Яна Воронова – Танго с Дьяволом (страница 5)

Папа всегда запасался всем необходимым, словно предчувствуя, что однажды я захочу приготовить что-то вкусное. Он знал, как я люблю экспериментировать на кухне, и старался создать для меня все условия. Я вдохнула аромат яблок, чувствуя, как он наполняет лёгкие свежестью и лёгкостью.

Я взяла одно яблоко, прохладное и гладкое, и задумчиво покрутила его в руках. Яблоко было идеальным – тяжёлым, упругим, с лёгким румянцем на кожице. В голове уже роились идеи для нового рецепта. Я представила, как буду нарезать его тонкими ломтиками, как он будет таять во рту, смешиваясь с корицей и мёдом. Но пока что я решила оставить это.

Я вздрогнула, когда тихий, но угрожающий голос прозвучал за моей спиной. Ник. Он стоял так близко, что я почувствовала его дыхание на своей шее. Машинально ударила его.

– Нельзя же подкрадываться так! – воскликнула я громче, чем собиралась. – Появился, как чёрт… из табакерки.

Ник рассмеялся, но его смех был холодным. Он взглянул на меня с непроницаемым лицом, словно ожидал чего-то.

– Нет, черти – это мои шестерки, – произнес он, его голос звучал спокойно, но в нем слышалась скрытая угроза. – Кстати, они неплохо выполняют мои поручения. Любые.

Я смотрела на него, пытаясь понять, шутит ли он. Но его взгляд был серьезным, а лицо – непроницаемым, как маска. В его глазах мелькнуло что-то, что заставило меня почувствовать себя неуютно.

– Какие поручения? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.

Ник пожал плечами, словно это был самый обычный вопрос.

– Разные. Я люблю порядок и дисциплину. А они помогают мне поддерживать его.

Он шагнул ближе, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. Я уже поняла, что Ник не тот, с кем можно шутить. Он был опасен, как хищник, готовый нанести удар в любой момент.

– Будь осторожна, – сказал он, его голос стал мягче, но в нем все еще звучала угроза. – Не все, кто кажется безобидным, на самом деле такие.

– Никаких Антонов, запомни, – произнёс он ледяным тоном, от которого у меня мурашки пробежали по спине. – Не стоит злить Дьявола.

Я кивнула, сглотнув ком в горле. Ник исчез, словно тень, растворившись в воздухе.

– Дочка, а ты с кем разговаривала? Я слышал твой голос, и мне показалось, что мужской, – спросил отец, вытирая волосы полотенцем.

– Да, наверное, это спамеры звонили, – ответила я, стараясь говорить спокойно. – Я включила громкую связь, вот ты и услышал.

– Эти ребята действительно настойчивые, – согласился отец, нахмурившись. – Меня уже достали своими звонками.

Папа, не скрывая искренней радости, любовался мной. Его глаза светились теплом, а на лице играла мягкая, почти детская улыбка. Он всегда так смотрел, когда я делала что-то важное или преодолевала трудности. Я встала на ноги после долгого недомогания, и это мгновение было для нас обоих особенным.

Мы сели за стол, уставленный тарелками с ароматной едой. Но я заметила, что он ведет себя немного иначе. Его взгляд был внимательным, а движения – чуть более медленными, словно он хотел что-то сказать, но не решался.

Я почувствовала легкое беспокойство. Обычно папа не был склонен к сюрпризам, особенно таким, которые требовали подготовки. Я осторожно спросила:

– Пап, ты ведь не готовишь ничего особенного, правда?

Он ответил не сразу. Вместо этого он поднял руку и изобразил над своей головой сияющий нимб, как будто был святым. Я не смогла сдержать смех. Его шуточки всегда вызывали у меня улыбку, даже когда я была уставшей или расстроенной.

– Ну, почти, – сказал он, подмигнув. – Но это не совсем сюрприз. Просто кое-что, что я давно хотел сделать.

Он сделал паузу, как будто подбирал слова. Я почувствовала, что за его словами скрывается что-то важное, что-то, что он долго обдумывал.

– Помнишь, как мы в детстве строили шалаши из веток? – наконец спросил он, глядя на меня с нежностью.

Я кивнула, вспоминая наши приключения. Мы часто убегали в лес за домом и строили там шалаши, воображая себя исследователями или героями.

– Я подумал, что это будет здорово, если мы повторим, – продолжил папа. – Но на этот раз сделаем что-то большее. Мы можем взять с собой еду, одеяла и даже музыку.

Его голос был полон энтузиазма. Я почувствовала, как внутри меня разливается тепло. Папа всегда умел находить радость в простых вещах, и я знала, что этот шалаш будет не просто воспоминанием о детстве. Это будет наш новый опыт, наше приключение.

– Это будет здорово, пап, – ответила я, улыбаясь. – Спасибо, что придумал это.

Он улыбнулся в ответ, и его глаза снова засияли. Мы продолжили есть, но теперь за столом царила особая атмосфера.

В ближайшее время мы решили отправиться в поход, и это замечательно.

