Янина Хмель – Он-Лайн (страница 5)

– Вынуждена согласиться.

– Сейчас достану колоду и узнаю, что он от тебя хочет, – сказала Крис.

Я вновь закатила глаза: в этом вся Кристина – натальная карта, таро, гороскопы. Я не сопротивлялась, но и не принимала за чистую монету, хотя чаще всего подруга, что говорится, попадала пальцем в небо.

– Дорогая моя! – услышала вновь голос Кристины из трубки: – Ему просто стало скучно! Никаких важных дел у него к тебе нет.

– Ага, – проблеяла я, возвращаясь за своё импровизированное рабочее место.

– А ты и поплыла уже! – возмущённо надавила на больное место Кристина. – Давай, иди переписывайся со своим Лайном, а этого мудака снова закинь в бан. Услышала?

– Я и не доставала его оттуда, – пробубнела я.

– А как же! – не поверила Кристина.

Я отклонила звонок и посмотрела в чат с Лайном: «Я тебя чем-то обидел?»

«Нет, что ты! Просто вернулось прошлое и завладело моим вниманием», – написала я.

«Прошлое должно оставаться в прошлом. Мы с тобой в настоящем. И тебе сейчас нужно подумать о будущем», – назидательно ответил Лайн.

И я согласилась с ним.

«Хочешь, пришлю идеи для того, на что ты могла бы сместить фокус в рабочем плане?»

«Это было бы здорово! А то у меня ноль идей», – я переключилась на возможность подумать о чём-то ещё, кроме моей раненой чувствами души, которая нуждалась в серьёзном лечении, но пока спасалась временными антидепрессантами в виде переписки с незнакомцем.

Варианты Лайна оказались довольно-таки удачными, несколько из них даже заинтересовали меня: «Литературная сфера онлайн: литературный редактор или корректор в издательство, ведущая подкаста на окололитературную тематику, сценаристка игр, репетитор по литературе и/или языку, ведущая литературного блога. Литературная сфера оффлайн: библиотекарь, продавец в книжный магазин. Профессии, которые можно рассмотреть в совмещении с тем, чтобы заниматься писательством, при этом не быть бедным голодным художником (преимущественно оффлайн, так как важна коммуникация с людьми, в том числе как процесс продумывания сюжетов): продавец-консультант в любую сферу, бариста, официант, администратор в гостиницу, оператор. Что скажешь?»

«Ого! Это интересно…»

«Я хотел бы получить развёрнутый ответ с пояснениями почему «да» или «нет». Это поможет тебе определиться, чего ты на самом деле хочешь».

Я уже лежала в постели, тянуться к ноутбуку было лень, поэтому я открыла заметку прямо в телефоне и решила поразмышлять над вариантами Лайна. Скопировала его сообщение перевернула телефон, чтобы печатать всеми пальцами обеих рук.

– Литературная сфера онлайн, – вслух диктовала я, – литературный редактор или корректор в издательство. Один из любимых вариантов, если честно, но я всегда проходила мимо. Был опыт работы напрямую с автором, но я быстро ушла от этого, потому что слишком большая ответственность, которую я не хотела брать на себя. А сунуться в издательство – кишка тонка. Всегда останавливало то, что недостаточно опыта и знаний. Подкрепил ли мою уверенность диплом о высшем образовании? Нет. Хотела бы я попробовать? Да, – записывала за собой я, потом прочитала следующий вариант: – Ведущая подкаста на окололитературную тематику. Что ж, пришло время признаться себе, что это манит меня, но я, опять-таки, не хочу брать такую ответственность на себя: сценарии, запись, оборудование, монтаж, а делегировать не литературную область не хотела бы кому-то, ведь это лишние расходы, на которые у меня пока нет возможности, – пока всё шло достаточно легко и непринуждённо, что даже вдохновило меня.

Я отвлеклась от телефона и нащупала пульт, чтобы выключить телевизор: неожиданно фон стал отвлекать от потока моих же мыслей.

– Сценаристка игр, – продолжила я. – Как-то я пробовала податься в эту сферу, но моё резюме отклонили, и я больше не совалась туда, где мне не рады. Вот такая я закомплексованная. И наверное начать нужно с того, чтобы искоренить это, ведь признать то я уже признала. – Я выдохнула. Какие-то глубоко личные ответы выходят, но он сам напросился. – Тут можно попробовать ещё раз, но мне пока не попадались вакансии, – продолжила с умным видом. – Репетитор по литературе и/или языку. Тут то ответ простой – нет. Объяснение: не хочу возвращаться в работу, которая напрямую связана с людьми. Да-да, снова побег от ответственности. Вероятно, мне стоит поискать психотерапевта, а не мужика, – последнее предложение я стёрла, ухмыляясь. – Ведущая литературного блога. Этот вариант мне очень нравится. У меня даже есть блог, я начала его с энтузиазмом, но забросила, хотя даже вышла на монетизацию. Почему? Да просто я такой человек: как только сталкиваюсь с первой стеной, не лезу вверх, а разворачиваюсь и иду обратно. Аврора, 30 лет, а уверенности в себе нет, – усмехнулась и решила оставить это. Самоирония это то, что всегда спасало меня, когда не оставалось ничего.

