Яна Завгородняя – Параллельное пересечение (страница 19)

— Даша, это не займёт много времени. Я уже видел, на что вы способны. От вас всего лишь потребуется произнести короткую речь. Прошу, — худрук указал рукой в сторону сцены.

Даша недоверчиво взглянула на него, затем на Артёма и снова на худрука. Лица мужчин не выражали особых эмоций, разве что Дмитрий Иванович продолжал улыбаться. Теперь вся эта ситуация переходила для неё из категории абсурда в забавное недоразумение. Ветрова покачала головой. Она молча прошествовала к краю сцены и, не особо заботясь о грации движений, неуклюже взобралась на неё. Отряхнув с брюк несуществующую пыль, девушка горделиво выпрямилась.

— Ну что же, — начал худрук, — так-то лучше. Даша, представьте, что вы злодейка, алчущая богатства и власти. Вместе с сообщником, которого позже намереваетесь убрать со своего пути, вы обсуждаете план убийства собственного отца. Не удивляйтесь. Для вас нет ничего святого. Дам вам пару минут вжиться в роль, — худрук откинулся на своём кресле, наблюдая на лице озадаченной девушки целый спектр эмоций. Спустя минуту молчания, Даша пожала плечами.

— Что нужно сказать? Спросила она.

— Ах да, — худрук опомнился. — Вот, я выделил красным, — он подскочил к сцене и протянул девушке листок. Даша присела, чтобы взять его. Пробежав глазами короткую реплику, она слегка возвела брови. Делать было нечего — требовалось подняться и оттарабанить речь, ведь не отстанут. Даша хмуро глянула на Артёма. Он спокойно сидел, закинув ногу на ногу и наблюдал за всем происходящим так, будто бы, у него других дел не было. Даша слегка ссутулилась, изображая сговор с кем-то, кто должен был стоять рядом с ней. Она вступила:

— Не доверяйте моему отцу. Он сам мечтает о короне без меня и без вас, Абаж. Насколько мне помнится, он питает слабость к шипучим напиткам, — она коварно улыбнулась, но не удержала эмоцию надолго, возвращая лицу равнодушный вид.

Мужчины переглянулись.

— Что скажешь? — спросил Артём.

— Нет, мне трудно судить — слишком мало слов и нет взаимодействия. Давайте так, — худрук почесал затылок. — Артём, выйди тоже, побудешь слугой.

— Чего? Зачем?

— Надо, надо. Выходи, — проговорил руководитель тоном, который не терпел возражения. — Даша, возьмите вот, — он отвязал свой галстук от ворота и поспешно приблизившись к сцене, протянул его девушке. — Представьте, что это плеть. Ваша задача — отлупить нерадивого слугу.

Даша посмотрела на Артёма. Теперь недоумение читалось в его взгляде. Девушка же прилагала усилие к тому, чтобы удержать победоносную улыбку.

— С радостью, Дмитрий Иванович, — проговорила она, не выходя из роли.

— Отлично! — возликовал худрук. — Это именно то, что нам было нужно. Ты Анидаг — злодейка, дьяволица во плоти, коварная змея, хладнокровная и убийственно прекрасная. Пусть это ощущение тебя не отпускает. А теперь читай вот здесь, — он указал на другую строчку, — а когда прочитаешь, ударь его в грудь галстуком, то есть плетью. Поехали. Артём, ты просто стой, от тебя ничего не требуется.

— Я на это не подписывался.

— Ты предлагаешь мне по всему театру бегать искать того, кто подпишется?

— Ладно, молчу, — Артём покосился на Дашу, которая хлопала себя по ладошке галстуком, изображая нетерпение и лукаво поглядывала на него. — Раз ты так хочешь меня отшлёпать, сопротивляться не стану.

Даша проигнорировала сальную шуточку. Она действительно вжилась в роль и даже несколько осмелела. Возможно, будь у них больше свободного времени, их перепалка накалилась бы ещё и чёрт знает, чем бы закончилась. Даша изобразила на лице гнев в смеси с пренебрежением.

— Ты стареешь, становишься неуклюжим, милый Бар. Нужно подыскать тебе замену, пока ещё не стало слишком поздно, — она остервенело заехала ему галстуком в грудь.

— Отлично! — худрук даже зааплодировал. Верю, Даша, верю. Вы нам подходите. Ну вот, а вы боялись.

Девушка только теперь опомнилась.

— Подождите! Это всё, конечно, очень занятно, но вы что серьёзно? Я думала, это шутка.

Худрук обомлел.

— Помилуйте, Даша, у меня слишком мало свободного времени, чтобы тратить его на шутки. Мне действительно надо бежать, — он снова подхватил со спинки кресла свой пиджак. — Все формальности обсудите с Артёмом. Пусть Любаша подготовит договор.

— Какой договор, Дмитрий Иванович? У меня работа. Мне некогда посещать репетиции!

— Не переживайте, придумаем что-нибудь. Поставим репетиции на выходные дни. Спектакль планируется по субботам. Всё у вас получится — не переживайте. — Всего хорошего. Артём, до завтра.

Когда худрук скрылся за дверью одного из входов в партер, Даша огляделась. Ей хотелось верить, что всё пережитое только что, было не более, чем наваждением. Она не могла решиться на подобную авантюру, будучи в здравом уме. Куда делось хвалёное самообладание, в котором девушка убеждала себя всё утро? Она тихо выговорила:

— Алиска убьёт меня.

— Перестань, — прозвучал над её ухом голос Артёма, — Дима сегодня же свяжется с ней и пригласит на работу.

