц и тел. Я начал развлекать себя, сочиняя истории о случайных встречных. Вот эта безумная парочка поженится и станет размножаться в однушке. Потасканная девица в леопардовом платье встретит принца, и он увезёт её в столицу. Вот этот откуда взялся? Сразу видно, что залётный пассажир, менеджер среднего звена. Явно пропивает зарплату, галстук висит сбоку печальной запятой, лицо красное и злое. Может, уволили? Не волнуйся, друг, в следующем месяце тебя позовут на руководящую должность в газовую компанию. На крайний случай пойдёшь работать санитаром морга, как я.

Познакомиться, что ли, с какой-нибудь девчонкой? Блин, придётся что-то рассказывать о себе. Девчонки страсть какие любопытные, так что войти в образ немногословного мужчины не выйдет. Я работаю в морге – отличное начало для разговора на свидании или молодёжной вечеринке. Первым делом видишь удивлённые глаза, а потом начинается куча вопросов. Люди думают, что это таинственно и опасно, приправлено мистикой и мрачными коридорами, а на деле…

Вдруг я обратил внимание на то, что толпа возле барной стойки расступилась и возле меня материализовалась девушка. Высокая, рыжие волосы, красная помада, зелёное платье в обтяжку. Мир вокруг неё мгновенно поблёк, растворившись в сиянии её красок. Я бы назвал незнакомку привлекательной, не такой смазливой, как Полина, и, конечно, не такой классической красавицей, как Лена, но очень даже в моём вкусе.

– Хочу коктейль, только какой-нибудь необычный, – бросила она мне, оглядываясь по сторонам.

– Тогда посоветую «Ленивую Мэри», – пряча усмешку, предложил я. Девушка удивлённо заморгала:

– Это как?

– Выпиваешь водку и закусываешь помидором.

– Я водку вообще не пью, – фыркнула рыжая. – Ни в каком виде. Мне что-то лёгкое, с шампанским.

– А лет тебе сколько?

– Восемнадцать уже есть, – огрызнулась она.

– В принципе, пофиг. Я не бармен, – мне надоело дурачить девчонку, да и бармен уже продирался сквозь ревущую толпу к стойке.

– Чего тогда пристал? – огрызнулась девица. Мне снова показалось, что она на взводе.

– Это я? Вообще-то, ты ко мне первая обратилась.

– Ну, ты стоишь тут один, не танцуешь. Что я могла подумать? Чёрт, где его носит?

– Куда-то спешишь? – невинно уточнил я, приглядываясь.

Почти сразу возле меня появилась Полина, выхватила свой пиджачок и метнула в меня испепеляющий взгляд. Заметив это, рыжая усмехнулась.

Диджей в этот момент сводил какие-то безумно несочетающиеся между собой мелодии, толпа ревела, демонстрируя всеобщий восторг. Девушка поморщилась и заглянула в сумочку, после чего досадливо фыркнула.

– Сигаретой хоть угостишь, не-бармен?

– Пошли, – кивнул я, начиная протискиваться через потные колышущиеся тела. – Тебя как зовут?

– Аня.

Заметив, что девушка боится толпы, я взял её за руку и уверенно повёл к двери. Оттуда мы поднялись по железной винтовой лестнице на небольшой балкон, где стояло штук пять столиков-бочек. Знающие ценили это место за возможность выйти на воздух, не выходя на улицу. Я открыл неприметную дверцу в стене, мы поднялись ещё на пару ступенек и оказались под открытым небом.

Крыша. Над нами нависло чернильное небо, разорванное в клочья свинцовыми тучами, сквозь которые мерцали редкие дрожащие звёзды. Здесь было так свежо и тихо после того дурдома, что творился внизу. Мы синхронно глубоко вдохнули ночной разрежённый воздух. Чуть вдали сидела ещё одна парочка, настолько занятая друг другом, что можно было из пушки стрелять – не заметят. Я услышал, как парень пьяно бахвалится перед девчонкой, обещая ради неё набить морду любому в зале. Как по мне, романтика так себе. Вероятно, так думал не только я, его спутница заливисто хохотала.

Аня закурила и выдохнула дым сквозь зубы так, словно из проколотого воздушного шарика вышел воздух.

– Как романтично. Хотела бы я, чтобы из-за меня кто-нибудь рисковал жизнью.

Я шагнул к ней и вполголоса произнёс:

– Если нужна будет помощь, обращайся.

– А эта блондиночка, что чуть меня взглядом не прожгла, не будет возражать?

К этому времени язык мой достаточно развязался, и я вкратце рассказал новой знакомой о хитросплетениях наших с Полей отношений.

– В самом аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую отвергли, – продекламировала Аня, а я присвистнул:

– Откуда такие познания?

– Я же на актрису поступила, правда, не с первого раза.

– А с какого?

– В прошлом году провалилась, всё это время подрабатывала. А теперь вот буду учиться. Сейчас надо уехать к себе в Рыбинск, а к сентябрю вернусь.

Мы вернулись в зал, разговор как-то не клеился. Взгляды, которые Аня бросала на входящих, давали понять, что она кого-то ждёт. На мой вопрос, назначена ли у неё с кем-то встреча, она неопределённо помотала головой. Пару раз я отходил к друзьям, но постепенно наша компания распалась: кто-то свалил, кто-то мотался на танцполе, одна девчонка вообще спала на стуле, уткнувшись лицом в сгиб локтя. Я тоже решил, что пора ехать домой.

– Проводить тебя до такси? – предложил я Ане.

– А ты что, уезжаешь?

– Надоело. Музыка не очень, да и настроения тусоваться что-то нет.

Пока мы пробирались к выходу, ко мне кинулся пьяненький Андрюха:

– Сваливаешь?

Следом подбежала наша староста Таня:

– Иван Царевич, куда так рано? А, понятно, – хихикнула она, заметив за моей спиной Аню. И уже серьёзно добавила: – Девушка, вы его берегите. Он у нас парень знаменитый.

Я фыркнул.

– Да! Не отпирайся! Не про каждого в газетах пишут! – горячо поддержал её Андрюха.

– Дураки вы, друзья мои! – я сделал Тане знак молчать, а Андрюху похлопал по плечу. – Много не пей. А то до второго курса не доживёшь. И Полину домой подвези.

Пока мы шли до стоянки такси, пришлось рассказать заинтригованной Ане про наше весеннее расследование. В конце я даже спросил, неужели она ничего из этого не слышала в новостях.

Аня как-то странно посмотрела на меня и пробормотала:

– Конечно, слышала. И читала. Я просто не знала, что это ты…

В такси Аня сидела тихо, думала о чём-то своём, но потом всё-таки спросила:

– И как тебе удалось…