Яна Усова – Навигаторы. Смотрительница (страница 16)
Я чуть не выдернула свою руку. Какая же идиотка! Своим экспрессивным танцем на почве ревности я ещё больше возбудила его желание обладать мной. Мне захотелось завыть и постучаться головой об одну из колонн, украшающих зал. К нам подошёл Рэн. Великая точка начала, как же Тали терпела, когда Лерс встречался с другими девушками? Мои мрачные мысли отвлекло деликатное покашливание.
– Госпожу смотрительницу маяка семьдесят тысяч семь и её команду приглашают на приватную беседу к наместнику Науши, – негромко проговорил глава управления внешней политики этого мира, поклонился и предложил: – Я провожу.
Мы вышли из парадного зала, прошли несколько залов поменьше, поднялись по лестнице, и перед нами открыли двери. В уютном кабинете с множеством стеллажей с книгами, высоким письменным столом и удобным на вид креслом нас встретил наместник Науши. Рядом стоял его племянник и пожирал меня глазами. Как же я хотела домой!
– Ваша команда, госпожа нье' Шатроф, доставила нам, жителям Науши, истинное удовольствие исполнением как вигских, элейских танцев, так и малоизвестных в галактиках танцев мира Науши, – начал свою речь наместник, – и поэтому Науши дарует команде вашего маяка встречу с нашим оракулом, – торжественно закончил он. Я с трудом сохранила невозмутимое выражение лица. Быстро глянула на своих спутников – их лица выглядели озадаченными. Ай да дед… Теперь я была уверена, что для этого всё и затевалось. Скорее всего, слухи о предсказателе дошли до него, но эти слухи ни опровергнуть, ни подтвердить никто не мог или не хотел, вот для этого и были отправлены на Науши целых три смотрителя с командами, вдруг кому-то из них повезёт. Интересно, для чего императору Франгаг понадобились сведения о провидце? Наверняка император, зная меня, рассчитывал, что я займусь тренировками с командой и что из-за этого шансы встречи с оракулом повысятся, как и мои шансы на отношения с Арэнилем… Эта семейка, нье' Ринд, прямо какие-то сводни. Об этом, правда, я подумала с нежностью. Моя, пусть и приёмная, семья меня любит и желает мне счастья.
Я поклонилась наместнику:
– Благодарим за оказанную честь!
Нас снова вели – в этот раз очень долго – по залам и коридорам. Мы то ехали на лифте, то мчались на транспортёре, то поднимались и спускались по лестницам. Войдя наконец в просторную комнату, я с любопытством осмотрелась. Светлые стены, узорчатый потолок скрыт в полумраке. В центре комнаты на небольшом помосте сидит очень старая женщина, закутанная в парчовые ткани, как в кокон. Открыты только её лицо и кисти рук.
Женщина сидела с закрытыми глазами, рядом с ней стояли две чаши-курильницы.
Из чаш поднимался дымок. Не сказать, что неприятный, но он вызывал опасения: вдруг это какой-нибудь лёгкий наркотик, чтобы нам поверилось во всё, сказанное этой женщиной. За помостом, на котором расположилась оракул, стояла охрана. Женщина открыла глаза, и я с трудом подавила возглас. На нас смотрели тёмно-фиолетовые, чуть светящиеся глаза. Женщина подняла руку, показала на Киниру и поманила её пальцем. Кинира сделала пару шагов и остановилась.
Слова раздались в зале, хотя оракул не открывала рта. Как ни странно, но голос оказался молодым, он никак не сочетался с внешностью предсказательницы. Оракул перевела взгляд на Нарино, и оно тоже сделало два шага вперёд, встав на место, где только что стояла Кинира. И снова прозвучали слова в пустом зале:
Провидица обратила свои невероятные глаза на Арэниэля:
Рэн поклонился старой женщине и встал на место. Моё сердце бешено забилось, у меня задрожали колени, а на глаза навернулись слёзы: у Рэна есть любимая девушка! Я с трудом подняла глаза на оракула. Она, не мигая, смотрела на меня, взгляд этих необыкновенных фиолетовых глаз, казалось, проникал в душу. В этот раз с предсказанием она не спешила. Долгие секунды старая женщина сверлила меня взглядом и наконец её слова прогремели в зале:
Мы летели домой, и каждый думал о своём. На лице Нарино блуждала улыбка. Ему, видимо, всё было ясно. Кинира задумчиво смотрела в иллюминатор, Рэн положил свои клинки на колени, прикрыл глаза. Он тоже, похоже, что-то решал для себя. Я же… я же кристально ясно осознала, ещё там, в зале оракула, куда мне следует отправиться.
Меня зовёт Точка начала.
