Яна Ветрова – Путь Холлана (страница 15)

– Завтра встанем до рассвета, оставим нашего лысого друга у того кострища, а сами пойдём в Римерфар.

Культист молчал, а монашка ходила между деревьев, грызя ногти. Потом вспомнила, что у неё в карманах припрятан сыр и хлеб с княжеского стола, и предложила Холлану и Базилю. Сама есть не стала, сидела и задумчиво смотрела на культиста.

Была и вторая причина, которую Холлан не озвучил. Он боялся, что князь вцепится в него не хуже клеща, только чтобы оставить учителем при своём сыне. Наёмнику представился свиноподобный, недалёкий и избалованный увалень, и он порадовался, что Базиль соображает, а последние дни даже не пристаёт с обучением. Тут же мальчишка подошёл к наёмнику и поспешил развеять его заблуждения.

– Холлан…

– Что ещё, – чуть не простонал наёмник, который только устроился на земле и смотрел на звёзды. Ему хватило на сегодня общения.

– Он рассказал мне про Илор-Дей и Луну-у-Ворот. Сказал, что знает тебя.

Холлан приподнялся на локте и, не скрывая злости, отрезал:

– Он меня не знает.

– Он тебя видел во дворце.

Холлан оглянулся на культиста. Тот сидел боком к дереву – Базиль связал его руки по-другому, веревку обернул несколько раз вокруг ствола. Не так надёжно, как за спиной, но пока мужчина вёл себя тихо. Он смотрел перед собой. В пустоту. В ту пустоту, куда годами отправлял невинных людей, которых должен был лечить.

– Он сказал, что тебя все знали.

– Я собираюсь спать. Следи за склоном, через два часа разбудишь.

Холлан лёг и закрыл глаза. Он слышал, как Базиль вздохнул и отошёл туда, где деревья заканчивались и открывался вид на виноградники.

Когда же это было? Больше двадцати, скажем, двадцать пять лет назад? Этому ублюдку должно было быть лет пятнадцать, а Холлану около двенадцати. Илисар к тому времени уже пару лет как вернулся из путешествий и правил племенем. Тогда Союз племён не был однородной мощной силой, но многие уже начали переходить под предводительство Серого князя. Ещё была надежда.

Вряд ли нынешний поклонник культа Пустоты жил в одной из столиц. Иначе Холлан запомнил бы его: он столько бегал по поручениям сначала старого князя, а потом и Илисара, что знал всех жителей что старой, что новой столицы. Земли Племени-под-Луной тянулись широкой полосой с юга до самого Северного предела, и воины не давали Серому князю соединить войска. Но полоса всё сужалась под давлением неравных сил, а потом случился прорыв, и северные земли были отделены от южных. Илисар пребывал на тот момент в исторической столице у Северного предела, в деревне Луна-у-Ворот. Племя, и без того ослабленное бесконечным отступлением, быстро разбили на отдельные островки, дольше всех из которых сопротивлялся северный – только лишь благодаря присутствию там князя. Те, кто знал правду, считали, что если бы Илисар в то время находился на юге, в Илор-Дее, всё могло бы сложиться иначе: пограничные княжества поддержали бы его, а может Серое войско и вовсе не решилось бы напасть. Да даже если бы напали! Даже если бы Илисар погиб так же, но в другом месте, Союз Племён никогда не решился бы подделать подпись князя и предоставить Объединённым Землям свою лживую, отвратительную версию, в которую Земли вынуждены были поверить ради какого-никакого мира…

Холлан скрипнул зубами и встал. Если он не утопит воспоминания в алкоголе, то они утопят его. Но пить сейчас нельзя. К удивлению Холлана, Шелли тоже не спала. Она сидела совсем рядом с культистом и что-то говорила шёпотом, спрашивала, а что ещё удивительнее, позволяла культисту ответить.

– Если завтра собираешься продолжить с нами путь, то иди спать, – бросил Холлан, но Шелли проигнорировала его.

Не мое дело, сказал себе Холлан. Завтра это всё забудется, как о дурной сон. Он отправил мальчишку спать, а сам сел, прислонившись к дереву, и стал считать звёзды. Огрызок луны медленно полз от макушки ближайшего дерева на середину небосвода.

Глава 8. Смерть под луной

– Мы всё решили, – отрезал Холлан, но монашка не отставала.

Судя по звёздам, прошло часа три с тех пор, как он заступил на дежурство. Он не стал будить Базиля – всё равно не уснуть, а мальчишка пускай отдохнёт. Шелли, как оказалось, всё это время проговорила с культистом.

– Мы не можем оставить его во Флановой пустоши, – дрожащим от злости голосом повторила женщина.

– Мы можем, и мы оставим.

– Ты что, не заметил цвет его пальцев? Или хочешь сказать, что запах не узнал? Да он же курит жёлтую агонию! – закричала женщина.

– И что? – огрызнулся Холлан.

