Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 58)

В итоге за завтраком молодые люди просидели около часа, пока не отравились заниматься своими делами, Тэрон – работать, а Мелинда – дописывать главу.

– Какого черта ты творишь?! – закричала стоящая под душем Мелинда, когда дверь приоткрылась, и в ванную с непроницаемым выражением лица вошел Тэрон. Встретившись с ним взглядом, девушка завизжала и закрыла ванну плотной черной шторкой. – Убирайся! Сейчас же!

– Да успокойся, не смотрю я! – Как бы в подтверждение своих слов парень повернул голову в сторону. – Я хотел предупредить, что ненадолго уйду. Я звал тебя и стучался, но ты не отвечала, вот мне и пришлось нарушить правила приличия. Прости, я не думал, что ты моешься.

– Неужели рассчитывал увидеть меня сидящей на унитазе?

Тэрон хохотнул.

– Нет, но…

Злость и негодование Мелинды быстро сменились недоумением, когда она прокрутила в мыслях слова парня. Перед тем как уйти в душ, она проверила время, часы показывали начало одиннадцатого.

– И куда ты собрался в такую рань?

– По делам.

«Ошибусь ли я, если предположу, что под размытым понятием „дела“ ты пытаешься зашифровать покупку всякой увеселительной дряни?» – с язвительностью подумала девушка, но через секунду, когда взгляд упал на окольцованный палец левой руки, которой она придерживала шторку, ее будто шарахнуло током. Осознав, при каких неподобающих обстоятельствах они сейчас общаются, Мелинда оторопела.

– Ладно, я поняла, – быстро буркнула она, желая любой ценой избавиться от общества парня. – А теперь проваливай.

– Тебе чего-нибудь захватить на обратном пути? Я планирую заехать…

– Тэрон, больше всего на свете я желаю, чтобы ты свалил из ванной и дал мне спокойно помыться!

– Как пожелаешь.

Мелинда услышала, как открылась и закрылась дверь, после чего прислонилась к мокрой кафельной стене и сползла по ней на пол.

– Мудак бесстыдный!

– А вот это обидно! – криком отозвался он, и до нее вдруг дошло, что парень и близко не тот невинный ангел, каким пытался казаться. Шумоизоляция в пентхаусе была поразительной (в плохом смысле слова), и потому девушка никак не могла не услышать стука или оклика перед тем, как Тэрон ворвался в ванную. – Я еще не ушел, а ты уже вовсю поливаешь меня дерьмом.

– И заслуженно. Научись сначала стучаться, а на худой конец – придумывать достоверную ложь.

– Пожалуй, я и правда недооценил твою сообразительность.

Ничего не ответив, Мелинда вышла из ванны, наспех вытерлась полотенцем и подошла к раковине, где двадцать минут назад оставила комплект белья: желтые трусы с мультяшкой и чистую белую футболку… которых сейчас почему-то на месте не было.

– И мне по-прежнему ужасно нравятся твои трусы с Губкой Бобом, – словно синхронизировавшийся с ее мыслями, прокричал из-за двери Тэрон.

Возмущенно ахнув, Мелинда рявкнула:

– Извращенец! – После чего до слуха донесся второй хлопок двери, ознаменовавший уход Тэрона из ее спальни в гостиную. – Гребаный вор трусов…

А в следующее мгновение она расхохоталась от нелепости ситуации и неискоренимой нахальности Форбса, которая почему-то с каждым днем все больше ее забавляла.

В пентхаус Тэрон вернулся через несколько часов с двумя пластиковыми контейнерами в левой руке и ящиком пива в правой. Мелинда сидела за барной стойкой и редактировала последнюю главу рукописи. Когда Тэрон подошел к ней, она приветливо улыбнулась и захлопнула крышку ноутбука.

– Ну здравствуй, Вор Трусов, – сказала она.

– Вор Трусов? – Тэрон недоверчиво сощурился. – Ты серьезно станешь так меня называть?

С довольной улыбкой на губах, девушка кивнула.

– Можешь считать это моим ответом на «Вампирку».

– Детский сад. – Тэрон прошел к холодильнику, открыл дверцу и стал доставать из ящика бутылки, чтобы педантично расставить их по полкам. Стоя к девушке спиной, он проговорил: – У меня есть несколько новостей. Две хорошие и одна, скажем так, не очень. Начну с хороших: я заехал в «Уолмарт», и угадай что? Я купил себе трусы с Черепашками-Ниндзя и Марио. – Мелинда тихо прыснула со смеху, а Тэрон, закончив расфасовку бутылок, повернулся к ней с торжествующим видом. – Вторая: сегодня пасмурно, поэтому, если хочешь, можем пойти на прогулку прямо сейчас.

– Звучит неплохо. – Девушка развернулась на стуле вполоборота, чтобы лучше видеть Тэрона. – А третья новость?

– Ну-у… – Парень задумчиво поскреб пальцами затылок. – Это, скорее, даже факт… Короче, Аллан по-прежнему не выходит на связь. Я полдня пытался до него дозвониться.

Сердце Мелинды пропустило удар.

– Но завтра Четвертое июля…

– В том-то и дело. Нужно решить, как мы поступим, если наш герой не выйдет на связь до полуночи.

– Покупать билеты и лететь в Кристал, конечно, – решительно сказала Мелинда. – Других вариантов нет.

– Это я и сам понимаю, – ответил Тэрон. – Но нам нужен четкий план. Мы не может рвануть в Кристал, зная, что в поместье нас могут поджидать.

Мелинда покачала головой.

– Мне кажется, что даже если мы встретимся в Кристале с представителями вампирской власти, которые пришли по наши с Алланом души, то в любом случае придется действовать по ситуации. Сомневаюсь, что у нас есть время основательно подготовиться к передряге.

– Ты права, гадать бессмысленно. – Тэрон одним резким движением сбил металлическую крышку с бутылки, поднес ее к губам и сделал глоток. – Но если тебе интересно мое мнение, то несмотря на наши мрачные предположения, наверняка мы застанем Аллана бегающим по дому в панике предотъездной суматохи.

– Ты правда так думаешь?

– Ну конечно. – Тэрон широко улыбнулся и протянул Мелинде бутылку пива. – Хочешь?

Взглянув на напиток, девушка отрицательно покачала головой.

– Ты вроде бы предлагал прогуляться?

– Ага, и, если ты не против, хочу сводить тебя в одно место. Ты любишь мороженое?

Мелинда улыбнулась.

– Обожаю.

Оказавшись на улице, парень предложил прогуляться пешком. Девушка была только за, так как всем сердцем обожала Нью-Йорк и хотела не только изъездить его улицы на машине, но и исходить на своих двоих. Покинув «Мэдисон-хаус» и направившись вверх по Мэдисон-стрит, Мелинда, вспомнив о своем желании прогуляться до одного места, обратилась к Тэрону:

– У нас останется время сходить еще кое-куда?

Молодой человек нахмурился.

– А куда ты хочешь?

Мелинда на секунду замялась, но, набравшись смелости, все-таки проговорила слово, каждый раз доставлявшее ей кучу душевной боли и странных ощущений.

– Университет.

На лице Тэрона проступило удивление и неподдельный интерес.

– Планируешь поступать?

– Ну… раньше поступление в Нью-Йоркскую Академию Киноискусств представлялось моей главной мечтой и жизненной целью, но сейчас…

– Сейчас ты передумала.

– Есть много причин, – с кивком ответила Мелинда, беглым взглядом удостоив вышагивающего со стороны дороги Тэрона. – Но главная кроется в потере вдохновения. Я подумала, если своими глазами посмотрю на здание университета, то, может быть, что-то почувствую…

– Что ж, если ты и правда хочешь бороться за мечту, в таком случае могу посоветовать поскорее брать себя в руки.

– В смысле?

– Ты раскисла. А еще слишком много рассуждаешь, анализируешь и жалеешь себя. Если хочешь достигнуть успеха, то ты не должна идти на поводу своих капризов и бесполезных эмоций.

– А не слишком ли поспешно ты делаешь выводы?

– Ты ошибаешься, если считаешь свои проблемы какими-то особенными и неразрешимыми, – ответил парень. – Не прими за снобизм, но я в разы старше тебя и прожил долгую жизнь, за которую безошибочно научился отличать реальные проблемы от глупого самовнушения. В твоем случае это второе.

– Значит, ты считаешь, что я сама загнала себя в творческий кризис? – В голосе Мелинда звучали возмущенные нотки.

– Начнем с того, что творческого кризиса не существует. Это состояние люди надумывают сами себе.