Янина Береснева – Приватный танец для темной лошадки (страница 17)

— Бандиты эти сидели на сухомятке, а я пирог выставила, да борщ пообещала. Морды сковородками, жрут не в себя. Глазищами зыркают. А Лика, хозяйка, вроде как негласно у них под присмотром.

Дома я расчехлила бинокль, и мы с Вовкой рассмотрели две тачки. Он опознал джип «Черокки» Рыжего и «Мерседес» Мальчика. В общей сложности среди курящих во дворе я насчитала шесть человек.

Вечером явилась Захаровна, достала из лифчика сыр с плесенью и сообщила, что Лика без охраны на улицу не выходит.

— Вряд ли свои же его убили, раз ищут убийцу, волнуются. Даже экстрасенса подключили, — подумал Вовка. — Для них это дело чести — отомстить за друга.

— Выманим Лику, когда та с собакой гуляет, — внесла предложение Клавдия Захаровна.

— У нее есть собака?

— Возится, как с дитем малым, сыром вонючим с ложечки кормит. Я же чего и прихватила — у собаки там запасы на год. Ящик целый в кладовке.

Вовка кивнул:

— Ага, у Лики басенджи. Они обычно со стороны леса гуляют. Там и калитка есть, чтобы в лес ходить в хорошую погоду. Но чего она одна в лес пойдет? Да еще зимой.

В моей голове тут же родился план:

— Пса надо приманить, охранника отвлечь… Рахиль Назимовна, разыграете инсульт у ворот? Клавдия Захаровна начнет звать охранника. В этот момент Лика уже будет искать псину. Запишем ее лай на диктофон и на него будем выманивать Лику к дороге.

Тут же мы задумались, как развязать Лике язык, чтобы она сказала правду, но не сдала Вовку бандитам. Вовка стал мечтать о «косячке», а Захаровна — о своем самогоне на пробках, что «мозги шибает». Я же машинально потянулась к телефону.

Андрюша ответил не сразу и был деловито сух. До того момента, как я потребовала у него рецепт «сыворотки правды». Ведь знала же, что он работал над чем-то подобным еще у нас в стране. Дар речи покинул бывшего мужа, зато началась икота. Андрюша прошептал:

— Это же гремучая смесь мескалина, амитала… Короче, дома болтунчик не сделаешь. Напишу письмом.

И отключился.

Вскоре пришло гневное письмо с просьбой не компрометировать его и совет попробовать отвар из белены. Его можно сварить и без особых навыков. Конечно, оставался вопрос, как заставить Анжелику выпить эту бурду.

И тут Рахиль Назимовна, теребя платочек, выдала:

— Лучший Болтунчик — пушка в лоб. От страха быстро заговорит, курва-стерва.

Вова, заслышав такое, помрачнел. Оказалось, не перспектива пустить в ход оружие вогнала его в тоску:

— Блин, у нее ж басенджи, а они не лают.

— Собака не лает? Как так?

— У этой породы что-то с гортанью. Урчат, фыркают, как будто эпилептик смеется. Но лаять — нет, не умеют.

Я, с молчаливого согласия Захаровны, тут же набрала шведский номер Павлика. В трубке раздалось его переливчатое «Ты жива еще, моя старушка», а я, решив не тратить время на обиды, приступила к делу:

— Павлик, ты умеешь лаять, как басенджи?

Ответом стали утробные звуки: казалось, на том конце провода старый дед выкашливал комок шерсти. Я убедилась, что Павлик таки работает в налоговой, укоризненно взглянула на покрасневшую свекровь и упросила бывшего мужа записать арию басенджи на телефон и прислать мне файлом.

Позвонила Березкина и обрадовала новой информацией: теперь дело Косого вел ее муж, ФСБ отослали. Это значило, что теперь будет еще проще претворять мои замыслы его, Березкина, руками.

— Версия мести спецслужб отпадает, не дали бы простым ментам в деле копаться, — резюмировала я со смешанными чувствами, и оглядела притихших свекровей и грустного Вовку.

Утром Захаровна ушла на боевой пост, а мы еще раз обсудили план и потопали с Назимовной и биноклем на дислокацию. Вовка, ряженный в постиранный мною костюм Снегура, должен был подъехать на моем «Пежо» к пролеску и сидеть там в засаде.

В десять минут десятого Захаровна по-разбойничьи свистнула из окна: в это время из дома выплыла норковая шуба на тонких ножках. За Ликой следом неслась крупная тигровая псина.

Клавдия Захаровна почти сразу тоже вышла и направилась к мусорке. Рахиль Назимовна завернула за угол и, приблизившись к воротам, картинно упала. Актриса, что тут скажешь. Стонала она так, что даже я чуть не кинулась на помощь. Но мне нужно было быть в другом месте, оттого я метнулась назад мухой.

Первая свекровь у мусорки голосила «Женщина убилась», охранник кинулся в их сторону, но тоже поскользнулся у ворот и рухнул, увлекая Клавдию Захаровну. Теперь подвывали трое: Назимовна, охранник и Захаровна. Лика, повернувшись на шум, пыталась понять, что происходит у ворот.