Конечно, он заметил. Серые кончики пальцев представителя Порядка говорили сами за себя, а его манера потирать руки, медленная плывущая походка – хоть не главные признаки, но те, которые заставляют знакомых, а в особенности работодателей внимательнее присмотреться к изменяющемуся поведению человека. Как только Холлан разглядел пальцы Алуина, ему сразу стало понятно, почему молодой человек прозябает у южных границ. Должно быть, когда-то он был хорошим работником, раз его не выгнали со службы, а просто отправили подальше. Но представитель Порядка всё равно как-то доставал жёлтую агонию, а судя по поведению князя, ему было об этом известно.

– Он мучитель! – прошипела Шелли.

Это происходило постепенно. Сначала человек становится вялым, медлительным, и тем страшнее выглядят короткие вспышки агрессии. Потом он вроде бы приходит в норму, и в этот момент родственники и знакомые расслабляются – подумаешь, может, проблемы на работе или в любовных делах, с кем не бывает? Зря. На этом этапе ещё можно вмешаться, остановить распад личности. Через некоторое время соседка за чашечкой чая жалуется, что у неё пропала кошка, прохожие с радостью замечают, что на этой улице их перестала донимать стая диких собак… Тогда знакомые начинают подозревать, но уже поздно – жертву жёлтой агонии не вернуть. К тому моменту человек убеждён, что вокруг него одни враги, и уже не может жить без порошка, который на короткие минуты дарит яркий всплеск эмоций. А что до кошек… Жёлтым курителям нужна боль, потому что своей они больше не чувствуют. Они вообще больше ничего не чувствуют.

– А чем, ты думаешь, занимаются представители Порядка? Дружелюбно беседуют с преступниками за бокалом вина? Этот представитель или другой – у культиста один конец, – Холлан сам не заметил, как повернулся к монашке правой щекой со знаком войны.

– Наверное, я всю жизнь заблуждалась, – заявила женщина, разглядывая стрелу наконечником вверх. – У меня уже два доказательства перед глазами.

Холлан раздражённо тряхнул волосами и не ответил, а монашка после паузы продолжила:

– Давай отведём его в монастырь, я клянусь тебе, настоятель Лорен вытащит из него что угодно без пыток! Он же знает о расположении других культистов, надо его допросить по-человечески! Куритель его просто замучает!

– Я иду в Римерфар.

– Отлично. Мы пойдём в Римерфар вместе.

– Тащи тогда ублюдка сама. Я на эту работу не нанимался, – зло ответил Холлан. – И бесплатно не работаю.

– Что ж, – закричала в ответ монашка, – тогда я тебя нанимаю!

Она сорвала с шеи серебряный треугольник и кинула наёмнику в лицо. Тот успел перехватить кулон в воздухе. Монашка открыла поясную сумку, вытащила два мешочка с монетами и кинула к ногам наёмника.

– Надеюсь этого хватит, чтобы сопроводить мою скромную персону в Ромну и не дать местным жителям прикончить культиста. Текущие расходы возместит монастырь, мы ведь отлично зарабатываем на продаже вина, – язвительно заключила Шелли и, больше не проронив ни слова, ушла вглубь островка деревьев.

Холлан сунул кулон и монеты за пазуху и последовал за ней. Небо на востоке уже начало светлеть. Нужно быстрее уходить, пока князь не протрезвел и не послал своих воинов на поиски вчерашних гостей, отвергнувших его гостеприимство. Представитель Порядка и так уже проявил слишком большой интерес к их компании. Холлан разбудил Базиля, который спросонья никак не мог сообразить, почему они берут культиста на ярмарку. Попробуй объясни то, чего сам не понимаешь, хмуро думал Холлан, первым шествуя в сумерках среди рядов виноградников в обход Флановой пустоши. Эту дуру с лысым ублюдком нужно будет сбагрить какому-нибудь наёмнику в Римерфаре. Когда Холлан найдёт наследницу, времени тащиться до Ромны не будет.

Они потеряли несколько часов, потому что Холлан решил вернуться на дорогу, ведущую от переправы к ярмарке. Люди князя и представителя Порядка не знают, что они идут в Римерфар, и первым делом направятся в Ромну. Однако, если они решат проверить и этот вариант, то скорее всего выберут путь напрямую от Флановой пустоши, не выходя на дорогу.

Шелли отдала культисту свой плащ, чтобы тот накрыл голову капюшоном. На жаре это выглядело странно, но не привлекало столько внимания, сколько привлекли бы растительные татуировки на лысом черепе мужчины. Холлан распустил волосы. По пути стало попадаться всё больше поселений, и монашка спорила с наёмником: она пыталась убедить его, что культисту надо развязать руки. На неё не действовали никакие аргументы, и Холлан просто ушёл вперёд, чтобы не слушать эту чушь. По его мнению, достаточно было того, что запястья культиста прикрыты плащом.

Они дошли до окраин Римерфара уже к вечеру. Здесь, на равнине, дул пронизывающий ветер, собрались тучи и роняли на путников крупные капли дождя. Поиск ночлега был задачей не из лёгких: местные стражники патрулировали окрестные леса, чтобы гости ярмарки не ночевали под открытым небом. На время ярмарки разрешалось жить исключительно в гостиницах или у местных жителей, которые обязаны были регистрировать любого постояльца. Естественно, все приличные места ближе к территории ярмарки были забиты ещё до начала, а опоздавшие ютились по нескольку человек в маленьких комнатушках фермерских домов.