Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 95)

Но сегодня был день, когда Форбс предпочел остаться дома, ведь наступил его день рождения. С утра Вуди поздравила парня, накрыв праздничный стол и приготовив особенный торт с надписью «Лучшему художнику», а Оливер нарисовал милую открытку. Что касается Аллана, то от него поздравлений именинник так и не получил. Мортис полдня дремал в гостиной, а когда проснулся, то вряд ли даже осознавал, какой сегодня день и где он находится.

В гостиной негромко играла песня Depeche Mode «People Are People». Молодые люди сидели на диване и с отсутствующим видом смотрели по телевизору бейсбол и пили виски. «Жутковатая обстановочка», – сказала Вуди несколько часов назад, перед тем как увести Оливера наверх, подальше от этого кошмара.

На Аллане были грязные джинсы и черная майка-безрукавка с пятнами от пролитого на нее алкоголя. Тэрон выглядел лучше: мытые волосы, новенькая футболка «Gorillaz» и чистые джинсовые шорты, наглаженные благодаря Вуди. Аллан не позволял проявлять о себе никакой заботы, а у Форбса же просто не оставалось выбора. Если Мортис еще мог сетовать на боль от разбитого сердца, то на что мог жаловаться Тэрон? Никто не знал, что между ним и Мелиндой недолго теплились романтические чувства, а сам он…

«А что я? – спрашивал себя парень, крепко стискивая челюсти от кипевшей внутри злости. – Кто проявит ко мне сочувствие, если я скажу правду и заявлю, что влюбился в Мелинду? Кого это, нахрен, волнует?»

В какой-то степени Тэрон радовался, что Аллан почти не разговаривает – так они могли избежать неловких бесед о Мелинде. Ему не приходилось притворяться, что он жалеет друга, который сам оказался жертвой: лишился дома, попал в паутину лжи Леноры и потерял девушку, ведь в глубине души Тэрону было нисколечко его не жалко.

«Сам виноват, придурок. Остался у разбитого корыта по своей же глупости».

У Тэрона лопнуло терпение, когда из колонок заиграла песня Martin Gore «Compulsion», пошедшая по второму, а то и по третьему кругу за сегодняшний вечер. Он рывком поднялся с дивана, подошел к музыкальному центру и вырубил трек одним нажатием кнопки. Аллан не повел и бровью, продолжая вливать в себя алкоголь и тупо пялиться в экран плазменного телевизора. От этого жалкого зрелища внутри художника начала подниматься волна гнева. Ему не только осточертело смотреть, как Аллан превращается в овощ, Тэрон думал другое: будь он на месте друга, точно не стал бы сидеть на диване, как последний неудачник, а поехал бы прямиком к Мелинде, попробовал поговорить и вернуть ее расположение…

Форбс прочистил горло и собирался высказать Мортису все, что он о нем думает, как вдруг в дверь позвонили. Парень закатил глаза, удручающе подумав: «Опять заявились гребаные продавцы пылесосов или чертовы дети со своим печеньем…» Так и не озвучив вертевшиеся на уме мысли, он двинулся к входу, уже готовясь послать незваного гостя куда подальше.

Когда Тэрон открыл дверь, бурлившая внутри злость сменилась недоумением: на пороге стоял Натаниэль Форбс с мерзкой лукавой улыбочкой на устах и заложенными за спину руками. Как обычно, высокомерный подонок был разодет по всем стандартам моды: дорогой костюм цвета темного дерева, сверкающие золотые запонки, накрахмаленная рубашка и дорогой галстук с идиотским узором.

Как назло, в этот момент Аллан, похоже, решил возродить их «безудержно-веселую вечеринку» и на полную громкость включил осточертевшую Cage the Elephant & Beck «Night Running», от которой Тэрона могло стошнить в любой момент. Примерно через секунду послышался звон разбившегося стекла и последовавшие за этим громкие пьяные ругательства Аллана.

Натаниэль приподнял брови.

– Смотрю, вечеринка в самом разгаре? – поинтересовался мужчина, постаравшись заглянуть в проход. Парень шагнул вперед и закрыл за собой дверь, не позволив ему этого сделать.

– Как ты меня нашел?

– Было нетрудно отследить по номерам твое позорное корыто, которое ты называешь машиной.

– Что тебе надо?

Натаниэль выглядел удивленным.

– Как что? Сегодня пятнадцатое августа. Я пришел поздравить своего племянника с днем рождения. – Он убрал руки из-за спины и протянул Тэрону маленький подарочный футляр.

Сперва парень с недоверием посмотрел на дядю, затем взял в руки подарок. Он с опаской открыл крышку и, увидев, что перед ним лежит сертификат в центр косметологии на десять сеансов сведения тату, со злостью сжал зубы.

– Подумал, что тебе неплохо было бы привести себя в порядок. – Натаниэль оглядел парня оценивающим взглядом, по обыкновению скривившись при виде татуировок. – Считаю, я сделал правильный подарок.

– Засунь его себе в задницу, – низким голосом сказал Тэрон, выбросив футляр куда-то в кусты. – А теперь прекрати разыгрывать этот цирк и скажи, зачем ты пришел сюда на самом деле.

