Яна Усова – Навигаторы. Кадет (страница 17)

– Слушай, Рэн, какие планы у тебя на каникулы? – внезапно спросил меня Вал.

– Пока не думал. Возможно, возьму практикум по акушерству или криозаморозке. А у тебя?

– А мы собираемся с родителями на Арин. Длинные песчаные пляжи, гонки на стайнилах, экскурсия на остров, где принцесса навигаторов провела два дня, когда её стайнила сожрал флюбунт, – сосед мечтательно закатил глаза, закинув руки за голову и закинув ноги на стол.

– Успехов! Ты же, если что, покажешь этому флюбунту? – подначил я соседа.

– Обижаешь! – воскликнул Вал. – Сражу его своим обаянием!

Я рассмеялся и вышел из комнаты. Мне предстояло дежурство. Я был уверен, что почти вся моя группа придёт ко мне просить заживить синяки и ссадины, полученные на тренировке, хотя они знали правила: эти травмы, как выразился Квардиго, должны были пройти сами, иначе они не дадут воспитательного эффекта и не подстегнут студентов уворачиваться от ударов его палки.

Порядок в клинике был следующий: сначала поступивших осматривали студенты, и это шло им в счёт общей практики, затем назначение студента проверял сертифицированный врач. В сложных случаях приём сразу вёл специалист, студенту же позволялось ассистировать.

Первым ко мне поступил первокурсник. Я хмыкнул. Бедняга не успел увернуться от хищного цветочка в оранжерее, и тот цапнул его за плечо.

В оранжерее университета растут только те растения, которые могут принести пользу. У кусающегося цветка, например, есть выделения, которые оказывают на элефинов интересное воздействие: в зависимости от возраста цветка, элефин получает такую дозу эндорфина, что от счастья начинает или глупо улыбаться и пускать слюни, или вообще может впасть в кому. Насчёт пользы этого цветка – вопрос спорный, но в оранжерее он растёт, значит зачем-то нужен, может, просто как учебное пособие.

Студенту повезло. Цветок был только распустившийся, концентрация эндорфина оказалась невелика. Поэтому сначала я ввёл антигистаминное, потом промыл рану и наложил скобки. Рана была не такая серьёзная, чтобы потребовалась амниотическая капсула: немного поболит, зато студент в следующий раз будет смотреть в оба во время практики в оранжерее.

Следующей ко мне поступила элефина с четвёртого курса. Вывих во время тренировки по бегу. Такие травмы нам разрешалось лечить самостоятельно. Я предупредил её, что будет неприятно и что я на счёт «три» произведу манипуляцию. Бледная дева кивнула и закусила губу. Я вправил ей ногу на счёт «два». Она вскрикнула, ругнулась, а потом покрутила ногой, улыбнулась, поблагодарила меня и вышла.

Затем была второкурсница. Она осторожно баюкала явно раненую руку. Идти ей помогал элефин. Дева оказалась жертвой доброты – отгоняла от гнезда с птенцами кикса, небольшого хвостатого пушистого хищного зверя. Киксы отлично лазили по деревьям, а вот элефина – нет. Она не удержалась на ветке и упала. Хорошо, что забралась невысоко, иначе повреждений было бы больше. Я диагностировал перелом и направил сообщение дежурившему сегодня сертифицированному медику. Самостоятельно помещать пациентов в амниотическую капсулу и назначать лечение переломов у меня пока права не было. Под присмотром старшего я настроил работу капсулы. Второкурснице нужно было провести в ней всю ночь.

Потом ко мне пришёл первый сокурсник. Ну наконец-то. А то я уже начал волноваться.

– Рэн, привет, – бросил он.

– Привет, Сэйн, виделись же сегодня.

– Ну, ты же знаешь, зачем я тут? Давай ты мне быстро залечишь ссадины? У меня завтра свидание, – жалобно протянул сокурсник.

– Сэйн, не могу. Правила, – я развёл руками. – А синяки украшают мужчин. Расскажешь своей деве, что победил на тренировке Квардиго, и считай, свидание удалось.

– Вот ты всегда так, только лишь бы отшутиться, – заныл он.

– Сэйн, я обработаю раны, а залечить их ты можешь сам. Если бы ты внимательно слушал речь Квардиго о предупреждении травм на его занятиях, то ещё днём предпринял бы меры, уменьшающие риски образования синяков.

Сокурсник вздохнул и закатал штанину. Ранки были неглубокие, но синяки уже наливались синевой. В общем-то, ничего страшного.

Ещё несколько моих сокурсников пришли ко мне за вечер. Разговор был примерно одинаковым. Девчонок, конечно, мне было жаль. С такими украшениями на ягодицах и бёдрах им ходить в бассейн было неприятно. Я отшучивался, предлагал назначать свидания после того, как они начнут уворачиваться от ударов нашего тренера, или ходить плавать не в купальнике, а в водолазном костюме.