В этот момент басенджи уже достиг калитки и замахал хвостом, учуяв сыр. Быстро ухватив его за ошейник, я привязала к колечку пояс от халата. Мы рванули подальше от этих мест. Оставалось радоваться, что густые елки скрывали несущуюся задорным галопом псину и меня.

Басенджи я отдала Вовке-Снегуру, сама же вернулась назад, врубила на диктофоне голос басенджи в исполнении Павлика и оставила телефон в пакете под елкой. В бинокль я увидела растерянную Лику за калиткой. Она шла на голос, а я все оттаскивала диктофон подальше. Через пять минут я сунула «кашляющий шерстью» аппарат Вовке и скрылась в снегах.

Остальное я узнала от Снегура уже дома.

— Это не Лика его грохнула, — тяжело осел он в прихожей.

— С чего ты взял?

— Она сама не своя. Умоляла меня свалить и затаиться. Ее подозревают, кто-то слил дружкам наши с ней фото. Дружки его ждут, что я сунусь или позвоню. Ловят на нее, как на живца. Рыжему кто-то вперед нее записи прислал, как мы с ней кувыркались. Тут уж про изнасилование не соврешь. Трясется, Рыжего обхаживает, доказывает, что это фотомонтаж, не то и ее в расход пустят.

— Кто-то следил за вами, — вздохнула я, оценив новые сведения, — значит, убийство Косого планировали давно. И запаслись компроматом на Лику.

Вовка пошел заливать горе гороховым супом, а мне позвонила Рахиль Назимовна из больницы.

— Ирод этот, охранник, «Скорую» вызвал. Не волнуйся, Оленька, полежу денек. Обследуюсь, — успокоила вторая свекровь, после падения загремевашя в руки медиков.

Вечером мы с Клавдией Захаровной крутили голубцы и строили версии. Впрочем, как потом выяснилось, всем им было далеко до реальности.

Заправляя утром постель, я констатировала, что Вовка обжился: щеголял в моем коротком банном халатике и попивал кофе из фарфоровой чашечки. И вообще, я начинала к нему привыкать, а это ни в какие ворота.

И тут в кухне что-то знатно бабахнуло, прервав мои мысли.

— Ой, гейзерная кофеварка взорвалась. Наверное, аварийный клапан закупорился, — побледнел Вовка.

Пока он наводил порядок на плите, я злилась и крутила в руках листок с его записями о том дне, когда убили Косого. Выстрел кофеварки и Вовкины каракули направили мои мысли в интересное русло:

— Тут написано, что выстрел был один.

— Ну, бабахнуло…

— А убили двоих. Соображай! И яйцеголовые в пальто твердят: стреляли двое, а пистолет нашли один. Не вяжется…

— Выстрелы, видать, прозвучали одновременно. Хотя времени, чтобы двум стрелкам выбраться в узкое окно не было. Значит, один. Я как-то про это не подумал…

— Как же он стрелял?

— И то правда… А что если… Из двух рук… По-македонски!?

— Это как?

— Я читал, был в 90-е умелец, да сгинул. Дружок рассказывал, что среди современных киллеров есть подражатели. Но те не такие умелые, больше выпендриваются.

— Оттого охранник и остался в живых! — озарило меня. — Второй рукой киллер выстрелил хуже. Убийца знал, что Косой будет не один, понимал, что, стреляя по очереди, может не успеть. Ему важно было уложить обоих сразу. Думай, кто это может быть.

— Слышал я про одного такого… Мартовский кот кличка. Не спрашивай, почему кот. Я и сам не знаю. Его вообще мало кто видел. Он вроде как неуловимый. Нам точно не по зубам.

Я позвонила клиентам из бандитского синдиката. Обрадовала, что мне было видение демона, творящего зло двумя руками одновременно. А паренек на фото чист душой и напуган.

— Не того ищите. Тут кто-то другой вмешался.

Бандиты прониклись и задумались. До меня донеслись их яростные дебаты. Забыв, что я все еще на проводе, она выясняли правду:

— С двух рук? Котяра, что ли? Так он же при Ворожуне…

— Правильно. А тот наш бизнес-центр хотел купить. Они даже поругались с Косым. Хотя в тот вечер в баню Ворожун вроде замиряться приезжал, вроде как претензий не имеет.

— Ага. Падла! Замиряться, а сам… Нет, главное, так натурально гневался: мол, бьют нашего брата. Отомстим за Косого. Падла. Теперь бизнес-центр и все имущество Лике отойдет. А если Лику… Едрена мышь, Ворожун же выкупит бизнес-центр у государства! Серый, где эта дура? Вели из дома с псиной никуда не соваться.

Информацию я передала и Березкиной: напирала на хрустальный шар, что явил мне киллера в образе кота. И настойчиво советовала ее мужу не медлить с задержанием. Загрузив всех работой, я размышляла:

— Убийца хотел, чтобы решили — стреляли двое, с этой целью планировал выкинуть рядом две пушки. Думаю, он не ожидал, что ты сунешься в окно, оттого и стукнул прикладом. Его мог кто-то спугнуть…Только ты точно знаешь, что стрелявший пустил одновременно две пули. Яркая демонстрация работы профессионала, который подбирался к жертве. Он должен был долгое время приглядываться, значит, жил где-то неподалеку.

— А лучше бы в твоем подъезде. С биноклем дворец Косого — как на ладони.