Яна Завгородняя – Идите в баню, князь тьмы (страница 14)

Они пили, ели, болтали, гуляли в парке, иногда для приличия вступали в разговоры с гостями. За время праздника на приём к магу-косметологу записалась половина жён министров и глав комитетов. Вторая половина записалась заочно, через заботливых подруг из числа присутствующих дам.

Вскоре на пороге возникла знакомая фигура. Князь Асмодей тоже был приглашён и теперь расхаживал по залу с видом хозяина, что даже Вольф слегка сутулился и стеснялся при разговоре с ним. Фида невольно ловила его взглядом, оправдывая свой интерес тем, что ей меньше всего хотелось попасться на глаза мужчине, а потому за ним надо следить. Ей нравилось её негласное убежище в тени колонны, где девушки коротали вечер вместе с Эдрианом и парой друзей Иветт, которые вскоре тоже присоединились к ним. Фида смеялась и шутила вместе со всеми, но когда становилось особенно шумно, старалась скрыться за спинами товарищей и мельком поглядывала оттуда за тем, кто не давал ей расслабиться ни на минуту.

Князя окружали женщины. Складывалось впечатление, что он притягивал их, как магнит металлы. С каждой из дам, норовивших выложить ему содержимое своего декольте прямо здесь, он разговаривал сухо и никак не реагировал на их заигрывания. Когда уходила одна, появлялась другая, и так без остановки. В какой-то момент Фида не сразу поняла, что больше не следит, а откровенно любуется демоном. Он был окружён группой мужчин и вещал им нечто важное, а они внимательно слушали его, стараясь не пропустить ни единого слова. Его взгляд, поза, привычное движение рукой, когда хотелось пригладить тёмную прядь, норовившую выбиться из идеально зачёсанного на сторону пробора — всё очаровывало. Высокий и стройный, даже слишком стройный. Или всё дело в узких брюках? Фида поняла, что смотрит не туда, куда следовало смотреть приличной девушке, слишком поздно. Когда глаза вернулись к его лицу, она вспыхнула. Князь заметил её. На губах его играла лёгкая улыбка. Перепугавшись, Фида юркнула в толпу друзей, чтобы оказаться с другой стороны, и чтобы кое-кто больше не мог видеть её. Иветт и ребята не поняли, что произошло, но и не стали вдаваться в подробности. Было что обсудить.

Когда начались танцы, Эдриан почти не отпускал от себя Иветт. Будь его воля, он перегрыз бы глотки тем, кто смел претендовать на внимание девушки. Но её счастье было для него превыше всего, а потому он покорно отпускал возлюбленную потанцевать с очередным поклонником, не забывая при этом поглядывать за ними со стороны. Фида не могла на это долго смотреть, а потому пару раз сама приглашала его на танец, и ей даже удавалось отвлечь несчастного влюблённого разговорами. Когда она героически зашагала к парню в третий раз, её неожиданно перехватили на полпути и крутанув в ритме танца, мгновенно сжали в объятиях, не терпящих сопротивления.

— Фемида, — с наслаждением протянул Асмодей, когда они оказались лицом к лицу. — Вот вы и попались.

— Что вы себе позволяете?! — возмутилась девушка, тщетно пытаясь вырваться. Ей не хотелось скандалить и привлекать внимание, а потому сопротивление так и не дало результата.

— Вы себе не представляете, как безумно я ревную, — проговорил Жан, перехватывая её руку и кладя другую на талию. — Чем сынишка министра культуры так заслужил ваше внимание? Он же не в вашем вкусе.

— Вы не имеете ни малейшего понятия о моих вкусах! — почти взвизгнула Фида, стараясь не потонуть в омуте тёмных глаз демона. — Слушайте, давайте выясним всё раз и навсегда.

— Я только за, — покорно ответил мужчина, склонившись над ней, чем вызвал приступ головокружения.

— Я вас очень прошу, Жан, оставьте меня в покое. Я не готова быть очередным развлечением, которое вы сразу забудете. Если для других это нормально, то мне кажется дикостью.

— Боюсь, вас очень трудно будет забыть, Фемида, — проговорил демон неожиданно серьёзно. — Хотя бы, потому что я уже давно здесь, а вы всё ещё одеты.

Девушка вспыхнула румянцем и ужаснулась собственной догадке.

— Вы что же, — она со всем возможным негодованием посмотрела ему в глаза, — влияете на чувства женщин? Это низко!

— Я не специально, дорогая Фемида, — ничуть не смутившись и сильнее надавив ладонью ей на поясницу, произнёс Жан. — Это всё природное обаяние демонов. Сопротивление бесполезно. Но откуда у вас берутся силы сопротивляться — вопрос интересный. Предлагаю обсудить его сегодня вечером за бокалом вина.

— Вы нарываетесь на пощёчину, князь!

— Всё, всё, молчу, — Асмодей усмехнулся, наблюдая за её реакцией. — Но меня можно понять. В вашем присутствии я начинаю плохо соображать.