Глава 4
Рэн
Мне срочно нужно было занять руки: когда я работал с камнями, мне хорошо думалось. Нет, за гравировку или изготовление модели для литься я сейчас взяться не мог – слишком тонкая работа, требующая внимания. А вот огранить несколько камней для последующего изделия – это было то что нужно. Я закрепил камень и начал обдирку рубина…
Так много всего произошло за вчерашний вечер. Я ревновал. Ревновал Линн к этому Нарусурию. Она же большую часть вечера злилась. Все её эмоции я уловить не смог – слишком много разных мыслящих, чувствующих существ оказалось в зале, но очень чётко я различил страх Одалинн, а потом и её гнев. Казалось, я даже различал его оттенки: злость на себя, на глотерианца, на кого-то в зале.
Я же испытывал самую настоящую ярость! Злился на Кларениссу за представление, устроенное в зале. Подумать только, эта дева ревновала меня! Да у неё же есть свой постельный навигатор, смотритель, у которого она служит, по-хозяйски прижимал её к себе. Злился, что не смог вовремя спровадить бывшую любовницу, что не смог станцевать этот страстный танец с Линн. Ещё тогда, на маяке, на тренировке, я решил, что танец Вауши буду танцевать только с Линн. Ну и чего стоили мои решения? Тяжело было себе признаться, что я злюсь на… Одалинн за то, что она так вызывающе-притягательно выглядела. Глубокий вырез на спине её платья так и манил прикоснуться к коже, а эти чёрные чулки на ногах… Я провёл бы по ним пальцами, когда она закинула бы в одном из па свою ногу мне на талию…
Я остановил огранку. От воспоминаний в штанах стало тесно. Я усмехнулся. Рэн–горячие трусы, кажется, так в своих сплетнях меня называли слуги владения в те дни, когда мать поселила на хозяйском этаже своих ассистенток. Я походил по мастерской, положив ладони на шею, разминая её. Вернулся мыслями ко вчерашнему вечеру. Мне так хотелось укрыть маленькую смотрительницу от всех липких взглядов и самому кружить её в этом чувственном танце. Я неосознанно взял в руки квадрант и проверил угол грани камня. Он оказался точным. Это когда я успел так его обточить?
Вспомнил я и о встрече с оракулом. Вот уж действительно насыщенный вышел день. У нашей расы когда-то, несколько десятков тысяч лет назад, были свои предсказатели. Их не любили и боялись за то, что они говорили правду. Так им предписывали закон и совесть. Ну а какому правителю понравится, если ему скажут, что поход будет неудачным? Придёт ли в восторг дева благородных кровей, если ей предрекут рождение урода? Со временем предсказателей просто извели. Но не аши. Они своего берегли и тщательно охраняли. Не зря же нас вели такими запутанными путями и охрана безмолвно стояла за спиной этой древней женщины. Предсказание тоже не оказалось загадочным. Уже давно я задавался вопросом, кто для меня Одалинн.
Я снова сел за обдирку и шлифовку, взял новый камень.
Линн… Она такая разная: то нежная и ранимая, то властная и стервозная, то заботливая, то хладнокровная…
Я не заметил, как камни для огранки кончились. А мысли – нет… Я взял на руки Креса – всегда приносил его в мастерскую – погладил по поднявшимся головам пальцем и пошёл в свой отсек. Крес обвил моё запястье.
Утром, придя на завтрак, я застал любопытную картину.
– Ранир, – смотри какой вкусный пирожок, давай ты ещё и его съешь, – уговаривала мальчугана Линн.
Тот мотал головой:
– Я наелся, тётя Линн.
Та всплеснула руками:
– Да как же ты наелся, если съел всего три ложки каши и клюнул кусочек сыра?
– Мачеха говорила, что на меня еды не напасёшься, я жру, как тукц, – сказал он и. видя непонимание на её лице, пояснил: – Это такое животное, его едят аши, специально откармливают.
Одалинн на мгновение замерла, и я почувствовал исходившую от неё жгучую горечь. Она мягко обратилась к Ниру:
– Скажу тебе по секрету, Нир, тут, на маяке, еды хватит и сотне таких как ты, ещё и останется, – она лукаво посмотрела в мою сторону. – Съешь пирожок и будешь таким, как дядя Арэниэль.
Мальчик подозрительно посмотрел на пирог, потом на меня и уточнил:
– То есть, если я съем пирожок, то стану элефином?
Линн, которая в это время делала глоток из своей чашки, поперхнулась. Мальчишка продолжил:
– Не хочу быть элефином, я недавно вигом стал, мне пока нравится!
Я рассмеялся:
– Съешь пирожок, а потом я покажу тебе тренировку. Хочешь посмотреть, как тренируются с клинками?
Мальчик кивнул и принялся за пирожок.
В зале я показал парню разминку и пару движений с клинками. Глаза его распахнулись, а рот его непроизвольно открылся от удивления.
– Дядя Арэниэль, я тоже так хочу научиться. Я даже согласен стать элефином!
Я потрепал его по голове и ответил: