Яна Усова – Навигаторы. Смотрительница (страница 15)

Через девять минут, переодетая, наспех собрав волосы, в которых всё ещё оставались бусины, в култышку, я ждала гостей у шлюза. Рядом стояли Кинира и Рэн. Кинира свои волосы собирать не стала, а Рэн не успел расплести многочисленные косички.

Шлюз открылся, и перед нами предстала парочка юных орси.

– Я смотрительница нье' Шатроф. Вам требуется медицинская помощь? Вы хотите есть?

Девушка кивнула:

– Да, хочу нормальную еду, достали дешёвые сухие пайки, которые он закупил в дорогу, – она указала на молодого орсийца.

Парень побледнел. Синеватая кожа стала почти белой.

– Да ты избалованная принцесса, знал бы, какая ты на самом деле, ни за что бы не угнал катер родителей!

– Знала бы я, что ты такой никчёмный, что не сможешь обеспечить в путешествии любимую девушку всем необходимым, ни за что бы не согласилась бежать с тобой! – огрызнулась молодая орсийка. – Ещё и карманных денег на год лишат, – грустно протянула она.

Я нахмурилась:

– Мы вам не мешаем?

А парочка хором ответила:

– Нет!

Опомнившись, парень поклонился и попросил:

– Госпожа смотрительница, отправьте нас домой! Очень просим.

– Господин Вардис, осмотрите их, пожалуйста. Боты потом проводят их в столовую. Как только они поедят – отправлю их домой. – Затем я обратилась к искину. – Асум, передай на Орсею, что с катером «А475СХХ1Т» всё в порядке. – Я ехидно улыбнулась. – Их родители, наверное, волнуются.

На щеках парня и девушки проступили синие пятна – знак высшего смущения орсийцев.

За поздним ужином, когда парочка, которая оказалась уже совсем не парочкой, была отправлена на Орси, Кинира и Рэн рассказали нам о произошедшем с юными влюблёнными. Классическая трагедия. Он – выходец из среднего класса, чудом попавший на вечеринку молодёжи высшего общества. Она – прима молодёжи этого самого общества. Две противоположности притянулись, сбежали, планируя начать совместную жизнь в одной из колоний Орси.

Кинира хихикнула:

– Проведя несколько месяцев в космосе, шлюпка любви разбилась о планетоид быта.

Завтра должен был состояться последний день танцевального марафона. Но рано покидать приём было нельзя. Нужно было остаться до конца. Таковы инструкции Франгаг. Я вздохнула: придётся провести в провокационном платье целый вечер. Всё, спать, завтра очень длинный день. Но блаженно закрыть глаза и провалиться в сон мне не дал мой личный кошмар – искин маяка семьдесят тысяч семь.

– Интересный ход, Линн, с этими танцами… Твой ушастый красавчик не безнадёжен. Я думал, он замороженный, а вон как лихо с тобой репетировал танец Вауши.

Вот как он умудряется вечно вгонять меня в краску?

– Это не танец! Это вертикальное выражение горизонтальных желаний! – фыркнула я и пояснила: – Я разозлилась и отпустила себя.

– Очень зажигательно получилось, Линн, хочешь, покажу запись? Вашим будущим детям понравится, – продолжал измываться Асум.

– Уйди, а? – я накрылась подушкой и оттуда же пробурчала: – Ничего я не подстраивала, сдаётся мне, это дед решил поучаствовать в судьбе внучки.

Искин совсем развеселился:

– Вот семейка… Бедный Рэн, со всех сторон обложили, – пошутил он, а потом серьёзно добавил: – Поговори с ним, Линн.

Я взорвалась, сказался длинный день, вынырнув из-под подушки рыкнула:

– Ну и что я ему скажу? – кривляясь, я манерно пропищала: – Ах, мой принц, я так люблю вас, простите, что не созналась, что, спасла вас, и ещё посмела наводить о вас справки и решила за вас, что вам нужна спокойная жизнь на моём маяке! Но ведь моё чувство искупает всё! Возьмите меня. Я вся ваша! – и язвительно добавила: – Интересно, после такого признания он через сколько минут сбежит?

– Он не сможет сбежать, у него контракт, – флегматично ответил искин.

Я закатила глаза.

– Не сбежит, – согласилась я. – Но обвинит меня в том, что я как-то подстроила всё это. Потом придумает способ самостоятельного погружения в криосон, через три года разморозится и распрощается с маяком.

***

В этот раз на маяке остался Горрит Дэрри. Мальчика я собиралась завтра отвезти на Франгаг и заглянуть заодно к подопечным. Давно не была у них. Чтобы лишний раз не привлекать внимание, я надела плащ.