Часы неумолимо приближались к полудню, и я решила, что сегодня особенный день. Надев своё любимое платье, я ждала подругу, хотела сделать ей сюрприз, она же не знает, что я на ногах! Но, как часто бывает в жизни, судьба распорядилась иначе, и сюрприз ждал меня, а не я её.

Звонок в дверь. Сердце замирает, предчувствуя что-то необычное. Я поднимаюсь с кресла и направляюсь к двери, не скрывая внутреннего волнения. На пороге стоят Настя и Антон. Появление парня кажется внезапным и неожиданным.

Бросаю быстрый, пронзительный взгляд на отца. Он подмигивает мне, как будто знает что-то, чего не знаю я, и исчезает в своей комнате, оставляя нас наедине с этой тайной. Его внезапное исчезновение лишь усиливает мое любопытство и беспокойство. Ни чего, позже с отцом поговорю.

– Стаська, ты стоишь! Сама! – визжит Настя, крепко обнимая меня. Ее голос звучит так, словно она не верит своим глазам. –  Но как?

Подруга отстраняется и внимательно смотрит на мое лицо. В ее глазах отражается смесь удивления и радости. Она смеется, и ее смех звучит так искренне, что я не могу сдержать улыбку.

– Душу Дьяволу продала, – говорю я.

Подруга отстранилась, и какое-то время изучала моё лицо, затем засмеялась. Смешно, конечно. Вот и говори людям правду. Иногда она звучит как самый абсурдный анекдот, но в ней всегда есть доля истины.

От Насти и Антона я получила подарки, но решила открыть их позже. Особенно меня тронул букет бело-розовых хризантем от Антона. Мы прошли на кухню, где я поставила чайник. Обернувшись к друзьям, я скрестила руки на груди и сказала:

– Антон, сразу предупреждаю: это просто чай. Если ты надеялся на бурную вечеринку или распитие алкоголя, то ты ошибся адресом.

Мои слова, казалось, не задели парня. Он пожал плечами и ответил:

– Ну и ладно, –  говорит он, пожимая плечами. – Ты мне и так нравишься. Всегда нравилась.

Нет, ну только этого мне не хватало…

Эти слова застали меня врасплох. Я почувствовала, как мое сердце заколотилось в груди, а щеки покрылись легким румянцем. Я отвернулась, пытаясь скрыть свои эмоции, но внутри меня бушевала буря.

– Спасибо за цветы, – пробормотала я, стараясь звучать непринужденно. – Они очень красивые.

Антон улыбнулся, и его глаза засияли, как будто он был рад, что смог меня порадовать. Я поставила букет в вазу, на стол.

– Ты сама этот кекс испекла? – спрашивает Антон, и я киваю. Его глаза на мгновение закрываются, словно от удовольствия, которое он не в силах сдержать. – Невероятно! Ты просто мастер кулинарного искусства! Готов душу продать Дьяволу, лишь бы каждый день наслаждаться такой вкуснотой!

От его слов я машинально делаю глоток чая и тут же закашливаюсь, чуть не поперхнувшись. Я с укором смотрю на него, чувствуя, как сердце замирает от тревоги.

– Антон, осторожнее с выражениями! Не упоминай его… А то ещё придёт.

Антон загадочно улыбается, но в его глазах мелькает озорной огонёк.

– Да ладно тебе, не бери в голову. Подумаешь, сказал лишнего. Ты не смотри, что я выгляжу таким хилым. Я любому качку фору дам! – говорит он и подмигивает мне, словно пытаясь разрядить обстановку.

Я невольно улыбаюсь, хотя его слова всё ещё вызывают у меня лёгкую дрожь.

Мои глаза расширились от ужаса, когда внезапно, словно подчиняясь чьей-то невидимой воле, цветок на верхней полке ожил и полетел вниз. Он стремительно приближался к Антону, который сидел на диване, не замечая опасности. В последний момент Антон, словно предчувствуя опасность, резко обернулся. Его реакция была молниеносной: он ловко ухватился за горшок, который пролетел в сантиметре от его головы.

Горшок оказался тяжёлым, но Антон, будто не почувствовал его веса. Его пальцы, словно стальные клещи, крепко сомкнулись на глиняных стенках, удерживая горшок. Ни одна крошка земли не упала на пол. Антон поставил горшок на стол, и я заметил, как его руки слегка дрожат, хотя он и пытается это скрыть.

– Да, видимо, я здесь кому-то сильно мешаю! – усмехнулся Антон, передавая мне горшок с цветком, который чудом остался в целости и сохранности. Его лицо озарила самодовольная улыбка, но в глазах мелькнуло что-то странное, словно он наслаждался не столько своим подвигом, сколько тем, что оказался в центре внимания.

– Извини, наверное, полка опять провисла, – пробормотала я, вскочив с места и чувствуя, как сердце колотится в груди. Я бросилась к полке, чтобы проверить её надёжность, но она выглядела вполне устойчивой. – Антон, ты в порядке?

– Да, конечно. Не смотрите на меня так, девчонки, просто хорошая чуйка, – ответил он, подмигнув нам. Его спокойствие и уверенность немного успокоили меня, хотя я всё ещё была в шоке от произошедшего.