Янина Кире – Архив снов (страница 3)
Сектор «Эхо-7» находился в карантинной зоне. Здесь было пусто. Не было привычного гула систем жизнеобеспечения — только звенящая, давящая тишина. Кайла вышла из лифта на небольшую смотровую площадку.
И увидела его.
Капсула 408-Б висела в центре зала, окружённая пульсирующим красным силовым полем. Это была та самая модель «Стигма», массивная и бронированная. Но сейчас она выглядела иначе. Поверхность капсулы не просто светилась — она шла волнами, словно стекло пыталось расплавиться и стечь на пол. От неё исходило едва заметное марево, искажающее воздух вокруг.
А внутри... внутри было нечто невообразимое.
Вместо одного спящего Хранителя там находилось два сознания. Одно — то самое, с чёрной паутиной вен на лице, которое Кайла видела днём. Оно билось о стенки капсулы изнутри, его рот был раскрыт в беззвучном крике, а чёрные глаза горели нечеловеческой яростью.
Второе сознание было... другим. Оно не билось в панике. Оно было спокойным и ярким, словно сгусток чистого света или застывший фрагмент солнечного дня. И Кайла знала этот свет.
Это был Райан.
Его образ внутри капсулы был полупрозрачным, сотканным из золотистого сияния. Он не пытался вырваться или разрушить капсулу физически. Он просто... обволакивал тёмную сущность Хранителя, пытаясь сдержать её, успокоить бушующий внутри сон.
Кайла прижала ладонь к силовому полю. Оно обожгло холодом даже сквозь перчатку.
— Райан! — прошептала она.
Полупрозрачная фигура внутри дрогнула и повернула голову. Его глаза — те самые, цвета тёмного янтаря — нашли её через толщу стекла и силового поля.
«Кайла», — его голос прозвучал не в ушах, а прямо у неё в голове. Тихий, но ясный.
— Что происходит? Как ты там оказался? Что это за тварь?
«Это не тварь», — мысленный ответ Райана был окрашен усталостью и болью. «Это Хранитель по имени Сайлас. Он... он нашёл меня во сне. Я не должен был быть здесь физически, но его разум... он сломан. Он стал проводником».
— Проводником для чего?
«Для правды», — образ Райана внутри капсулы напрягся, сжимая объятия вокруг тёмной фигуры Хранителя Сайласа. Тот забился ещё сильнее, из его рта начала сочиться чёрная вязкая жидкость, похожая на нефть. «Архив хранит не просто сны. Он хранит ложь. Они стирают из реальности людей, события... целые эпохи. Они создают для нас уютный мир-тюрьму».
Внезапно по всему сектору «Эхо-7» разлился пронзительный вой сирены. ВНИМАНИЕ! АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА "ЭКСТЕРМИНАТУС"! ВСЕМУ ПЕРСОНАЛУ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ СЕКТОР! ОТСЧЁТ ДО СТЕРИЛИЗАЦИИ: 60 СЕКУНД... 59...
На планшете Кайлы замигало красным: «Обнаружено несанкционированное присутствие!».
— Райан! Они собираются уничтожить капсулу! Тебя вместе с ним!
«Я знаю», — его светлый образ начал тускнеть, истончаться от напряжения борьбы с тёмной сущностью внутри. «Я должен был передать это сообщение кому-то извне. Ты... ты единственная смогла услышать».
— Я вытащу тебя! «Нет времени! Если ты останешься... ты погибнешь или станешь такой же, как он», — Райан посмотрел на неё с невыразимой тоской. «Найди Архивариуса Вордена в секторе "Альфа". Он знает правду о стирании».
— Райан!
«Прости меня», — прошептал голос в её голове за секунду до того, как таймер досчитал до нуля.
Вокруг капсулы 408-Б активировались боевые турели, направив стволы прямо на стеклянную тюрьму. Из их дул вырвалось ослепительное белое пламя плазменного разряда.
Кайла действовала инстинктивно. Она не могла спасти Райана — это было за гранью её возможностей. Но она могла спасти информацию. Она активировала на планшете режим экстренного копирования данных с капсулы и бросилась к аварийному выходу.
Взрывная волна догнала её уже в коридоре, швырнув на металлический пол и выбив из лёгких весь воздух. За спиной раздался оглушительный грохот и скрежет разрываемого металла.
Она обернулась через плечо. Там, где только что висела капсула 408-Б, теперь была лишь оплавленная дыра в полу и медленно оседающее облако серебристого пара — всё, что осталось от Сомниума и двух сознаний внутри.
Данные на планшате были повреждены на 90%, но один файл уцелел. Фрагмент памяти Хранителя Сайласа перед самой смертью. Всего одно изображение: старое фото мужчины и женщины у озера под настоящим солнцем.
Кайла поднялась на ноги, пошатываясь от контузии и шока. В ушах всё ещё звучал голос Райана: «Найди Архивариуса Вордена».
