Яна Завгородняя – Идите в баню, князь тьмы (страница 13)

— Простите, можно так не делать? — не выдержала девушка, до боли вцепляясь в рукоятки пассажирского сидения.

Водитель усмехнулся.

— Выше не могу, давление начнёт падать и вам станет плохо. Сами пожалеете.

— Давайте спустимся ниже, прошу вас, — взмолилась Фида, не оценив иронии.

— Ниже нельзя. Это зона корпоративного квартала. Мы не должны мешаться под ногами. Скоро домчим, наберитесь терпения.

На этих словах пилот виртуозно вырулил свой летательный аппарат и преодолев ещё пару высотных зданий с шарообразными навершиями, стал снижаться. Последние небоскрёбы поразили Фиду своим великолепием. Солнечный свет отражался от граней, служивших окнами этих невообразимых бизнес-центров, отчего они казались драгоценными камнями, выточенными ювелиром-виртуозом.

— Что это? — спросила она пилота.

— Центр Химера-Нова. Туда просто так не попасть. В ресторане нужно платить за вход, а месячная аренда квартиры равняется моей годовой зарплате, хоть получаю я немало, — он на секунду повернулся к пассажирке и подмигнул ей.

Нахмурившись, Фида не стала больше ни о чём его спрашивать. К счастью, ракушка уже подъезжала к пункту назначения и вскоре остановилась возле красивого бежевого здания, с высокими окнами и рельефными узорами на фасаде.

Вылезать из такси оказалось проще, чем забираться в него, а потому, спешно покинув ракушку, Фида поправила платье и насколько могла, уверенно зашагала к дверям дома главы комитета. Впереди себя она уже видела некую почтенную чету в парадном одеянии, которой любезно кланялся лакей. Девушку смущало, что она, скорее всего, будет здесь в меньшинстве среди высоких чинов и должностей, но обратной дороги не было. Следовало побороть смущение и не испортить Иветт праздник.

Преисполненный дежурной почтительности дворецкий сухо её поприветствовал, проверил по списку имя и пригласил в дом. Оказавшись в светлом холле, Фида на секунду замерла, окидывая её изучающим взглядом. Она никогда ещё не бывала в подобных домах с портретами представителей рода на стенах, с широкой лестницей с позолоченными перилами, уходящей двумя рукавами вверх. Дом, похожий на этот, она видела как-то в сериале о минувших эпохах и никогда не думала, что в реальной жизни кто-то мог обитать здесь. Казалось, вот сейчас прибегут оператор и режиссёр с помощниками и прикажут всем занять свои места.

На неё обращали внимание. Женщины одаривали недоверчивыми взглядами, мужчины же с интересом рассматривали. Заметно смутившись, Фида совсем не пожалела, что захватила с собой накидку от своего старенького платья. Хотя та могла быть и подлиннее.

— Фида! — услышала она звонкий девичий голос. Все тотчас же обернулись туда, откуда доносился звук. С лестницы, перепрыгивая через две ступеньки, к ведьме бежала подруга, улыбаясь от уха до уха.

— Как хорошо, что ты пришла! — именинница кинулась в объятия девушки, отчего обе чуть не повалились на коврик. Разгорячённая и счастливая Иветт выглядела очаровательно. Рыжие волосы были завиты в игривые кудряшки, шёлковое красное платье струилось по фигуре, выгодно подчёркивая её.

— Здравствуй, Иветт, — заулыбалась гостья. — Ты очень красивая, глаз не оторвать.

— Во многом благодаря тебе.

— С днём рождения, дорогая, — Фида протянула ей подарок, упакованный в красивую коробочку. — Это средства по уходу за кожей и волосами. Подобрала тебе по возрасту и типажу. Должно подойти.

— Спасибо! — Иветт чуть не подпрыгивала от радости, стараясь при этом ещё крепче обнять подругу. В это время к ним подошли родители именинницы, чтобы поприветствовать новую гостью.

— Добрый день, Фемида, — начал хозяин дома. — Замечательно, что вы всё же пришли. Иветт только о вас и говорит.

— Для меня большая честь быть здесь, господин Вольф, — призналась девушка.

— Дорогая, — обратился мужчина к полненькой миловидной госпоже Вольф, — позволь познакомить тебя с нашей спасительницей. Именно ей мы обязаны исцелением Иветт.

— Да что ты говоришь! — женщина всплеснула руками, и сама чуть не бросилась обнимать девушку. Воспитание всё же оказалось сильнее эмоций, и она горячо пожала ей руку с нескрываемым блеском в глазах.

— Как же я рада познакомиться с вами, Фида! Меня зовут Матильда Вольф, но вы можете звать меня Мот. Проходите же и будьте дорогим гостем в нашем доме.

Чета Вольф немедленно взяла девушку в оборот.

— Сегодня здесь много важных персон, с которыми вы можете наладить деловые связи, — снова вступил в разговор глава комитета. — Воспользуйтесь возможностью познакомиться с ними. Пригодится в работе.

— Папа, хватит говорить о делах, — остановила его Иветт, выуживая подругу. — Сегодня праздник, и никто не станет устраивать из него вечер полезных знакомств. Я слишком давно не веселилась, а для этого мне нужна компания.

Подхватив Фиду под руку, Иветт спешно потащила её подальше от родителей, пока те не успели опомниться.

— Спасибо, — засмеялась девушка. — Мне и впрямь меньше всего хочется сейчас налаживать деловые контакты.

— Родителям только волю дай. Пойдём, я тебя кое с кем познакомлю.

Девушки прошли в другой конец комнаты, где присев на край подоконника, скучал высокий светловолосый юноша в дорогом костюме.

— Привет, Эдриан! — Иветт уже подскочила к нему. — Что такой грустный?

Как только девушки приблизились, парень оживился. Он даже не заметил Фиду, с какой-то жадностью ухватившись взглядом за Иветт.

— Я не скучаю больше. Иветт, я хотел сказать, что ты очень…

— Ладно, ладно, — перебила его девушка. — Эдриан, знакомься, это Фида — моя подруга и по совместительству самая лучшая в мире волшебница.

— Да брось, — смутилась девушка, порядком устав от похвалы со всех сторон.

— Так, значит, это вы? — с какой-то обречённостью проговорил молодой человек, переведя взгляд на блондинку. Взгляд его и всё выражение лица показалось ведьме потерянным.

— Эдриан, дружище, развлеки мою подругу, а то мне нужно ещё гостей встретить. К сожалению, этой формальности не избежать. Фида, с ним ты точно не соскучишься. Я скоро к вам присоединюсь:

С этими словами Иветт ускакала туда, где родители беседовали с очередным пожилым гостем и его разряженной супругой. Все эти люди казались чем-то странным на дне рождения юной девушки. Из ровесников здесь были пара молодых людей, да Эдриан, и тот после ухода подруги снова поник.

— Давно вы дружите с Иветт? — спросила Фида, желая нарушить неловкое молчание. Развлекать её никто не собирался. Более того, парень совсем загрустил.

— С детства, — буркнул он. — Мы соседи.

— Иветт прелесть, — Фида с умилением наблюдала за живой и бойкой девушкой, которая щебетала с гостями и светилась счастьем.

— Я должен быть рад за неё, — неожиданно заговорил парень, — но не получается. Знаю, что ты хотела как лучше, но теперь она для меня потеряна.

Фида удивлённо посмотрела на него. Красивый юноша с точёным профилем, большими серыми глазами и пышной шевелюрой непослушных вьющихся светлых волос не отводил взгляда от предмета своего обожания. На него то и дело заинтересованно посматривали женщины из числа гостей, но для Эдриана не существовало никого на целом свете, кроме рыжей бестии в откровенном красном платье.

— Это эгоистично с моей стороны, но когда она пряталась от мира, я был самым счастливым человеком на свете. Для меня она лчше всех, как бы она ни выглядела, и я никогда не считал её уродливой. Мы проводили много времени вместе, я поддерживал её, говорил комплименты, приносил пирожные и фрукты, а по ночам, — он сделал паузу, чем вызвал у Фиды лёгкий румянец, — по ночам мы забирались на крышу и смотрели на звёзды. Иногда, когда мне удавалось её уговорить, мы выходили на улицу и бродили по ночному городу. Она смеялась и радовалась, я это видел, ощущал. Теперь ничего этого нет.

— Мне жаль, — проговорила Фида, поражённая этим откровением. — Ты признавался ей?

— Нет, я так и не решился. Иветт слишком переживала из-за внешности. Боюсь, она бы мне не поверила и решила, что я над ней смеюсь. А теперь уже поздно. Теперь у неё есть из кого выбирать.

Они проследили грустным взглядом за тем, как именинница кокетничала с сыном какого-то важного гостя. Фида вспомнила их с Иветт разговор в тот день, когда их с тётушкой прорвало на откровения и ей ещё больше стало жаль парня, который умел любить. А ещё ей снова стало совестно за своё вмешательство. В отчаянии она буркнула:

— Прости.

Эдриан впервые за вечер издал звук, похожий на смешок.

— Ничего. Главное, что она теперь счастлива. Только прошу, не говори ей. Пусть это останется между нами.

Фида кивнула. Вскоре Иветт, подхватив с подноса бегущего мимо лакея пару бокалов для себя и для подруги, вернулась к друзьям. Эдриан немного ожил и теперь вместе со своей возлюбленной рассказывал Фемиде о том, как веселится столичная молодёжь без страха нажить непоправимых последствий для здоровья и бюджета. Он пообещал устроить девушкам экскурсию по крышам, которую обожала Иветт, сводить в парк аттракционов и на пляж, когда совсем потеплеет. Оказалось, что его отец — министр культуры, а потому бонусом парень мог достать контрамарку в театр или на выступление популярной группы. В какой-то момент Эдриан и Иветт стали наперебой рассказывать о своих приключениях, смеяться в голос над нелепыми случайностями, которые иногда происходили, о том, как в один из дней они пробрались в гримёрку к известному артисту, чтобы Иветт взяла автограф, а тот как раз успел уговорить девушку из местного кабаре познакомиться поближе. Тогда они убегали оттуда одному Эдриану известными тайными ходами под визги танцовщицы. Слушая их, Фида хихикала в кулачок, откровенно любовалась этой гармоничной парой и тем, с каким обожаниям смотрел на девушку Эдриан.