Рука мужчины ласкала девичью спину, не позволяя себе спускаться на недозволенный уровень. Но и этого было достаточно, чтобы Фида начала плавиться. Всё внутри неё вопило: «Уходи с ним. Ты не забудешь эту ночь!», но рассудок яростно отбивался от зова плоти. Даже когда Жан, теснее прижавшись к девушке, стал нашёптывать ей на ухо всё, что намеревался сделать с ней в мельчайших подробностях, покрасневшая от стыдливого волнения Фида с большим трудом находила в себе силы не поддаться. Сил на то, чтобы оттолкнуть мужчину и гордо уйти, тем более не оставалось. Их танец со стороны не выглядел чем-то непристойным, но то было больше, чем танец. Плавные ритмичные движения, вздохи, едва уловимый стон девушки, шёпот мужчины. Фида закрыла глаза. Разум больше не управлял ею. Теперь только тело руководило процессом. Жан победил, она проиграла. Но как сладко, как томительно было проиграть. Она не видела гневных взглядов отвергнутых им женщин, не слышала укоризненных комментариев, когда последнее стеснение покинуло её. Здесь и сейчас был только он, его руки, взгляд и запах, от которого можно было сойти с ума. Фида жадно вдыхала его, едва касаясь оголённой шеи мужчины, отчего грудь в декольте призывно вздымалась. Последний проблеск сознания на секунду возопил, что так нельзя, что она не такая, но Асмодей уже выводил в воздухе круг, из которого вырисовывалась чёрная тень портала, чтобы увести девушку и подарить ей незабываемые минуты сладостных наслаждений. Фида готова была шагнуть за ним в пустоту, но в самый последний момент резко остановилась, услышав знакомый голос:

— Кадамия? — пренебрежительно бросили ей в спину.

Она обернулась. Её всё ещё удерживала за талию рука демона, но момент был упущен. Позади стояла брюнетка в розовом платье оттенка «вырви глаз» и с насмешливым высокомерием разглядывала старую знакомую с ног до головы. Фида узнала свою бывшую одноруппницу из Дроу. Бледнея на глазах, она обязательно упала бы на подкосившихся ногах, если бы князь не удержал её.

Глава 16 Тёмный спаситель

Самообладание вернулось. Изумившись собственной порочности, девушка с силой оттолкнула от себя Жана. Тот её отпустил, одаривая помеху в розовом платье многообещающим взглядом.

— Роза, ты что здесь делаешь? — спросила Фида, упавшим голосом.

— Это ты что здесь делаешь? — донеслось в ответ. — Я была уверена, что тебя после всего жёстко наказали, и ты сейчас где-нибудь туалеты моешь или трудишься эскортницей, но ты тут и празднуешь. Как такое возможно?

— Это долгая история, Роза. Меня оклеветали, и я ни в чём не виновата. Тут не место для подобных разговоров. Прошу, давай не будем, — взмолилась девушка, наблюдая за тем, как в их сторону подтягиваются любопытные.

— Не будем, что? — злорадно усмехнулась Роза. — Тут, как я погляжу, никто не в курсе твоих выкрутасов. Ты наверняка успела напеть им в уши, какой ты специалист, и не удивлюсь, если нашла себе покровителя, чтобы прикрывал задницу. Я права? — она скользнула взглядом по лицу демона. Тот не выразил при этом никаких эмоций, продолжая наблюдать за развитием событий, скрестив руки на груди.

— Что здесь происходит? — спросил Франц Вольф приблизившись. — Какие-то проблемы?

Не дав девушкам рта раскрыть, за всех неожиданно ответил Жан:

— Ничего особенного, господин Вольф. Мисс Роза приняла Фемиду за свою старую знакомую, но она уже поняла, что ошиблась и недоразумение исчерпано.

При последних словах Роза как-то неестественно содрогнулась всем телом и обмякла, бездумно уставившись прямо в тёмные глаза демона, в которых вновь сверкал знакомый опасный огонь. Фида поразилась его облику. Теперь мужчина, казалось, мог этим самым взглядом убить или покалечить, а посмей жертва закрыть глаза, отвернуться или ослушаться приказа, вероятнее всего, она вспыхнула бы на месте и сгорела в огне преисподней.

— Так и есть, — безэмоционально ответила девушка. — Я обозналась. Прошу меня простить.

Фида опешила. Она переводила изумлённый взгляд от Асмодея к Розе, пытаясь понять, что происходит. Когда мадам Вольф, заподозрив, что брюнетке в розовом дурно, подхватила её под руку и повела к столику для фуршета, ведьму тут же окружили друзья, оттеснив Жана.

— Что хотела от тебя эта сумасшедшая? — громче всех спрашивала Иветт.

— Если какие-то проблемы, ты только скажи, — вторил ей Эдриан.

Фемида не спешила отвечать. В нахлынувшей толпе желающих поддержать её, она поминутно оборачивалась, ловя взглядом лицо того, кто только что спас её от неминуемого позора. Но, как бы то ни было, теперь следовало насторожиться. Прошлое неотступно преследовало девушку и норовило испортить жизнь.