— На постоянную работу? — уточнила Даша, осознавая, что не всё так плохо.

— Да, он хочет принять её в штат. Такие режиссёры, как Алиса, на дороге не валяются, — он соскочил со сцены и поднял руки, чтобы помочь Ветровой спуститься. — Госпожа, позвольте доказать вам, что ваш слуга ещё не настолько стар, чтобы не суметь помочь вам. Только чур не бить, — он выставил палец вперёд.

Даша, которая всё ещё находилась под впечатлением от пережитого, решила подыграть:

— Ну давай посмотрим, как ты справишься со своими обязанностями, милый Бар, — она грациозно вложила ладони в его и вознамерилась спрыгнуть. Насмешливая улыбка играла на её лице ровно до тех пор, пока руки мужчины в последний момент перед прыжком не перехватили её за талию. Даша спрыгнула прямо ему в объятия, чуть не вскрикнув от неожиданности.

— Смею думать, вы довольны? — Артём оказался совсем рядом, когда Даша приземлилась, безуспешно пытаясь отпрянуть. Мужчина удержал её, отчего ему пришлось притянуть девушку ещё ближе. Внезапно Даша почувствовала себя почти зажатой между парнем, глаза которого сияли лазурным блеском в приглушённом свете зала, и краем сцены. Артём улыбался, ожидая её ответа. Его руки всё так же покоились у неё на талии, а Даша, хоть и рисовала на лице немой укор, не спешила освобождаться. Когда волнение снова начало подбираться к ней, Ветрова очередной раз обрадовалась тому, что они перешли на «ты» и многого можно было уже не стесняться.

— Ой, ну хватит, пошли, — она с некоторым усилием высвободилась, отпихивая его. — Это всё очень неожиданно, Артём. Так нельзя. Я вообще не представляю, как буду всё успевать, — протараторила она, не глядя на парня, после чего бодро зашагала в сторону ближней двери патера.

Артём последовал за ней, оставаясь чуть позади.

— Ну теперь как минимум ты свободна от занятий в кружке.

— В смысле? — озадачилась Даша. — Подожди, ты всерьёз считаешь, что Алиса согласится на ваше предложение? Я почему-то в этом сильно сомневаюсь.

— Согласится, — решительно ответил Артём, — но не сразу. Сначала она разнесёт всё в щепки, а потом на останках былого величия задумается, хорошо подумает и согласится. Дима умеет убеждать.

— Она меня убьёт, — повторила Даша. — Она не простит, что меня взяли на роль. Да мне это и не нужно! Блин, Артём, — она остановилась и схватила его за руку. — Скажи ему, что я отказываюсь! Я не хочу терять из-за этого подругу! Я этого не переживу.

— Давай так, — попытался успокоить её парень, — я пока ничего Диме говорить не буду. Он пообщается с Алисой, она примет твою новость и посмотрим, что из этого выйдет. Отказаться ты всегда успеешь. Идёт?

— Я не успею отказаться. Она меня ремнём придушит! Чёрт, кто тебя вообще просил проталкивать меня на эту роль? Будто у меня без этого забот мало.

Артём заговорил, особенно смакуя слова:

— Я, конечно, не специалист в подборе актёров, но когда увидел тебя, то сразу решил, что ты лучше всех подойдёшь на роль злодейки, дьяволицы во плоти, коварной змеи, хладнокровной и убийственно прекрасной, — он произносил всё это медленно, повторяя то, что сказал Даше худрук. Он склонился над её ухом, — отрицательные персонажи — твоё лучшее амплуа.

Даше пришлось мотнуть головой, чтобы избавиться от гипноза его голоса и колдовских глаз. Почему-то, когда всё это говорил худрук, она хотела смеяться. Теперь же было не до смеха.

— Вот значит, какого ты обо мне мнения, — заключила она. — На этом предлагаю закончить встречу и разойтись по своим делам, — они как раз подходили к приёмной Артёма, откуда Даша намеревалась забрать вещи.

— Я о тебе самого лучшего мнения, Даш, — серьёзно проговорил Артём. — Ты не видишь себя так, как вижу я. А я вижу, что уже третий час пошёл, а мы ещё не обедали. Составишь мне компанию? — он улыбнулся, склонив голову набок.

Даша лишь глухо выдохнула. Спорить и придираться к словам она уже устала. Коротко кивнув, девушка поравнялась с мужчиной, и вместе они зашагали в сторону полюбившейся обоим театральной столовой.

Глава 11

Даша решила всё, не дожидаясь выходных. Она приняла предложение Кости. В общем-то, её ничто не останавливало, кроме забитых в дальний угол разума подозрений в его неверности и мечтательной загадочной улыбки в моменты, когда она вспоминала их встречи с голубоглазым брюнетом. Артём ей нравился, но она его не любила, точнее, рассудок не допускал даже намёка на подобные мысли при том положении, в котором находилась девушка. К тому же Артём ни о чём не заявлял прямо, а лишь изводил её двусмысленными поступками. По этой причине позволить себе просто так взять и поменять одного мужчину на другого она не могла. С Костей было связано много приятных моментов её жизни, он радовал её, а если и бывали досадные случайности, то что в этом такого? Из опыта родителей и остепенившихся подруг Даша давно сделала вывод, что конфликты и недопонимание — совершенно нормальное явление в отношениях между мужчиной и женщиной. Костя был первым, кому она открылась, кому доверилась душой и телом, а просто так вычеркнуть это из жизни было невозможно.