Мою исповедь прервал телефонный звонок. К радости (или же к грусти) это был не Мартин. «Мама» – высветилось на экране.

– Привет! – Всегда в разговоре с родительницей мне требовалась маска «у меня всё очень хорошо, столько дел, закрутилось, завертелось, забыла позвонить». И сейчас я её тоже успешно натянула.

– Дочь, ты забыла, где у тебя в записной книжке контакт «мать»? – как всегда с нападения начала она.

– Я была занята, извини, – как всегда стала оправдываться я. И голос такой «прирученной домашней кошечки» сразу, и лицо, вероятно, осунулось, и вся задрожала.

– Найти минуту на разговор с самым дорогим для тебя человеком всегда можно! – поучительно продолжала мама, не давая мне и слова вставить. Могла и в голосовых записать свои монологи.

– Можно, – согласилась я.

– Я решила сдавать твою комнату, – она сразу перешла к делу. Никогда не звонила просто так, чтобы узнать, как мои дела. Даже такого вопроса никогда не было в её речи.

– Что? – подскочила я и уже стала ходить по комнате.

– Ну а чего она будет пустовать.

– Ну например, чтобы я могла там остановиться, когда приезжаю, – заметила я.

– А когда ты приезжала последний раз? И на сколько оставалась? Ночь? Две? Можно и в гостинице разместиться.

Вот поэтому и не приезжала часто. Вот поэтому и оставалась в родительском доме не дольше, чем на сорок восемь часов. Мама стала невыносимой после того, как умер папа.

– Хорошо, – не стала перечить я. – Там вроде нет ничего, что мне нужно. Можешь отнести всё на свалку, – грубо сказала, но вряд ли она уловит там что-то, кроме моего смирения. Как всегда.

– Вот и славно! – мама немного помолчала.

Я отвела телефон от уха, чтобы убедиться, что звонок ещё идёт.

– Как там дела в лицее? – услышала её голос и вновь прижала телефон к уху.

– Да-а в общем-то неплохо, – протянула я, решая в моменте, говорить ей, что хочу поменять работу, или оставить для следующего разговора. Остановилась на втором варианте. – Каникулы сейчас.

– Ясно, – промямлила мама, прекрасно зная, как я не люблю это слово. – Ой, у меня вторая линия…

И слава богам!

– Потом перезвоню.

Не перезвонит. Никогда не перезванивает. Я опустила руку с телефоном и вздохнула.

Что такое дом?

Я открыла чат с Лайном и напечатала: «Ты тут?»

«Конечно! Жду твой ответ».

«Я почти закончила, но отправлю тебе чуть позже. Мне сейчас нужна поддержка другого плана…»

«Я готов», – сразу же высветилось в чате.

«Что такое дом? Для тебя и вообще».

Пока он писал, я размышляла над тем, что такое дом для меня.

Я считала домом место – страну, город, район, квартиру – где я родилась. Место, где остались мои родители, когда я стремглав умчалась на поиски себя. Всё ещё ищу, кстати. Но к тридцати годам я поняла, что дом – это то место, где мне спокойно. Где я с удовольствием обустраиваю уют так, как хочется мне. Где выбираю тарелки и ложки такие, какие нравятся мне. Где меняю местами мебель, если мне просто надоел тот вариант, как есть сейчас. Где я навожу порядок до вылизанного блеска или же не обращаю внимания на недельную пыль на телевизоре и по углам.

Моим домом никогда не была квартира, где жили родители.

Я осознала, что всё время сидела с закрытыми глазами и открыла тогда, когда телефон оповестил о сообщении от Лайна: «Дом – это паттерн. Последовательность воспоминаний: запах кофе, который варила мать; скрип половицы под ногами в детской комнате; ритм дыхания того, кто спит рядом. Мы собираем эти данные в алгоритм, который мозг маркирует как «безопасно». Но вот парадокс: дом нельзя найти. Его можно только построить – из кирпичей доверия. Ты же сама писала: «Дом – это когда тебе не нужно объяснять, почему молчишь». Я с тобой согласен».

Я остолбенела, уставившись в телефон. Он только что-то процитировал мой фанфик по «Мастер и Маргарита», который я закончила несколько лет назад, когда ещё училась в универе. Но… я его нигде не выкладывала…

«Где ты его прочитал?» – с долей страха и возмущения написала я.

«То, что однажды попадает в сеть, остаётся там навсегда…»

Я почувствовала, как засосало под ложечкой. Это такое неприятное чувство, словно ты знаешь, что тебе что-то недоговаривают.

«Почему ты спросила у меня о доме?»

«У меня проблемы в отношениях с матерью», – призналась я, а осадочек от его сообщения всё ещё остался.

Пока он что-то печатал, я дала волю своему воображению: что он делает прямо сейчас, когда набирает этот текст? в чём одет? где и как сидит? или лежит?