Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 45)

– Мы с Мелиндой могли просто сбежать, но…

– Они бы никогда не позволили вам сбежать, и ты это знаешь. Если Себастьян задумал убить Мелинду и помешать вашему союзу, то – можешь в этом не сомневаться – он бы довел начатое до конца. Возможно, даже не своими руками, но довел. Он был чудовищем, Аллан. – Форбс пристально посмотрел в глаза другу. – Они все были чудовищами.

– Но Бенджамин, Вэлла… – Парень покачал головой. – Они точно не заслужили такой смерти.

– Напомни-ка мне, скольких невинных людей, не говоря о животных, погубила Вэлла ради забавы? – Тэрон нахмурился, с его губ слетел горький смешок. – Двадцать, двадцать пять? Тридцать? Она была настоящей маньячкой, Аллан. Как гребаная Эржебетт Батори[18]. – Словно взвешивая в уме собственные слова и питая к ним одно лишь отвращение, лицо Тэрона исказилось в гримасе. – А Бенджамин? Неужели не помнишь, как он поощрял ее убийства, помогая прятать тела? А как в прошлом гнобил Аарона, обвиняя единственного сына в ущербности? Старый мудак умудрился сделать несчастным не только родного ребенка, но и всю семью, которую регулярно ограничивал. Он – копия Натаниэля. Только вместо моего деда Бенджамин остерегался Себастьяна, который, к сожалению, оказался еще хуже. Когда в семье все друг друга любят, Аллан, такого не случается. Пойми же наконец, ты не можешь отвечать за чужую ненависть.

Допив остатки виски, хозяин поместья понуро облокотился на спинку стула и тяжело вздохнул.

– Иногда мне кажется, что я больше никогда не смогу жить нормально.

– Сможешь, если бросишь это проклятое поместье и уедешь как можно дальше. Натаниэль уже что-то заподозрил, а значит, у вас осталось катастрофически мало времени. – Секунду поразмыслив, друг спросил: – Вы же завтра улетаете в Нью-Йорк, где у вас уже есть квартира, так? Самым мудрым решением для вас будет просто не возвращаться.

– Тэрон, мы не можем сбежать прямо сейчас.

– Назови мне хоть одну причину, почему нет.

– Если мы уедем, останется много неразрешенных дел, которые в любой момент могут поставить нас под удар. Компания – наше слабое место, и, если что-то пойдет не так, твой дед, а впоследствии и все Форбсы, не поленятся приехать в поместье и докопаться до правды. Даже если нам удастся сбежать, на нас начнется охота, и не факт, что мы сможем остаться в живых. У меня есть четкий план: как только я проведу сделки и отправлю Амиэлю отчет за квартал, то без подозрений смогу сбросить со своих плеч хвосты и поставить точку.

– Вы уже в опасности, Аллан! – Тэрон всплеснул руками. – Хоть раз в жизни прислушайся к голосу разума! Какие, к черту, кварталы?!

– Я инсценирую смерть семьи.

– Что?

Стоило Тэрону задать свой вопрос, как Мелинда поняла: еще чуть-чуть, и она точно упадет в обморок. После всего пережитого кошмара свежий воздух стал для нее необходимостью. Поднявшись на ноги, она попросила парней переместиться на улицу. Никто возражать не стал, а когда девушка проделала несколько шагов в сторону выхода из кухни и у нее подкосились ноги, Аллан подхватил любимую на руки, и уже через пару минут они были у бассейна. Вскоре Мелинде стало лучше. Пока друзья сидели на шезлонгах, Аллан во всех подробностях рассказывал Тэрону про план бегства. Когда он закончил говорить, Тэрон красноречиво приподнял бровь и вскинул кверху ладони.

– Что ж, беру свои слова обратно, – сказал он с нотками задумчивости и в то же время одобрения. – Звучит чертовски продуманно. Но я все равно советую вам задуматься и остаться в Нью-Йорке.

– Мы должны исчезнуть настолько естественно и тихо, насколько это вообще возможно. – Растянувшись на соседнем шезлонге, Аллан закурил.

– Придумано отлично, но меня пугает время ожидания. Когда ты собираешься это провернуть?

– В июле.

Задумчиво промычав, Тэрон склонил голову набок.

– Слушай, а почему бы тебе не оставить Мелинду в Нью-Йорке, пока не сдашь отчеты и к чертовой матери не уберешься из поместья?

– Я уже думал об этом, – медленно проговорил Аллан, переведя серьезный взгляд на девушку. Одетая в розовую толстовку без рукавов, черные свободные шорты и белые кеды, Мелинда сидела на противоположном от парней шезлонге, который по ее просьбе Форбс подтащил к краю бассейна. – Но…

– Я против, – подала голос Мелинда. – Принципиально не стану отсиживаться в Нью-Йорке, зная, что Аллан в опасности.

– Ни себе, ни людям – вот как это называется. – Тэрон забарабанил пальцами по пластиковому подлокотнику.

– Разве я говорила, что нуждаюсь в стороннем мнении? – недовольно буркнула девушка, затянувшись сигаретой.

– Ну раз так, скажи мне вот что: надерешь ли ты задницу Натаниэлю или касте головорезов-вампиров, если они вломятся к вам в дом? – Приняв ее молчание за ответ, Тэрон продолжил: – Вот и я думаю, что нет. А такое вполне может произойти, и в этом случае Аллану придется защищать вас обоих. Поэтому, оставшись в Нью-Йорке, ты неимоверно упростишь его положение.

В поисках поддержки Мелинда посмотрела на бойфренда.

– Я согласен, – проговорил Аллан, встретившись с девушкой взглядом. – Мне меньше всего хочется подвергать тебя опасности, и ты это знаешь.

– Некрасиво прозвучит, – вмешался Тэрон, – но на сегодняшний день для вас актуальна поговорка: «Быстрее идет тот, кто идет один».

– Милая, Тэрон прав, – согласился Аллан. – Мы не можем так рисковать, особенно после того, как Натаниэль увидел тебя воочию. В любой момент он может использовать это знание как мое слабое место. А если ты уедешь в Нью-Йорк, он до тебя не доберется. Даже тот факт, что Натаниэль знает твое имя, никак не сыграет ему на руку, ведь по официальной версии Мелинда Джонс мертва. Есть только Мелисса Коннор.

– Мелисса Коннор? – Форбс рассмеялся. – Это что, реально отсылка к «Терминатору»?

Аллан улыбнулся и пожал плечами.

– Мелинда сама придумала.

Но Мелинде было не до шуток: она серьезно встревожилась. Девушка не хотела оставаться в Нью-Йорке одна на два месяца в тысяче миль от Аллана. Подобный вариант она даже не рассматривала.

– Аллан, что это значит?! Почему ты решаешь за меня?

– Потому что я несу за тебя ответственность.

– Не упрямься и прислушайся к Аллану, – вновь подал голос Тэрон. – Он хочет для тебя лучшего.

– Почему вы не рассматриваете вероятность, что, пока я буду жить в мегаполисе два месяца одна, со мной случится какое-нибудь дерьмо? – Девушка стряхнула пепел с сигареты в пепельницу, стоящую на низком стеклянном столике. – Ведь в Нью-Йорке полно других вампиров, разве нет?

– Пока Аллан не приедет, ты можешь залечь на дно.

– Но я не хочу жить в другом месте, Аллан! – воскликнула Мелинда с отчаянием. – Пожалуйста, не заставляй меня уезжать. Я хочу находиться рядом, и быть уверенной, что ты жив и здоров.

После произнесенных слов повисла тишина. Молодой человек шумно выдохнул и закрыл глаза.

– Я очень волнуюсь, и полностью согласен с Тэроном, что тебе нужно уехать. Но я не стану тащить тебя силком, если ты этого не хочешь. – Аллан поджал губы и отвел взгляд в сторону. – Но… просто подумай об этом, ладно?

Глядя в искрящееся добротой и заботой лицо Аллана, ранее испытываемые чувства обиды и раздражения бесследно испарились. Мелинда кивнула и тихим голосом сказала:

– Спасибо тебе.

Аллан просиял и раскрыл руки для объятий, в которые Мелинда тотчас нырнула. Девушка обвила руками его шею, а через секунду почувствовала, как он обнял ее в ответ.

– Мелинда…

– Простите, но боюсь, что от ваших тисканий меня прямо сейчас стошнит чем-то розовым, блестящим и очень сладким. Кровью единорога, например.

– Ты знаешь, какая на вкус кровь единорога? – поинтересовался Аллан.

– Нет, но если эта сцена перерастет в нечто большее, единорог непременно здесь появится и поскачет по радуге. А я, будучи зол, тотчас рвану за ним и перегрызу ему глотку.

– Какой ты жестокий. – Мелинда высвободилась из объятий бойфренда и поднялась с шезлонга. – Разве можно говорить такое о единорогах? Они милые создания.

– Никогда не любил лошадей. – Тэрон скорчил гримасу. – Страшные и непредсказуемые звери.

Аллан дотянулся до друга и похлопал его по плечу.

– Все мы когда-то падали с лошадей, дружище. Говорю это для того, чтобы ты не винил несчастных животных в своей нерасторопности.

– Ты падал с лошади? – Мелинда выглядела удивленной.

– Поправочка, – с поднятым вверх пальцем вмешался Аллан, – он всегда падал с лошадей.

– Может, хватит уже издеваться надо мной, а? Не все, знаешь ли, рождаются под два метра ростом и с такими длинными ногами.

– Просто ты родился не в свое время.

– Это точно. Мои смертные годы были тяжелыми не только из-за болезни, но и из-за отсутствия нормального транспорта.

– Круто, что мы узнали, каково это – ездить за рулем современного автомобиля, хоть мне и нравилась езда верхом. – Аллан повернулся к девушке. – Кстати, еще в пятидесятых годах на месте бассейна располагалась конюшня. У меня была любимица, Звездочка, на которой я учился ездить и за которой ухаживал. Свое имя она получила благодаря большому черному пятну на спине в виде звезды.

– Не считая Аллана, Звездочка была единственной, кто радовался моим визитам в поместье. – Лицо Тэрона смягчилось от ностальгической улыбки. – Эта лошадь не пыталась сбросить меня с седла, затоптать или укусить. Самая прекрасная кобыла, которую я встречал.