Когда я спросила совета по поводу платья у мамы, она ответила, что танго, так она назвала танец Вауши, танцуют в специальном сценическом костюме. И прислала мне подборку того, в чём, по её мнению, я буду выглядеть восхитительно. Дырявая червоточина! Очень откровенно!  Чёрные колготки в сеточку, чёрные лаковые туфли на удобном, устойчивом каблуке. Чёрное, поблескивающее от бесчисленных страз и пайеток платье с асимметричным подолом, нижний край длинной части которого заканчивался чуть ниже колена, а нижний край короткой части – на середине бедра. Сзади и спереди – глубокие вырезы. Если спереди вырез был прикрыт туго натянутой тканью-сеткой, то спина оставалась открытой. Как оно будет держаться в таком экспрессивном танце? Я сделала несколько па, находясь у себя в спальне. Платье держалось как приклеенное. Некрупные серьги украшали мои уши, волосы я собрала в гладкий низкий хвост, в который вставила бордовый цветок. Яркий макияж. Рэн, как ни странно, тоже оделся во всё чёрное: чёрные брюки, чёрные туфли, чёрная рубашка, чёрный жилет. Уже отросшие волосы собраны в короткий хвост. Хорош. Я вздохнула. Нарино оделось почти как Рэн, правда, костюм его разбавляла цветом бордовая бабочка. У Киниры платье было наподобие моего, только тёмно-зелёного цвета. А волосы, в отличие от меня, она собрала в высокий, а не низкий хвост. Прибыв во дворец и отдав верхнюю одежду, мы шагнули в зал. Он выглядел потрясающе. Захотелось прикрыть глаза от блеска и сияния драгоценностей, страз и пайеток. Не зря этот танец завершал поминальную неделю, всё и все вокруг дышали торжественностью. Я с любопытством рассматривала наряды гостей, отвлеклась и не заметила, как осталась одна. Кинира встретила кого-то знакомого и сейчас увлечённо разговаривала с каким-то гуманоидом. Ну, почти гуманоидом. Один его хвост с шикарной кисточкой обвил за талию мою телохранительницу, а второй скользил по её ноге.

Рэн с невозмутимым лицом разговаривал с Кларениссой. Ну вот чего ей от него надо? Или всё же ему от неё?  Нарино мялось недалеко от Киниры. Оно было намерено танцевать только с ней. Мне показалось или Нарино стало чуть выше ростом и немного раздалось в плечах? Я слегка помотала головой. Нееееет, это, наверное, мужской костюм так влияет на восприятие.

– Добрый вечер, прекрасная Одалинн, вот мы и встретились.

Я вздрогнула, услышав голос, который желала забыть. Повернула голову, передо мной стоял Нарсурий.

Я чуть кивнула и прохладно произнесла:

– Приветствую, князь. На Науши вас привели дела?

Он негромко рассмеялся:

– Искал встречи с вами, красавица моя, – он быстро шагнул ко мне и чуть приобнял. – Потанцуем, моя прелесть?

Я упёрлась руками в его грудь.

– Я танцую с членом команды.

Князь бархатистым голосом сообщил мне на ухо:

– Ваш член команды танцует с другой дамой.

И тут я сглупила – резко повернулась в сторону Рэна и увидела, как Кларенисса почти повисла на нём. Рэн в это время с невозмутимым лицом искал кого-то в зале. Нашёл. Меня и князя. Он нахмурился, глядя на нас, а Кларенисса, которая чуть ли не залезла на моего Рэна, что-то ему говорила, слащаво улыбаясь. Он не обращал на неё внимания, буравя меня и князя взглядом.

Я снова вздрогнула, когда услышала тихое:

– Так вот в кого влюблена юная смотрительница… Знал бы тогда, на Глотерии… ни за чтобы не выпустил его. Ты бы ведь осталась, Линн, со мной? Из-за него?

Да! Конечно бы осталась! Вот только отвечать я не собиралась. Зазвучала музыка. Князь прижал меня к себе крепче, взял мою руку в свою.

– Князь, я не танцую! – я снова упёрлась ему в грудь рукой.

– Очень зря, – усмехнулся он, – этот танец так любил император Аш Туши, поэтому он завершающий. Вы ведь не проявите неуважения, госпожа нье' Шатроф, к Ашу Туши? Ваш элефин, к тому же, уже танцует с симпатичной соотечественницей.

Я скосила глаза и увидела, как Кларениса уже задрала ногу на талию моего Рэна в первом па танца. Он, не замечая партнёршу и глядя на нас с князем, провёл костяшками ладони по её скуле, так же, как на репетиции со мной. Я скрипнула зубами и тут же услышала едва уловимый выдох князя.

– Обычно ревность, радость моя, для представителей моей расы ощущается, как нечто затхлое, с гнильцой, – наклонившись ко мне и губами задевая мою мочку уха, прошептал Нарсурий. – А ты даже ревнуешь вкусно, Линн!

Мне очень хотелось быть отсюда на расстоянии как минимум десяти парсеков. Но задание есть задание, нужно было завершить дипломатическую миссию на Науши и не уронить честь вигов. И я полностью отдалась этому танцу. Он был бы потрясающим, если бы не нежеланный партнёр. Раз, два, три, четыре, поворот…раз, два, три, четыре, юла, раз, два, три, четыре, нога на талии партнёра, прогнуться… раз, два, три, четыре, точка ка-блу-ка-ми. Когда танец закончился, губы князя почти касались моей шеи. Мерзость!

Позади послышался голос Киниры:

– Князь, танец закончился, нет нужды больше задерживать госпожу нье' Шатроф.

Рядом с Кинирой стояло Нарино. Князь, поднявшись и потянув меня за собой, поцеловал мою руку.

– Восхищён, Одалинн, я не остановлюсь в поисках новой встречи!