Яна Ясная – Игры с огнем. За гранью (страница 2)
Я?! Я создала проблемы?! Они вообще все тут с ума посходили что ли?
Крышечка горшочка с терпением, который здорово нагрела беседа с полковником, снова начала постукивать. Горячий пар обжигал горло, но пока что еще не вырывался злыми и хлесткими словами. Я шагала за «непосредственным начальством», пытавшимся внушить мне какое-то нелепое чувство вины, и напоминала себе о выдержке, которой я только что завидовала.
Крепись, Аманда! Ты сможешь!
– Избалованным девицам, вроде вас, не место на Щите. И если я хоть раз увижу, как вы морщите носик и косите от порученных вам дел…
– Довольно угроз, господин майор, – не утерпев, булькнула кипятком я. – Я услышала, поняла и осознала вашу позицию. Вы не упомянули только, какие проблемы я создала своим прибытием. Я раскаиваюсь и жажду исправиться.
– Раскаиваться и исправляться будете на станции, – огрызнулся майор, не оборачиваясь. – Если, конечно, до нее дойдете.
Не знаю, какую цель ставил перед собой господин Лисовский, но кое-какого результата он все же добился – я была в бешенстве.
Нет, я вовсе не считала, что мое имя обязывает остальных кланяться мне в ножки, лебезить и заискивать, очень даже наоборот – я такого преклонения перед моим именем на дух не переносила. Но и смешивать его с грязью? Да с какой стати?! Только потому, что майору так захотелось?!
Мой проводник свернул в одну из дверей так резко, что я едва не проскочила мимо, а когда все-таки вписалась в рамку косяка, то оказалась в помещении, похожем на конференц-зал. Находившиеся в нем люди, при появлении начальства повскакивали с мест, и у меня сложилось впечатление, что в комнате стало резко не хватать воздуха. Нет, я, конечно, слышала, что боевые маги, обслуживающие щиты, славятся не только магическим даром, но и физической формой, потому что их работа требует и того, и того, но чтобы настолько…
Пожалуй, на фоне затянутых в темно-серую камуфляжную форму титановых статуй, несущих на себе земную твердь, хрупкая, хоть и довольно высокая блондинка вроде меня и впрямь смотрелась несколько… неуместно.
Что вовсе не давало этим самым статуям права обливать меня взглядами, полными насмешки и презрения.
– Прынцесса пожаловала… – едва слышно хмыкнул кто-то, и я почувствовала, как мои губы сжимаются в тонкую ниточку.
Майор в свою очередь сделал вид, что ничего не услышал.
– Знакомьтесь, мисс Феррерс, портальный маг третьей категории, стажер. Мисс Феррерс, позвольте представить вам первое подразделение Портальной единицы №9. Капитан Фридрих Гоммельштайн, боевой маг первой категории, мой заместитель, ответственный за чрезвычайные ситуации. Лейтенант…
Лисовский говорил быстро. Очень быстро. Куда быстрее, чем нужно, и явно не для того, чтобы сэкономить нам всем время, а просто из вредности – в очевидной надежде, что я никого и ничего не запомню, и это потом создаст массу неловких ситуаций. Что ж, я не готова была утверждать с уверенностью, что запомнила всех, все же их было больше двадцати человек, а я феноменальной памятью не обладаю, увы! Но основные зарубочки сделала.
Главная зарубочка заключалась в том, что майору обязательно надо будет за время стажировки донести информацию о вреде предвзятого отношения к подчиненным.
– По закону вам как представительнице аристократического рода на время стажировки полагается личная охрана, – маленькие черные глазки господина майора сверлили меня, будто надеялись, что я не выдержу и испарюсь облачком.
Вообще-то это называлось не личная охрана, а индивидуальное сопровождение – потому что, как ни крути, представители древних родов продукт ценный, и редкий, и подлежащий усиленному контролю и учету. И смысл индивидуального сопровождения был не только в том, чтобы ограждать «деточку» от опасностей, но еще и в необходимости дать этой «деточке» углубленное понимание того, с чем она столкнется на стажировке, отвечать на вопросы, помогать разобраться. По сути, смысл был примерно тот же, с каким в Андервуде к аристократам в обязательном порядке приставляли тьюторов…
Но если господин майор желает приставить мне не тьютора, а охрану, так тому и быть. Я буду воплощением смирения, кротости и истинного аристократизма.
Один из бугаев, чьего имени я как раз не запомнила, в объемы которого можно было при должной сноровке упаковать три меня, шагнул вперед. Я смерила его взглядом с головы (коротко стриженная темная макушка, темно-карие, почти черные глаза, щетина как у бандита, челюсть как у супер-героя из фильма) до ног в тяжелых военных ботинках. И, в очередной раз проиграв борьбу с темпераментом (хотя будем честный, в этот раз я и не очень-то сражалась) припомнила слова майора и… сморщила нос.
– А никого другого нету? А то этот выглядит так, будто в первом же безлюдном месте убьет меня, чтобы снять с трупа серьги.