Она посмотрела на свой планшет, затем вверх — туда, где над карантинной зоной начинался сияющий чистотой сектор «Альфа». Её жизнь только что разделилась на «до» и «после». Она больше не была просто механиком с даром подглядывать в чужие сны.
Она стала врагом системы.
Глава 4. Цена правды
Кайла выбралась из недр Архива за три минуты до того, как система безопасности полностью заблокировала все уровни. Она чувствовала себя так, будто её пропустили через промышленный измельчитель. Болела ушибленная при падении спина, в ушах всё ещё стоял звон от сирен и взрыва, а в голове эхом отдавался последний мысленный крик Райана.
Она вернулась в свою квартиру на автопилоте. Механически приняла душ, смывая с себя запах озона и гари, переоделась в чистую одежду. Но вода не могла смыть то, что она увидела. Образ Райана, сотканного из света и запертого в капсуле с заражённым Хранителем, намертво врезался в память.
Она села на край кровати, сжимая в руках планшет. Уцелевший фрагмент данных — та самая фотография мужчины и женщины у озера — казался издевательством. Какое дело системе до их счастья? Какое дело ей, Кайле Веге, до людей, стёртых из реальности? Но она знала ответ. Райан отдал за это знание всё. Он буквально сгорел, чтобы передать ей эту зацепку.
«Найди Архивариуса Вордена».
Это было безумием. Ворден был не просто Хранителем. Он был легендой Архива — главой всей службы, фигурой почти мифической. Говорили, что он лично курирует самые опасные сны и принимает решения о «стирании». Попасть к нему на аудиенцию было сложнее, чем получить пропуск в закрытый сектор правительства. А уж проникнуть к нему тайно...
Кайла открыла уцелевшую часть лога капсулы 408-Б. Там было ещё кое-что: координаты места, где была сделана фотография. Озеро «Серенити». Она ввела название в поисковую строку городской сети.
Результат: «Объект не найден».
Она попробовала ещё раз, используя старые карты. Результат: «Объект не найден».
Это было то самое «стирание», о котором говорил Райан. Место существовало в памяти мёртвого Хранителя и на куске цифрового кода в её планшете, но для всего остального мира его никогда не было.
Кайла встала и начала ходить по комнате. Ей нужно было действовать. Сидеть и рефлексировать — значит ждать, пока агенты службы внутренней безопасности постучат в её дверь. Если Райан был прав, то её визит в Архив уже зафиксирован. Её маскировка продержалась недолго.
Ей нужен был план. И ей нужна была помощь.
Единственный человек, которому она могла бы довериться в этом безумии, был Рико. Он видел ту чёрную паутину на лице Хранителя. Он знал, что это не просто поломка оборудования. Но Рико был прагматиком до мозга костей. Он скажет ей выбросить это из головы и жить дальше, чтобы не разделить судьбу капсулы 408-Б.
«Нет», — решила Кайла. Она пойдёт к Вордену одна.
На следующее утро она не пошла на работу в «Секонд Скрин». Вместо этого она потратила половину своих сбережений на покупку подержанного гражданского аэроскейта — быстрой и манёвренной доски для передвижения по верхним уровням города. Это была безумная трата денег, но скорость сейчас была важнее всего.
Сектор «Альфа» сиял над остальным городом как недостижимый хрустальный замок. Здесь не было смога нижних уровней, здесь росли настоящие деревья в парках под куполами, а воздух пах озоном после дождя и дорогим парфюмом. Кайла поднялась на смотровую площадку общественного небоскрёба «Обелиск», откуда открывался вид на центральную башню Архива.
Она не могла просто зайти в парадный вход. Её биометрия была под наблюдением. Ей нужен был другой путь. Её взгляд упал на служебные платформы, которые скользили вдоль фасада башни, доставляя оборудование к техническим люкам на верхних этажах.
План был самоубийственным, но другого не было.
Дождавшись момента, когда ближайшая платформа опустилась ниже уровня парапета для разгрузки ящиков с маркировкой «Хрупкое», Кайла активировала аэроскейт и бесшумно приземлилась на её крышу. Она легла плашмя, распластавшись на холодном металле и молясь всем богам техногенного мира, чтобы её вес не превысил лимит грузоподъёмности.
Платформа плавно пошла вверх.
Ветер свистел в ушах, пока они поднимались всё выше и выше, минуя этажи с панорамными окнами офисов и элитных апартаментов. Кайла считала этажи. Пятьдесят... семьдесят... сто... Башня Архива была одним из самых высоких зданий в Нексус-17.
Когда платформа замедлила ход у технического шлюза на сто пятнадцатом этаже, Кайла приготовилась. Как только борт платформы опустился до уровня пола разгрузочного дока, она рывком перекатилась через край и нырнула в узкий технический коридор за секунду до того, как платформа снова начала движение вниз.
Она оказалась в служебной зоне. Здесь пахло пылью и старой проводкой. Вокруг не было ни души — элита Архива не пачкала руки о технические коммуникации. Кайла достала планшет. Она взломала внутреннюю сеть здания через открытый порт обслуживания и вывела на экран схему этажа.