Я осмотрел всех, кто пришёл, – значительных повреждений не было. Кавардиго – профессионал, больше, чем было нужно для учебной тренировки, никого не травмировал. Возможно, мы могли бы однажды сказать ему спасибо.

Потом было затишье, и ко мне заглянула Кларенисса, студентка четвертого курса нашего же факультета. Периодически наши дежурства пересекались, и вовремя перерывов нам удавалось перекинуться парой шуток.

– Тренировка на элейских мечах? – спросила она сочувственно, кивнув на мои синяки. – Подлечить?

Я помотал головой и улыбнулся:

– Не стоит.

– Будешь кайту?

После не самого простого учебного дня я был не против выпить этого снимающего устлалось и немного ободряющего напитка из листьев и ягод кайтаны, невысокого кустарника, растущего в основном в гористой местности нашего исконного мира

– Давай, – ответил я.

Кларенисса меня заинтриговала. Раньше она никогда не предлагала попить этого приятного и весьма недешёвого напитка. Забегать между пациентами поболтать, забегала, а вот вместе кайтануть – нет. Она принесла термос, разлила по стаканчикам напиток и отпила из своего.

– Послушай, Арэниэль, – надо же, а я думал, она не знает моего полного имени, – ближе к сентябрю нас на несколько дней отправляют на Франгаг.

Я чуть не присвистнул. Знаменитая планета вигов, скрытая императором навигаторов, на полторы тысячи лет. И открытая семнадцать лет назад их принцессой. А Кларенисса продолжила:

– После поступления в школу навигаторов все кадеты должны пройти полное медицинское обследование. Нас направляют помогать.

– Удачи. Уверен, это будет полезный опыт, – ответил я, все ещё недоумевая, зачем она завела этот разговор.

– В группе, отправляющейся на Франгаг, есть ещё одно место. Ты сегодня впечатлил профессора Жилерен, и она посоветовала мне поговорить с тобой. Если ты согласишься быть в нашей группе, я порекомендую тебя куратору Флинксессу, именно он готовит группу к отбытию и сопроводительные документы, – выдала она то, для чего пришла.

Я молчал. Моё сердце радостно забилось – ещё бы, я уже три года нигде не был, кроме как на Элее, да и из стен университета старался не отлучаться. Я уже готов был прокричать «Да!», как Кларенисса, видимо посчитав мою заминку признаком сомнений, добавила:

– Соглашайся, группа будет на полном обеспечении, ещё и платить будут неплохо. Кроме этого, обещали экскурсию по столице.

– Согласен!

В то миг я решил, что завтра же начну заниматься курсовой Жилерен, изучать амниотические капсулы, криокапсулы и процедуры криосна. Акушерство никуда не денется.

***

На каникулах я занимался курсовой по амниотическим капсулам и проходил практику по криозаморозке. Профессор Жилерен устроила меня в элейский центр криотехнологий, где пациентов с травмами, несовместимыми с жизнью, срочно погружали в криосон, возможно, на века, пока не будет найден способ излечить их.

Вид этих пациентов чаще всего был устрашающим. Было непонятно, как с такими повреждениями в них ещё теплилась жизнь. Я не был брезглив и вида крови и открытых ран уже не боялся – неприятные штопки мы проходили ещё на первом курсе –, но даже меня иногда подташнивало от вида моих пациентов в криоцентре. К концу практикума я самостоятельно готовил пострадавшего, укладывал его в капсулу, подключал к датчикам и погружал в холод. Заведующий центром выдал мне рекомендации и спросил, не хочу ли я после службы на маяке прийти к ним работать.

– Спасибо за оказанное доверие, обязательно подумаю над вашим предложением, – ответил я.

Между сменами в криоцентре и клинике при университете и работой над курсовой, я читал всё, что можно было найти о навигаторах. Фликнесс, ответственный за отправку группы на Франгаг, скинул несколько справочников по анатомии вигов, их болезням.

Необычная раса. Когда я был совсем маленьким, мама рассказывала мне легенды о них, но в файлах Фликнесса всё оказалось интереснее и одновременно прозаичнее: из-за своих способностей виги стали невероятными снобами, пытались подмять межгалактический совет, грызлись между собой, подорвали власть императора, в общем-то неплохого мужика и правителя. В итоге для многих стали как бельмо на глазу, в том числе для религиозных фанатиков, которые из-за разобщённости расы смогли практически уничтожить навигаторов. Если бы не случайно найденная принцесса вигов, раса исчезла бы через шестьсот или семьсот лет. Как получилось, что принцесса выжила и нашлась, виги не говорят, они умеют хранить свои секреты.

Пока не было учёбы, я также мог проводить время на тренировках по владению элейскими клинками. Квардиго остался доволен:

– Рэн, ты уже давно перешагнул за необходимый минимум курса. Но если ты желаешь, мы можем продолжать тренироваться.

– Господин Квардиго, у меня нет средств на дополнительные тренировки, – я виновато развёл руками.