На лице «личной охраны» не дрогнул ни мускул. Майор, кажется, поперхнулся воздухом и теперь заново вспоминал технику правильного дыхания. Остальные хранили столь же гробовое молчание.
А что? По тому же закону, между прочим, я имела полное право потребовать разовой замены выделенного индивидуального сопровождения, и они все это прекрасно знали.
Лисовский справился с воздухом и обвел широким жестом замершее в неподвижности подразделение.
– Выбирайте.
Я в свою очередь тоже обвела аудиторию, только взглядом, оценивающе задерживая его на каждом представителе подразделения. Зудело еще и покачать головой, поцокать языком и попросить встать и покружиться, но вот это уже точно было бы перегибом. И, закончив с осмотром, я вздохнула и снова посмотрела на вышедшего вперед.
– Ладно, в конце концов, сережки можно и дома оставить…
И без того деревянные физиономии задеревенели окончательно. А почти беззвучное и глубоко нецензурное слово на букву «с» мне почти наверняка послышалось.
– Лейтенант Маккой, – произнес Лисовский, разбивая хрустальную тишину. «Ивлин», – вспомнила я. Ивлин Маккой его назвали при представлении. – Проведите мисс Феррерс экскурсию по точке, и загляните в медблок, получите необходимое. Тревор займется снаряжением…
– Напоить, накормить, спать уложить.
Этот комментарий сопровождался приглушенными похабными смешками. На этот раз шутника я вычислила и показательно проигнорировала. Потому что за меня вполне сносно гавкнул сам майор:
– Отставить идиотизм.
– Есть отставить идиотизм, – громогласно гаркнул рядовой.
Но несмотря на одергивание подчиненного, моей выходки майор просто так не оставил, а потому благожелательно просветил всех присутствующих:
– Итак, для тех, кто не в курсе, сообщаю. Мисс Феррерс здесь, потому что она искренне убеждена, что куда лучше полковника Арвенгейла знает, как следует организовывать стажировку потомственных магов, и теперь научит нас всех Родине служить. – Судя по лицам, в курсе были все, но Лисовскому важно было продемонстрировать мне официальную позицию «партии». – Ну и поскольку мисс Феррерс учить желает в поле, а не при штабе, мы сейчас отложим все дела и будем ждать, пока для мисс Феррерс подготовят пакет сопроводительных документов и пропуска в закрытую зону. До этого момента все, кроме Маккоя, свободны. Коммуникаторы не снимать. Маккой приказ ясен?
– Так точно, сэр, – отчеканил лейтенант.
– Исполняй.
Камуфляжная глыба пришла в движение и, проходя мимо, бросила мне: «Идем».
Возражений у меня не имелось.
Нам дали покинуть конференц-зал вдвоем и даже отойти на безопасное расстояние – мы свернули за угол и только тогда я услышала издалека скрип отодвигаемых стульев и топот двух десятков ног в тяжелых ботинках. Необъятная спина лейтенанта Маккоя маячила перед носом, но в отличие от майора он шел так, чтобы не заставлять меня бежать следом в припрыжку.
А еще в отличие от майора – он молчал.
Ну и где обещанная мне экскурсия?!
Я крутила головой, но пока что видела только коридор без окон, выкрашенный зеленой краской. И, когда я уже вознамерилась открыть рот, и стребовать обещанное, Ивлин Маккой вдруг чуть притормозил, чтобы мы поравнялись и заговорил первым:
– Ты что, действительно устроила полковнику скандал?
Какой-то подоплеки я в вопросе не услышала, пожалуй, он был действительно задан из чистого любопытства.
– Да, – я почему-то пожала плечами в жесте «а что такого?». – Он хотел отстранить меня от положенной по закону стажировки и мне это не понравилось.
Да, как-то не так я себе представляла отношения между магической аристократией и войсками…
– И что, действительно угрожала какими-то проверками и прочей лабудой? – интонация вопроса сменилась, теперь это было: «Предки, вот это идиотка!».
– Если я что-то понимаю в соблюдении закона, то тех, кто перед ним чист, проверками не напугаешь, – отрезала я.
Мой спутник глубокомысленно заткнулся. Но только на десяток шагов, чтобы потом неожиданно задать новый вопрос, который откровенно застал меня врасплох:
– Сколько тебе лет?
– Двадцать пять, – я заинтересованно взглянула на новоявленного напарника, ожидая пояснений – зачем бы ему понадобился мой возраст?
– Тогда откуда этот юношеский идеализм? Знаешь, в жизни не все всегда происходит по инструкции. Иногда в ней случаются обстоятельства, не укладывающиеся в регламент.
– Я не идеалистка! – я полыхнула, как сухой порох, в который угодила искра. – Просто считаю, что каждый должен исполнять свои обязанности! И если уж ты сел задницей на теплую должность – будь добр ей соответствовать! И те самые мифические обстоятельства случаются куда реже обычного разгильдяйства! А если я что в жизни и ненавижу больше, чем сюсюкающие интонации и намеки на мою инфантильность и беспомощность, так это пренебрежение должностными обязанностями!