Янина Береснева – Голова в бегах (страница 33)
— Леди, мне кажется, вы вляпались по самые помидоры. Если верить этим здоровякам, что под окном, они в самом деле от Сиплого. Хорошо, что наши хозяева не враждуют, мы немного потолковали, и они сообщили мне удивительные вещи…
— Не поверишь, — фыркнула Машка, — мы сами в удивлении. Раз в три года явилась на Родину, и вот тебе…
— Мне советовали не соваться в это дело, — ухмыльнулся Соколов, проходя на кухню. — А если мне что-то начинают запрещать, меня туда тянет просто магнитом. Так что готов выслушать вашу историю от и до. Авось чем помогу?
Машка взялась повествовать, а я занялась чаем. Минут через сорок мне пришлось вмешаться, иначе рассказ грозил затянуться до утра. Вопреки моим опасениям, Никита стоически выслушал про все наши злоключения, и даже сделал пару ценных замечаний по ходу повествования, чем вызвал мое уважение.
— А почему вы решили, что в этом замешан кто-то из сильных мира сего? Я имею в виду Чуприна или Хасана. Вполне возможно, Сиплаков все это выдумал, чтобы прикрыть свой зад. Отвлекающий маневр, так сказать. Тем более, что флешки у вас нет, так ведь? Может, ее вообще не было?
— Может, и не было, — вздохнула я, поглаживая кота с флешкой на шее, — а нам теперь отдувайся.
Мы еще минут двадцать фантазировали вслух, после чего Никита глянул на часы и засобирался домой, предварительно записав наши номера телефонов.
— Короче, я по своим каналам пробью, что смогу. Завтра позвоню. И если флешка все-таки у вас, советую вам ничего не рассказывать вашим ФСБшникам: сами понимаете, их волнуют только звездочки на погонах. Отчитаются о проделанной работе и получат премию. А вы пулю в голову. Тем более, Сиплый прав, крышуют его такие шишки, вполне возможно, что кто-то из начальства ваших бравых ребят работает на два фронта.
— У нас ничего нет, — сурово ответила я, пытаясь придать своему взгляду максимальную достоверность. Машка вздохнула и, перехватив мой взгляд, поспешно закивала.
Проводив Никиту, мы уселись за стол переговоров, но нас перебил звонок домашнего телефона. Звонил лысый из охраны Сиплого, который, как оказалось, был одним из наших надзирателей. Я робко поинтересовалась, не в черной ли хонде он обитает, но ответить мне не пожелали. Лысый был зол:
— Короче, завязывайте тут шашни крутить. Ложитесь спать. Вы в деле, так что амур тужур на потом. Или вы решили через Чуприна зайти? Чего это его шакаленок к вам притащился? Вы что, ему позвонили?
— Он нам старый друг и товарищ, — обиделась я за шакаленка, но порадовалась, что наши перемещения через Гришку остались незамеченными. — Решил навестить нас, а тут такие дела. Обидно ему стало, что с его подругами детства так обращаются. Вот и заступился по-мужски.
— Хорошие у вас друзья, бандюк на бандюке, — заржал лысый, который себя, видимо, причислял чуть не к лику святых. — Ладно, я боссу доложу, пускай решает сам, что с вами делать. Если ФСБ-шники ваши опять заявятся, чтобы держали рот на замке. Пусть ищут, носом землю роют. Бюджетники…
— Они голову возили вместе с нами, так что про убийство все равно все знают. И вы под окнами стоите на хонде своей, это любой может увидеть, так что…
— Возили — не возили, а головы сейчас нет. И доказательств, что она была, тоже. Труп нашли, а какое отношение он к нам имеет? Да, ехали с ним в машине, подвозили человека, а потом он попросил остановить, вышел. И все. В отеле его никто, кроме вас, не видел. Так что ваши показания все равно ничего не дадут. А если решите покаяться, придется объяснять, как голова к вам в машину попала, и почему вы ее катали по морям. Так что сидите тихо и ждите сигнала. И скиньте мне с балкона зажигалку, моя сломалась, а отлучаться мне нельзя.
Я показала трубке язык и отключилась, а Машка, скинув лысому зажигалку в пакете, заметила, что наблюдение за нами ведется круглосуточное.
— Так даже спокойнее. Пока мы не знаем, кто хочет нас убить первый, те, кто хочет нас убить позднее, как-то предпочтительнее.
Фраза была путаная донельзя, но я сестрицу хорошо поняла. И вздохнула. Не зная, чего ждать от жизни, мы отправились спать. А проснувшись, не могли занять себя хоть чем-то путным. Все валилось из рук, и подсознательно мы все время ждали звонка от Никиты. Но первым позвонил Валера. Расспросив нас на предмет новостей и вкратце рассказав о своих буднях, он выдал следующее:
— Ваши-то «клоуны» тоже не лаптем щи хлебают. Донесли мне, что к вам Соколов заглядывал. Не вздумайте связаться с этим проходимцем, вы хоть знаете, на кого он работает?