Натаниэль запрокинул голову и от души расхохотался.

– Ладно, думаю, нет смысла ходить вокруг да около…

– Правильно думаешь, – огрызнулся парень. – Я не позволю тратить мое время в свой же день рождения. Тем более тебе.

– Мне нужна книга. И рыжая девчонка.

Тэрон нахмурился, не совсем понимая, о чем говорит дядя.

– Что-что?

– Мне нужен гримуар и ваша тощая малолетняя прихлебательница, которую вы делили с Алланом по очереди, – повторил он спокойно. – Кажется, Мелинда?

Тэрон напрягся, невольно содрогнувшись. Натаниэль говорил ужасные вещи, и по-хорошему ему бы следует набить рожу… Но, сдержавшись, он сказал:

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Тогда позови сюда своего дружка. Думаю, он с радостью прояснит нам ситуацию, если я скажу, что Братство устроило на нее охоту.

Тэрон взялся за дверную ручку, собираясь уйти.

– Проваливай-ка ты отсюда, Нейт…

– Мне известно больше, чем ты можешь себе представить, Тэрон. Я знаю, что Аллан не только отправил на тот свет моего лучшего друга, но и обратил вашу сучку с помощью заклинания из гримуара, который я ищу. Я говорил с Себастьяном по телефону перед его смертью, и он рассказал мне об обращении.

– Даже если это так, почему ты думаешь, что мне не все равно? – рявкнул парень. – Я не имею к Мортисам никакого отношения.

– Если бы это действительно было так, я бы с тобой не разговаривал. Но я знаю, как ты привязан к малышке Вуди и этому ничтожному бастарду. – Он понизил голос до шепота и подался поближе к Тэрону. – А еще я знаю, что ты втихаря трахаешь его подружку.

Тэрона охватил неподдельный ужас: его щеки зарделись, а ладони сжались в кулаки.

– Закрой свою гнилую пасть! – проорал он, не беспокоясь, что его могут услышать. – И катись отсюда поскорее, пока я лично не пнул тебя под задницу!

Натаниэль сделал вид, что удивился.

– Надо же, какой смелый.

Тут входная дверь отворилась, и на пороге возник бледный полуживой Аллан. Тэрону показалось, что его друг стал выглядеть еще хуже. Мало того, что на голове Мортиса теперь не было волос, ведь с недавних пор он стал бриться налысо, так еще и этот чудовищный запах перегара… Тэрон закрыл глаза, пробормотав про себя спасительную молитву.

«Господи, ну почему ты вышел из своего транса именно тогда, когда я пытаюсь вытолкать из дома Нейта?..»

– Натаниэль? – Голос Аллана звучал так же, как парень выглядел: жалко, хрипло и безжизненно. – Что случилось?

Мужчина оценивающе оглядел парня с головы до ног, не выпуская из внимания его неопрятную, покрытую пятнами одежду, ужасную прическу и щетину двухнедельной давности. Нейт присвистнул.

– А вот и наследник семейной империи во всей красе, – медленно проговорил он с издевкой. – Хотя тут нечему удивляться. Я всегда знал, что рано или поздно твоя крестьянская натура вылезет наружу.

На лице Аллана не проскользнуло ни одной эмоции: глаза все еще оставались затуманенными алкогольной дымкой и длительным ментальным «отсутствием» в реальном мире.

– Заткнись, – прошипел Тэрон, вставая на защиту своего друга. – Никто здесь не нуждается в твоих комментариях.

Натаниэль несколько секунд смотрел на племянника пристальным взглядом, затем быстро переметнул его на Аллана и вновь вернул к Тэрону. Он проделал эту манипуляцию в несколько подходов, пока не прыснул со смеху.

– Боже милостивый, глазам не верю, что прямо передо мной стоит живая карикатура под названием «Принц и нищий». – Он покачал головой. – Было бы по-настоящему смешно, если бы не было так грустно от осознания, что из вас двоих хотели всерьез состряпать наследников огромного бизнеса.

К большому удивлению Тэрона, Аллан вновь заговорил.

– Натаниэль, что случилось?

– Видишь ли, пока тебя не было, мы с Тэроном очень кстати заговорили о твоей рыженькой подружке, которую ты воскресил и обратил в вампира. Чтобы не тратить ни мое, ни ваше время, постараюсь быть краток. – Он подмигнул Тэрону. Аллан, поняв, что речь идет о Мелинде, оживился. – Остальные подробности тебе объяснит мой любезный подопечный.

– Я не твой подопечный! – крикнул младший Форбс.

– Что ты имеешь…

– Гримуар, благодаря которому ты обратил Мелинду и за которым охотится Братство, чрезвычайно важен в вопросах оккультизма и некромантии. Раньше я не верил, что давно умерших людей можно вернуть с того света, но, пообщавшись с одним могущественным колдуном и убедившись в его словах на практике, я выяснил, что это отнюдь не сказки. Мне удалось достать вторую часть артефакта и выяснить один очень интересный факт: обращенный по прописанному в гримуаре ритуалу вампир становится единственным и неповторимым проводником в мир мертвых. Будучи мощным медиумом, он может воскрешать мертвецов и повелевать силами тьмы.