— Они что, тоже за нами следят? — возмутилась я, потому как количество следивших в моем дворе заметно возрастало, скоро и припарковаться будет негде. Хотя вряд ли нам придется в ближайшее время ездить, как и ходить…
— Что значит тоже? — заволновался мой бывший. — Вы что, в курсе, что за вами следят люди Сиплого? Я не хотел вас пугать, хотя узнал об этом еще вчера. Анна, немедленно…
— Не кипятись, какая разница, знаем мы об этом или нет? А телефон могут прослушивать, поэтому я не хотела трепаться. Ты же понимаешь, мы сейчас в весьма шатком положении. Не те, так эти…
— Я же обещал, что вас будут охранять. Хотя, судя по вашему поведению, вас вообще нельзя оставлять без присмотра дольше чем на пять минут. Был бы я сейчас рядом, поселился бы у вас…
Валерка еще долго распинался, но я слушала его вполуха, размышляя о том, что теперь мы не просто подставные утки, а подставные утки в квадрате. Сиплый следит за нами, чтобы вычислить хмыря, а ФСБ следит за нами, чтобы вычислить Сиплого и его причастность к истории с флешкой и хмырем. Все следят за нами и чего-то ждут, а действовать, похоже, никто не торопится.
Остаток дня мы коротали за просмотром телевизора. Я позвонила родителям и убедилась, что с ними все в порядке, а Машка даже начала вязать, чем ввергла меня в полное уныние. Если Машка начинала делать что-то руками, это означало, что она думает. А если Машка думала, то это черт знает к чему могло привести.
Ближе к шести часам нам в дверь позвонили. Чертыхаясь, я вылезла из-под пледа и пошла смотреть в глазок. За дверями, покашливая, топтался сантехник в форме ЖЭКа с чемоданчиком в руках.
— Откройте, меня вызвали ваши соседи снизу, у них капает с потолка. Надо проверить.
Я колебалась пару минут, потому как трубы у меня на самом деле периодически подтекали, и пару раз соседи снизу уже жаловались в ЖЭК. Так что история вполне могла быть правдой. Тем более, за подъездом следили две конкурирующие организации, и опасаться незваных гостей нам было бы глупо.
Распахнув дверь, я пропустила парня в квартиру, показав ему, где ванная комната, а сама пошла будить задремавшую Машку. Сантехник немного повозился в ванной, постучав по трубам, и собрался уходить, заявив, что в ванной сухо, как в Сахаре.
Пока он складывал свой чемоданчик, я обратила внимание на его ботинки. Такие необычные, с черепами… И как только я вспомнила, где мне доводилось слышать про ботинки с черепами, на мой череп тут же обрушился удар, и я отключилась.
Когда я открыла глаза, то обнаружила себя привязанной к стулу, рядом сидела Машка в такой же позе, причем под глазом у нее красовался синяк, а у склонившегося к нам упыря было расцарапано лицо. Выходит, сестрица успела оказать сопротивление, что порадовало. Но ненадолго, потому что я сразу поняла, что наши дела плохи. Если этот гад умудрился пройти двойную таможню, значит, не так уж он и прост. Скорее всего, наш неведомый убийца таки пожаловал.
— Ну что, очухались? Поговорим? — мнимый сантехник то и дело поглядывал на дверь, но чувствовал себя вполне уверенно. В руках он держал что-то подозрительно похожее на старую плойку бабули, валявшуюся у меня в кладовке.
— Ты зря тут хорохоришься, за нами следят и тебе сейчас не поздоровиться, — попыталась я поколебать его уверенность в себе.
— Не такой уж я дурак, чтобы через подъезд заходить. Соседи снизу в отъезде, через их балкон с обратной стороны дома попасть в подъезд проще простого. Тут рота пройдет — никто и не заметит. Так что вы меня не пугайте. Подумайте о себе. Сейчас я включу вот этот паяльник, и вы сразу подобреете.
— Придурок, — выругалась сестрица, которая страсть как не любила выпендрежников. — Это плойка вообще-то. И чего тебе надо?
— Всю историю от начала и до конца, и если мне покажется, что вы врете…
Тут он завозился с плойкой и малость отвлекся. Однако договорить и уж тем более кого-то накрутить так не успел, потому что послышался глухой удар в дверь, а за ним еще два. Словно кто-то пытался вышибить дверь своим телом, но она оказалась открытой, и этот кто-то пролетел вперед, оказавшись в коридоре.
Сантехник от неожиданности подпрыгнул и оглянулся, а я попыталась дотянуться до него ногой и лягнула в пах, отчего он скрутился на пару секунд. Этого хватило, чтобы Ленька и Мишка влетели в комнату и огрели его кожаным дипломатом, повалив на пол.
Когда угрожавший нам обладатель ботинок с черепом был прикован наручниками к батарее, а мы освобождены от пут, наши спасители посчитали нужным объясниться:
— Как вы? Может, вызвать врача? С вами все в порядке? Вот до чего доводит нежелание сотрудничать с органами… — виновато начал Ленька, но Машка, придя в себя и пощупав глаз, пошла в атаку: